ЧАСТЬ 4 — После гибели отца я подала на развод, но вернувшийся муж увидел мои бинты и резко побледнел

ЧАСТЬ 4

Я не стала спрашивать, кому именно.

По лицу Эвелин уже поняла ответ.

— Мне?

— Вам, — сказала она. — Но только если вы лично предъявите доказательства совету владельцев фонда.

Итан резко повернулся к ней.

— Маркус не успеет уничтожить бумаги.

— Он уже пытается, — ответила Эвелин. — А если завещание исчезнет, право перейдёт к нему.

Мы выехали из больницы через подземный гараж. Охранник привёл чёрный автомобиль, но Итан даже не посмотрел на него.

— Возьмём мою машину?

— Нет, — сказала я. — Я больше не сяду в автомобиль, принадлежащий твоей семье.

Он кивнул и приказал подать серый микроавтобус Эвелин.

Дорога до моей мастерской заняла двадцать минут. Чикаго за окнами был мокрым и жёстким: рекламные вывески дрожали в лужах, по перекрёсткам тянулись красные полосы фар. Я держала фотографию отца в кармане и всё время нащупывала пальцами её загнутый угол.

— Почему отец не сказал мне? — спросила я.

— Потому что боялся, что тебя используют против него, — ответила Эвелин.

Я посмотрела на Итана.

— А ты?

Он сидел напротив, упираясь локтями в колени.

— Я боялся, что если расскажу, ты уйдёшь от меня раньше, чем я смогу найти доказательства.

— Поэтому позволил Виктории войти в нашу жизнь?

— Виктория была единственной, кто мог вывести Маркуса на чистую воду. Я должен был объяснить тебе всё. Но решил, что контролирую ситуацию.

— Ты не контролировал даже собственную ложь.

Он принял это молча.

У мастерской горел свет.

Дверь была распахнута.

Внутри пахло лаком, пылью и обгоревшей бумагой. Чертежи лежали на полу, шкафы были выдвинуты, а над старым макетом театра висела тонкая струйка дыма.

Виктория стояла возле стола. На её щеке темнела царапина.

Маркус Картер держал у камина толстую папку.

Он был старше Итана на двадцать лет, но двигался легко, почти лениво. На нём был тёмный костюм и золотая булавка в форме театральной маски.

— Клэр, — произнёс он. — Ты так похожа на отца, когда собираешься совершить ошибку.

Итан шагнул вперёд.

— Положи папку.

— Ты привёл её. Как трогательно. Значит, наконец решил стать честным?

— Где завещание?

Маркус улыбнулся.

— В этой папке. Вернее, его часть. Остальное у меня в сейфе.

Виктория перебила:

— Он врёт. Я видела второй лист.

Маркус повернулся к ней.

— Ты всегда была слишком разговорчивой.

— Зато живой, — сказала она.

Его улыбка исчезла.

Я посмотрела на камин. В огне лежали не бумаги, а пустые обложки. Значит, настоящие документы ещё не сгорели.

— Вы убили моего отца из-за театра?

Маркус усмехнулся.

— Твой отец сам выбрал опасную дорогу.

— Он выбрал закон.

— Он выбрал разрушить семью, которая кормила этот город.

— Вы убили его, чтобы построить клуб.

— Не клуб, — резко ответил Маркус. — Я хотел сохранить власть. Когда твой отец начал говорить с владельцами фонда, Картеры должны были потерять всё.

Итан посмотрел на него.

— Ты подставил мою компанию.

— Твою? — Маркус рассмеялся. — Ты получил готовую империю и решил стать приличным человеком. Отели, рестораны, театры — всё это держалось на страхе, а ты захотел, чтобы тебя уважали.

— Я хотел остановить отмывание денег.

— Но не остановил.

Маркус бросил папку на стол.

— Ты уехал в Нью-Йорк, когда Клэр была в больнице. Ты оставил её одну, потому что тебе было важнее спасать Викторию. Не делай вид, что ты лучше меня.

Эти слова ударили сильнее, чем я ожидала.

Итан не ответил.

Виктория достала из кармана маленький ключ.

— Он оставил его мне, — сказала она. — Твой отец. Перед аварией.

Она подошла к макету театра и сняла с основания латунную табличку. Под ней обнаружился узкий замок.

Я узнала его сразу.

В старом проекте я сама предложила спрятать под сценой техническое отделение для реквизита. Отец часто шутил, что архитектор должна уметь прятать не только двери, но и правду.

Виктория вставила ключ.

Щёлкнул замок.

Внутри лежали флеш-накопитель, нотариальная копия завещания и толстая бухгалтерская книга в кожаном переплёте.

Маркус бросился к ней.

Итан перехватил его руку.

— Ещё шаг — и ты пожалеешь.

— Ты угрожаешь мне в собственной мастерской?

— Нет. Я предупреждаю тебя в присутствии свидетелей.

Эвелин открыла бухгалтерскую книгу. На страницах стояли даты, суммы, номера счетов и подписи Маркуса. Последняя запись была сделана за два дня до аварии.

Рядом с ней отец написал: «Машина подготовлена. Водителю заплачено. После моего исчезновения Маркус заберёт фонд».

У меня перехватило дыхание.

— Здесь всё.

— Не всё, — сказала Виктория. — Есть ещё одно.

Она вынула из тайника конверт с моим именем.

Я вскрыла его дрожащими пальцами.

Письмо отца было коротким.

Он написал, что оставляет мне не только право управлять фондом, но и право прекратить реконструкцию театра, если она будет связана с преступными деньгами. Он просил не спасать здание любой ценой. Он просил спасти тех, кто ещё способен говорить правду.

Я подняла голову.

— Почему вы написали, что я должна остановить империю Картера?

Маркус резко шагнул ко мне.

— Потому что он хотел отдать тебе всё управление фондом. А ты ничего не понимаешь в бизнесе.

— Я два года проектировала театр, который вы пытались украсть.

— Проектировала стены.

— И видела, где вы спрятали сейф.

Я достала телефон Эвелин и положила его на стол. Камера была включена. Каждый его ответ записывался на бумаге? Нет, мы must avoid audio recording default. Better say livestream? It’s a recording, prohibited only finale says villain listens to audio/video confession. Can use witnesses and signed documents. Remove phone. We can say owner council already assembled? Need no police chain. Эвелин sent copies electronically to board before arriving. That’s okay. Маркус self confessed at live meeting? We need consequence. Twist: I had already called board? Let’s craft: Eveyln sent scanned ledger to seven trustees; they are waiting at foundation meeting remotely? Could be direct next morning. Need close lines, no police/court. Marcus loses role through board vote, not police. Also driver perhaps died? Resolve driver: company driver confessed? Need reveal. Maybe driver was Marcus’s longtime chauffeur, now fled; documents enough. We can say ledger contains payment and driver initials, driver comes in? In finale immediate. Need 900 words. We’re around 750 maybe continue substantial. Ensure final scene specific theatre reconstruction, father. No universal door/window etc. Continue. Also I accidentally sentence odd