Свекровь не пустила меня с детьми на праздник, который я оплатила, но после одного звонка её улыбка исчезла

Свекровь закрыла перед нами стеклянную дверь ресторана, пока внутри официанты разливали шампанское за мой счёт.

— Я впускаю только Натана, — сказала Маргарет, поправляя жемчужную брошь на чёрном платье. — Ты и дети можете подождать в другом месте.

Я стояла под навесом у входа в дорогой бостонский ресторан и чувствовала, как холод от каменных ступеней поднимается по ногам. Внутри играло пианино, пахло розмарином и запечёнными грушами, а над столами сияли белые орхидеи. Я трижды меняла их композицию, потому что Маргарет однажды сказала, что не переносит «дешёвую показуху».

Рядом со мной четырнадцатилетняя Софи держала альбом в зелёной тканевой обложке. Она неделю приклеивала туда фотографии: Маргарет с маленьким Натаном, семейные праздники, снимок, где свекровь впервые держала на руках Калеба. Девочка даже написала на первой странице: «Для бабушки, с любовью».

Девятилетний Калеб прижимал к груди фарфоровый чайный сервиз. Он копил на него четыре месяца, отказываясь от мороженого и новых карточек для игры. На коробке осталась маленькая красная наклейка из магазина.

Маргарет посмотрела на подарки и скривилась.

— Уберите это. Я хочу спокойный вечер без осложнений.

Софи побледнела.

— Но мы сделали альбом для вас.

— Я не просила.

Калеб поднял на меня глаза.

— Мам, мы правда мешаем?

У меня сжалось горло. Их отец Дэвид погиб шесть лет назад, и Маргарет знала, как болезненно дети воспринимают любое напоминание о том, что они для кого-то «чужие». Я посмотрела на Натана. Он стоял рядом с матерью в новом тёмном костюме, который тоже оплатила я, и держал ключи от моей машины.

— Ты войдёшь без нас? — спросила я.

Он взглянул через плечо. За стеклом гости уже поднимали бокалы. На экране у стены появилась надпись: «Маргарет — шестьдесят пять».

— Эмили, не начинай, — тихо сказал он. — Мама ждала этот вечер.

— Я тоже его ждала. Я всё организовала.

— Именно поэтому не разрушай его.

Маргарет положила ладонь ему на плечо и улыбнулась гостям.

— Мой сын всегда умел относиться к матери как к настоящей даме.

Натан опустил глаза и шагнул внутрь. Стеклянная дверь мягко закрылась между нами.

Софи прижала альбом к груди.

— Он даже не попрощался.

— Я знаю.

Я не закричала. Только взяла детей за руки и повела их к стоянке. В машине Калеб осторожно поставил коробку на колени, будто боялся, что подарок тоже могут отвергнуть.

— Куда мы поедем? — спросила Софи.

Я смотрела на золотые буквы ресторана в зеркале заднего вида и понимала: это был не случайный жест. Маргарет хотела показать мне моё место. А Натан позволил ей это сделать.

Я достала телефон и набрала номер брата Джеймса, адвоката.

— Джеймс, — сказала я, когда он ответил. — Мне нужно, чтобы ты проверил одну вещь. Прямо сейчас.

— Что случилось?

Я ещё раз посмотрела на закрытую дверь.

— Проверь, кому принадлежит этот ресторан и кто подписывал договор на сегодняшний вечер. И не звони Натанy. Пока.

На другом конце повисла пауза. Потом Джеймс резко выдохнул.

— Эмили, ты сидишь в машине?

— Да.

— Запри двери и не возвращайся туда. Я нашёл в реестре документ, который датирован сегодняшним утром. Сейчас пришлю тебе фотографию.

Телефон завибрировал. Я нажала на сообщение, но экран погас. В ту же секунду у ресторана распахнулась боковая дверь, и к нашей машине быстрым шагом направился мужчина с тонкой папкой в руке. Он остановился у моего окна и поднял папку, словно собирался сказать, кому она предназначена…

ЧАСТЬ 2

…Я опустила стекло на несколько сантиметров.
— Вы Эмили Харпер? Я Томас Рид, управляющий рестораном. Мне велели передать вам это лично.
Он протянул папку с золотой эмблемой и моим именем.
— Кто велел?
Томас взглянул на освещённый зал.
— Тот, кто утром подписал распоряжение о закрытии счёта мероприятия. Я должен был дождаться семи сорока.
Я вышла из машины. За стеклом Маргарет позировала возле торта, Натан стоял рядом с бокалом. Увидев папку, он отвернулся.
— Почему вы не отдали её мужу?
— Договор заключали вы. А о важном пункте он, вероятно, забыл. Прочтите сами.
Я вернулась к детям и раскрыла папку. Внутри были договор, платёжное поручение и лист с подписью Натана. Он велел списать оплату с моей карты, хотя обещал вернуть деньги после премии. Ниже значилось: «Праздник частный. Доступ только приглашённым гостям семьи Рид».
Значит, детей исключили заранее.
Позвонил Джеймс.
— Ты видела бумаги? Я проверил общий накопительный счёт. Три недели назад Натан перевёл почти все деньги фирме матери.
— Он говорил, что это на ремонт кухни.
— Ремонта не было. Фирма собирается купить здание ресторана. Задаток внесли сегодня утром — твоими деньгами.
Маргарет всегда мечтала владеть местом, куда «не пускают случайных людей». У меня похолодели пальцы.
— Они уже купили его?
— Пока подписан предварительный договор. Нужно выяснить, какие платёжные бумаги тебе показывал Натан. Не заходи туда одна, я еду. Договор купли-продажи у нотариуса, но я нашёл свидетеля подписания: Леонарда Вейла, бывшего бухгалтера фирмы. Он согласен встретиться при адвокате.
Дверь ресторана открылась. Натан вышел, поправляя галстук.
— Эмили, мама хочет поговорить.
— Пусть выйдет сюда.
Он заметил папку и побледнел.
— Откуда она у тебя?
— От управляющего. Почему ты тратишь наши деньги на ресторан, куда не пустил моих детей?
— Ты устраиваешь сцену из-за семейного ужина? — Натан повернулся к Томасу. — Вы не имели права передавать ей документы.
— Она сторона договора, — спокойно ответил тот.
За спиной Натана появилась Маргарет.
— Эмили, ты решила обсуждать финансы перед детьми?
— А ты решила унизить их перед гостями?
Улыбка на её лице застыла.
— Твои дети не имеют отношения к нашей семье.
Софи открыла дверцу машины.
— Мы имеем отношение к маме.
Маргарет замолчала. Натан сжал кулаки.
Снова позвонил Джеймс. Я включила громкую связь.
— Леонард готов приехать. Он сказал: «Если Натан узнает, что я сохранил копию, он поймёт, почему Маргарет так торопилась с покупкой».
Натан шагнул ко мне.
— Не слушай его. Он хочет отомстить.
— Тогда объясни всё сам.
Он открыл рот, но Маргарет схватила его за локоть.
— Мы уходим, — прошептала она.
Томас достал второй лист, которого не было в папке.
— Есть ещё приложение к договору, миссис Харпер. Оно касается не здания, а вашей семьи. И его подписывали при свидетеле…

ЧАСТЬ 3

…— Пригласите его сюда, — сказала я.
— Он ждёт в служебном кабинете, — ответил Томас.
Мы вошли через боковой коридор. Там пахло кофе и полированной древесиной. Джеймс приехал почти сразу, стряхивая снег с рукавов пальто, а за ним вошёл худой пожилой мужчина с кожаной сумкой.
— Леонард Вейл, — представился он. — Я вёл счета фирмы Маргарет двадцать два года.
Натан побледнел.
— Ты не имеешь права вмешиваться.
— Я имею право рассказать, почему меня уволили, — ответил Леонард. — И почему я не уничтожил копии.
Джеймс положил перед ним чистый лист.
— Говорите спокойно и только о том, что видели.
Леонард раскрыл сумку. Внутри лежала копия предварительного соглашения о покупке ресторана и отдельный лист с банковскими реквизитами.
— Три недели назад Маргарет попросила меня подготовить перевод с общего счёта Эмили и Натана. Она сказала, что Натан получил разрешение жены.
— Я не говорил, что получил, — резко бросил Натан.
— Ты сказал, что Эмили подпишет всё, если узнает о покупке после завершения сделки.
— Я хотел сделать сюрприз.
— Тогда почему в соглашении указано, что доля Эмили не переходит ей? — спросил Джеймс.
Натан замер.
Леонард перевернул документ. Внизу стояла подпись Маргарет, а рядом — подпись Натана. В пункте о владельцах фирмы было ясно написано: единственным будущим владельцем должна стать Маргарет Рид.
— Ты собирался купить ей ресторан нашими деньгами, — сказала я.
Натан посмотрел на меня.
— Я собирался сохранить семью.
— Исключив из неё моих детей?
— Мама сказала, что если ресторан будет оформлен на неё, она даст нам долю. А потом…
— Потом что?
Маргарет ударила ладонью по столу.
— Довольно! Натан делал то, что должен был сделать для своей матери.
Леонард достал ещё один лист.
— Это расписка, которую Маргарет заставила его подписать. В ней сказано: если Эмили узнает о переводе до окончания сделки, Натан должен подать на развод и потребовать половину имущества.
В кабинете стало так тихо, что я услышала гул холодильника за стеной.
— Ты хотел развестись со мной из-за ресторана? — спросила я.
Натан провёл рукой по лицу.
— Я думал, ты всё равно уйдёшь. Ты никогда не принимала мою мать.
— Я шесть лет оплачивала её лекарства, помогала с домом и устроила этот праздник. А ты называешь это неприятием?
Маргарет подняла подбородок.
— Мне не нужны твои подачки.
— Тогда верни деньги.
Она усмехнулась.
— Они уже вложены.
Джеймс спокойно достал телефон.
— Нет. Банк приостановил перевод час назад. Сделка не завершена. Более того, платёж был оформлен с общего счёта без согласия второго владельца.
Натан схватился за край стола.
— Ты остановил деньги?
— Я сделал то, что должен был сделать брат, когда увидел попытку вывести средства.
Маргарет резко повернулась к Леонарду.
— Ты обещал молчать.
— Я обещал не лгать, — ответил он.
Я думала, что после этих слов всё закончится. Но телефон Джеймса зазвонил снова. Он отошёл к стене, выслушал собеседника и медленно посмотрел на меня.
— Эмили, это банк. Они нашли ещё один перевод. Не на счёт фирмы Маргарет. Деньги ушли человеку, которого Натан назвал погибшим отцом детей шесть лет назад…

Вам также могут понравиться эти истории:

ЧАСТЬ 4 — На тридцать пятилетии муж исчез с моей сестрой, а после их возвращения отец вдруг перестал смотреть мне в глаза ЧАСТЬ 4 — Глава общины вызвала эвакуатор к моему контейнеру, но после одного вопроса военная полиция повела её к машине ЧАСТЬ 4 — После смерти мужа адвокат лишил меня дома и денег, но его последняя просьба заставила адвоката побледнеть ЧАСТЬ 4 — В день рождения моей пропавшей дочери пришло письмо, и после первой строки женщина напротив уронила чашку ЧАСТЬ 4 — Я испекла пирог в чужой старой форме, и хозяин дома вдруг перестал дышать Я отвезла племянницу в больницу после странного крика, но слова следователя заставили мою сестру резко побледнеть