Моя дочь попросила самого страшного босса стать её папой — и его улыбка исчезла прямо посреди офиса

Адриан Кейн держал в руках папку с контрактом, когда моя шестилетняя дочь посмотрела на него снизу вверх и сказала:
— Вы слишком красивый, чтобы оставаться одному. Станьте моим папой!
В кабинете застыл даже гул кондиционера. Я стояла у двери, прижимая к груди планшет, и чувствовала, как лицо обжигает стыд. Адриан был самым влиятельным человеком в «Блэквелл и Рид», миллиардером, которого боялись партнёры и конкуренты. Он мог одним звонком разрушить чью-то карьеру. А Мия только что предложила ему роль, которой у неё никогда не было.
— Мия! — прошептала я. — Немедленно извинись.
— За что? — Она повернулась ко мне, прижимая к себе плюшевого лиса с оторванным ухом. — Я же видела, как ты плакала ночью.
Мне показалось, что пол ушёл из-под ног.
Утро началось с сообщения от няни: её сын попал в больницу. Мама была в другом городе, а презентация для совета директоров могла решить, останусь ли я в компании. Поэтому я привезла Мию с собой, усадила в своём кабинете, оставила ей фломастеры, печенье и планшет, а сама побежала на срочное совещание.
— Она обещала сидеть тихо, — сказала я, не поднимая глаз.
— Я не спрашивал, умеет ли она сидеть тихо, — ответил Адриан.
Его голос звучал спокойно. Слишком спокойно.
— Тогда почему вы здесь?
— Потому что она спросила, почему у меня нет детей.
Мия подняла руку, как в школе.
— И я всё объяснила. Вы много работаете, поэтому вам некогда. А мама тоже много работает, но всё равно грустит. Значит, вам надо пожениться.
— Мия, хватит.
Я шагнула вперёд, но Адриан вдруг присел перед ней. На его запястье блеснули часы, а пальцы сжались так сильно, что побелели костяшки.
— Ты часто видишь, как мама плачет? — спросил он.
— Только когда думает, что я сплю. Она смотрит на фотографию одного мужчины.
У меня перехватило дыхание.
— Какого мужчины? — Адриан взглянул на меня.
Я не успела ответить. На столике лежала моя старая серебряная заколка в форме ласточки — единственная вещь, оставшаяся от человека, чьё имя я не произносила семь лет.
Мия потянулась к ней.
— Вот этого. Мама говорит, что он уехал и не вернулся.
Взгляд Адриана упал на заколку. Его лицо изменилось. Не раздражение. Не удивление. Узнавание.
— Где ты это взяла? — спросил он.
— Это моя вещь, — быстро сказала я.
— Я не про заколку.
Он поднялся и подошёл к шкафу, где стояла моя рабочая папка. Я бросилась следом.
— Адриан, не трогайте мои документы.
— Почему в вашем личном деле стоит девичья фамилия, которой нет в трудовой анкете?
Мои ладони стали ледяными.
Из коридора донёсся звонок телефона. На экране его аппарата высветилось имя человека, о котором я ничего не слышала семь лет.
Адриан посмотрел на меня, затем на Мию и нажал громкую связь.
— Мистер Кейн, — произнёс сухой мужской голос, — ваша дочь находится в здании. И если вы хотите узнать, почему вам об этом не сказали, откройте папку, которую я оставил у вас на столе…

ЧАСТЬ 2

Я схватила Адриана за руку раньше, чем он успел дотянуться до папки.
— Не открывайте её.
— Значит, там есть что-то, чего я не должен видеть.
— Там есть то, что разрушит всё.
Мия стояла рядом с плюшевым лисом под мышкой и смотрела на нас так внимательно, будто уже понимала: взрослые снова прячут от неё самое важное.
— Мама, это про моего папу?
Я закрыла глаза. Семь лет назад я сказала Адриану, что уезжаю из Нью-Йорка. На самом деле я осталась, потому что его отец, Ричард Кейн, приехал ко мне в больницу, когда Мия была младенцем. Он положил на край кровати конверт с деньгами и фотографию моего тогдашнего адреса.
— Если мой сын узнает о ребёнке, он лишится наследства, — сказал Ричард. — А вы лишитесь работы, квартиры и самой девочки. Я умею делать так, чтобы люди исчезали из жизни семьи.
Я не поверила ему сразу. Но через два дня меня уволили, хозяин квартиры потребовал съехать, а в больнице внезапно потеряли копию свидетельства о рождении. Ричард показал мне документы, где Адриан якобы писал, что не хочет иметь со мной ничего общего. Я решила, что лучше Мия будет считать отца уехавшим, чем однажды услышит, что он от неё отказался.
— Ты могла сказать мне, — тихо произнёс Адриан.
— Я пыталась.
— Где доказательство?
Он раскрыл папку. Внутри лежала не записка, а копия старого почтового журнала с моей подписью. Я отправила Адриану письмо через три дня после рождения Мии. Рядом стояла отметка: «Получатель не уведомлён». Подпись о возврате принадлежала его личному секретарю.
— Я не видел этого письма, — сказал Адриан.
— Но поверили, что я исчезла?
— Я искал тебя.
— Семь лет?
Он сжал лист так, что бумага смялась.
В этот момент дверь распахнулась. На пороге стояла Елена Кейн, его тётя, которую я видела лишь однажды. В руках она держала маленькую кожаную коробку.
— Ричард не просто спрятал письмо, — сказала она. — Он подделал ещё один документ.
Адриан шагнул к ней.
— Какой?
Елена посмотрела на Мию и побледнела.
— Тот, который доказывает, что ты не имеешь права называться её отцом…

ЧАСТЬ 3

— Что значит «не имеешь права»? — Адриан вырвал коробку из рук Елены.
Внутри лежал лист с печатью нотариуса и моя подпись. Согласно ему, я якобы отказалась от любых требований к семье Кейн и признала, что Мия родилась от другого мужчины.
— Я этого не подписывала, — сказала я.
— Подписывали, — возразила Елена. — Только не София.
Она положила на стол старую папку из родильного дома. Из неё выпала карточка с отпечатком крошечной ладони Мии и датой рождения. Под ней стояла подпись акушерки Марты Белл.
— Марта работала у нас двадцать лет, — объяснила Елена. — Она видела Ричарда в больнице. Он пришёл туда не один. С ним был нотариус и человек из службы безопасности.
Адриан смотрел на неё неподвижно.
— Почему ты молчала?
— Потому что Ричард угрожал моему сыну. Но вчера я узнала, что он собирается продать компанию и вывести деньги через подставной фонд. Тогда мне стало ясно: он уничтожает не только тебя.
Мия тихо спросила:
— А папа правда здесь?
Адриан опустился перед ней на колени.
— Я здесь. Но мне нужно сказать честно: я не знал о тебе.
— А если бы знал?
Он посмотрел на меня.
— Я бы пришёл.
В коридоре послышались тяжёлые шаги. Ричард Кейн вошёл без стука, опираясь на трость с серебряной ручкой. За ним шёл его юрист.
— Как трогательно, — сказал Ричард. — Мальчик нашёл себе семью в офисе.
Адриан выпрямился.
— Ты знал о Мии.
— Я защищал тебя от женщины, которая хотела денег.
— Она семь лет одна растила моего ребёнка.
Ричард усмехнулся и бросил на стол ещё один документ.
— Биологическое родство ничего не значит. По этому соглашению ты обязан передать контроль над компанией совету. Иначе я раскрою, что твоя дочь родилась вне брака и скрывалась от семьи.
Я почувствовала, как Мия вцепилась в мою ладонь.
— Вы сами скрывали её, — сказала я.
— Никто не поверит матери-одиночке против Кейнов.
Елена достала из коробки последний лист.
— Поверят этому. Здесь подпись Марты Белл и дата, когда Ричард заставил её изменить запись в журнале.
Ричард резко повернулся к ней.
— Ты пожалеешь.
— Уже жалею, что молчала так долго.
Адриан взял лист и прочитал его до конца. Потом достал телефон.
— Совет директоров собирается через час, — сказал его юрист.
— Отлично, — ответил Адриан. — Тогда там узнают всё.
Но телефон зазвонил раньше. Адриан ответил, и его лицо стало жёстким.
— Что значит, Мия исчезла из списка посетителей? — спросил он.
Я обернулась к коридору. Плюшевый лис лежал на полу. Мии рядом не было.
На экране телефона появилось сообщение с адресом старого причала и одной фразой: «Приезжайте один, иначе девочка узнает, что её отец бросил её ещё до рождения…»

Вам также могут понравиться эти истории:

Муж исчез на шесть дней с любовницей, а когда появился в больнице, его помощник побледнел и выронил папку ЧАСТЬ 4 — Моя дочь назвала холоднейшего начальника своим папой прямо в офисе, и его улыбка исчезла после её ответа ЧАСТЬ 4 — Моя дочь назвала холоднейшего босса своим папой посреди офиса, и его мать, увидев фотографию, застыла у лифта Сестра ударила меня по шраму в переполненном кафе и приказала мужу расправиться со мной — но он внезапно побледнел Я ворвалась в прачечную за криком ребёнка, а через минуту моя мать указала на меня — и полицейский побледнел Я вошла на благотворительный вечер с тремя мальчиками, и когда бывший муж их увидел, его рука дрогнула