Трое вооружённых людей ворвались в особняк моего хозяина, но после ужина его правая рука вдруг перестал улыбаться

В два семнадцать ночи я стояла в библиотеке особняка Итана Колдуэлла и смотрела, как вооружённый человек падает на ковёр рядом с охранником.

Свет погас мгновенно. Не мигнул, не потускнел — просто исчез, будто кто-то накрыл дом чёрным полотном. Через секунду погасли панели сигнализации, а резервные генераторы так и не загудели.

Я услышала тяжёлые шаги в западном коридоре.

— Проверьте второй этаж, — приказал незнакомый голос. — В кабинет. Быстро.

Я прижалась спиной к книжному шкафу. В руке у меня была корзина с выглаженными рубашками Итана, и от неё пахло крахмалом и горячим металлом утюга. В другой комнате охранник лежал лицом вниз. Его рация тихо шипела, но он не двигался.

Я могла уйти через служебную дверь.

До неё было всего десять шагов.

Но мужчины не искали драгоценности и не проверяли спальни. Они шли прямо к кабинету Итана — к картине с морским маяком, за которой находился сейф.

Я знала, что лежит в том сейфе. За четырнадцать месяцев работы в доме человек учится замечать больше, чем хочет хозяин. Итан никогда не открывал его при охране. Только один раз я видела, как он доставал оттуда тонкую папку с красной сургучной печатью.

Если сейф вскроют, погибнут не только люди Итана.

Погибнет мой младший брат Ной.

Его имя было в одной из записей, которые я случайно увидела на столе начальника охраны.

Я поставила корзину на пол и пошла на кухню.

— Эй! — крикнул кто-то в коридоре. — Здесь кто-нибудь есть?

Я не ответила.

На кухне пахло жареным луком, древесным дымом и чистящим порошком. Я открыла нижний шкаф, достала тяжёлую чугунную сковороду и проверила, не дрожат ли пальцы.

Дрожали.

Но не от страха.

Я дождалась, пока первый мужчина войдёт в кабинет, и ударила его сзади. Он выронил пистолет, врезался плечом в письменный стол и попытался развернуться. Я ударила снова.

Второй бросился на меня с ножом.

— Убирайся, служанка!

Я успела отступить, но лезвие распороло рукав формы и кожу под ним. Боль была яркой, почти чистой. Я схватила его за запястье, выкрутила руку и услышала сухой хруст.

Третий выстрелил.

Пуля разбила стеклянную лампу над моей головой. Осколки посыпались в волосы, и на секунду я снова оказалась в другом месте — в тёмном переулке, где когда-то не успела спасти напарницу.

Я не позволила воспоминанию остановить меня.

Через несколько минут один мужчина лежал без сознания возле дивана, второй стонал, прижимая руку к груди, а третий пытался подняться у окна. Я толкнула его на пол и села за стол Итана, прижав сковороду к коленям.

Сейф оставался закрытым.

Итан приехал через двадцать минут. Он вошёл в кабинет в чёрном пальто, за ним — двое охранников. Увидев меня, он остановился.

За четырнадцать месяцев он ни разу не смотрел на меня дольше секунды.

Теперь смотрел.

— Ты сделала это?

Я перевела взгляд на мужчин.

— Они пришли за вашим сейфом.

— У них были пистолеты.

— Я заметила.

Итан посмотрел на сковороду.

— А у тебя было это?

— Это оказалось ближе.

Он хотел что-то сказать, но в этот момент его начальник охраны поднял с пола пистолет одного из нападавших. На запястье мужчины виднелась маленькая татуировка: чёрный компас внутри круга.

Лицо Итана стало неподвижным.

— Я знаю этот знак, — сказал он.

Через полчаса в подземной комнате наблюдения мы смотрели запись с уцелевшей камеры. На экране я бежала навстречу вооружённым мужчинам, а не от них.

Итан остановил изображение.

— Они назвали твоё имя до того, как вошли в дом.

Я почувствовала холод под рёбрами.

— Это невозможно.

— Почему?

Я посмотрела на застывшее лицо нападавшего.

— Потому что Мэгги Дойл давно не существует.

Итан медленно повернулся ко мне.

А утром он сказал, что люди с этим знаком связаны не с его врагами, а с кем-то из его собственной семьи. И пока мы пытались понять, кто заказал первый удар, я заметила за обеденным столом человека, который трижды сделал один и тот же странный жест. В третий раз его рука уже тянулась к оружию…

ЧАСТЬ 2

Я вскочила раньше, чем он успел вытащить пистолет.

Стул ударился о мраморный пол, серебряная ложка звякнула о тарелку, а рука Виктора Хейла замерла возле внутреннего кармана пиджака. Он был правой рукой Итана и человеком, которому в этом доме доверяли больше всех.

— Не двигайтесь! — крикнула я.

Виктор усмехнулся.

— Ты совсем обезумела, Мэгги?

Итан поднялся из-за стола.

— Убери руку от кармана.

— Она бросилась на меня с ножом.

— Я видела, что ты сделал, — сказала я. — Три раза.

Виктор медленно повернул голову.

— Что именно?

Я указала на его правую ладонь. Перед тем как выпить кофе, он постучал костяшкой по ножке бокала. Потом, когда заговорил о вчерашнем нападении, провёл большим пальцем по ногтю мизинца. И сейчас снова постучал по столу — два коротких удара и один длинный.

Я видела такой сигнал много лет назад.

Его использовали люди, которые передавали сведения через жесты, когда телефоны прослушивали.

— Ты предупредил стрелка, что Итан сидит у окна, — сказала я. — И показал, когда он должен войти.

Виктор рассмеялся, но смех вышел сухим.

— Ты работала горничной. Откуда тебе знать такие вещи?

Итан перевёл взгляд на меня.

В его глазах впервые появилась не злость, а вопрос.

— Мэгги?

Я услышала собственное дыхание и поняла, что больше не могу прятаться за формой, ведром и опущенными глазами.

— Потому что я не горничная.

Виктор рванулся к оружию.

Я ударила его ладонью по запястью. Пистолет упал под стол, а Итан прижал Виктора к стене. Охранники ворвались через боковую дверь, но всё уже закончилось.

— Кто ты? — спросил Итан.

— Женщина, которую ты нанял, чтобы мыть полы.

— Это я уже понял.

— Нет. Ты не понял.

Я достала из кармана маленький латунный ключ. Он был привязан к моей форме тонкой бежевой лентой, которую я всегда прятала под воротником. Лента была выцветшей, но на ней ещё виднелись вышитые инициалы Ноя.

— Четыре года назад я служила в отделе внутренней безопасности. Моего напарника убили во время операции против сети, связанной с семьёй Колдуэллов. После этого меня объявили погибшей. Ной оказался единственным свидетелем.

— Где он? — резко спросил Итан.

— В безопасном месте. Пока.

Виктор перестал улыбаться.

— Ты не знаешь, с кем связалась.

— Знаю, — ответила я. — Я видела список платежей. Видела фамилии людей, которых вы убрали. И видела там имя человека, который сейчас пытается сделать вид, будто спасает Итана.

Итан посмотрел на Виктора.

— Ты работал на моего дядю?

— Твой дядя мёртв.

— Но его люди — нет, — сказала я.

В этот момент дверь открылась, и вошёл начальник охраны с планшетом в руках.

— Мы нашли тайник в комнате Виктора. Там фотографии Мэгги, маршрут Ноя и копия ключа от сейфа.

У меня пересохло во рту.

— Копия?

Начальник кивнул.

— И ещё одна запись. С камеры в доме, которую никто не заметил.

На экране появился Виктор. Он стоял в кабинете Итана за два часа до нападения и говорил по телефону.

— Девушка войдёт первой. Она откроет путь к сейфу. Если вы не сможете взять документы, уберите её брата.

Итан посмотрел на меня.

— Почему ты ничего не сказала про брата?

— Потому что после прошлого предательства я никому не доверяла.

Запись продолжилась. Виктор назвал дату, место и имя человека, который должен был забрать документы из сейфа.

Итан резко выпрямился.

— Это невозможно. Этот человек умер семь лет назад.

На экране Виктор произнёс имя, которое я знала лучше собственного.

Имя моего бывшего командира.

А затем в подземной комнате зазвонил телефон, который принадлежал Ною. Я бросилась к нему и услышала в трубке незнакомый мужской голос:

— Ты нашла доказательство. Теперь приезжай одна, иначе твой брат исчезнет навсегда…

ЧАСТЬ 3

Я сжала телефон так сильно, что край корпуса впился в ладонь.

— Где мой брат?

— В месте, которое ты хорошо помнишь, — ответил мужчина. — Старый железнодорожный тоннель под Редфордом. У тебя сорок минут.

Итан шагнул ко мне.

— Не езжай одна.

— Если я возьму людей, Ной умрёт.

— Если поедешь одна, умрёшь ты.

Я посмотрела на Виктора, которого охранники держали у стены. Он молчал, но на лице у него впервые появился настоящий страх.

— Сначала мы откроем сейф, — сказала я.

— Зачем?

— Потому что они рискуют всем ради документов внутри.

В кабинете пахло разбитым стеклом и порохом. Я вставила латунный ключ в маленькое отверстие под рамой картины. Итан набрал код, который знал только он, и тяжёлая дверь бесшумно отъехала в сторону.

Внутри лежали папки, флеш-накопители, пачка фотографий и красный конверт с печатью покойного Августа Колдуэлла — отца Итана.

Итан побледнел.

— Я видел эту печать только на завещании.

Я разорвала конверт.

Внутри находилась нотариально заверенная декларация и список переводов. Август не просто руководил преступной сетью. Он передал её Виктору, а тот годами направлял деньги на устранение свидетелей и конкурентов.

Но главное было в последней строке.

В ней говорилось, что Итан не являлся наследником и законным руководителем организации. Август назначил его публичным лицом, чтобы скрыть настоящего управляющего — Виктора Хейла.

Итан перечитал документ дважды.

— Он использовал меня.

— А ты даже не проверил, кто отдаёт приказы, — тихо сказала я.

Виктор дёрнулся.

— Ты ничего не докажешь.

Я включила запись с планшета.

Его голос наполнил кабинет.

— Девушка войдёт первой. Она откроет путь к сейфу. Если документы не найдут, уберите её брата.

Виктор побледнел.

— Это вырвано из контекста.

— Там нет контекста, — ответил Итан. — Там твой голос.

— Ты думаешь, можешь просто забрать мою организацию?

— Она никогда не была твоей, — сказал Итан.

Я достала из папки фотографию. На ней был мой бывший командир Томас Рид, стоящий рядом с Августом Колдуэллом. На обороте стояла дата операции, во время которой погиб мой напарник.

Томас не умер.

Он много лет работал на Виктора и помогал подделать мою смерть.

— Почему ты знала, что они ищут меня? — спросил Итан.

— Потому что я сама оставила след. Хотела, чтобы люди Виктора подумали, будто в сейфе лежит список его сообщников. Я не знала, что он узнает о Ное.

Телефон снова зазвонил.

На этот раз звонил Томас.

— Мэгги, — сказал он, — если хочешь увидеть брата живым, привези декларацию и приезжай без Итана.

— Дай мне поговорить с Ноем.

Раздался приглушённый крик.

— Ной! — закричала я.

— У тебя двадцать минут.

Связь оборвалась.

Итан забрал папку и передал её своему адвокату, который только что вошёл в кабинет.

— Отправьте копии прокурору, финансовой полиции и всем людям, которым Виктор доверял меньше всего.

Адвокат кивнул.

— А что будете делать вы?

Я уже натягивала пальто.

— Верну брата.

Итан взял оружие.

— Мы поедем вместе.

— Тогда они убьют его.

— Не убьют. Им нужен ты живым, чтобы подписать передачу власти.

Я остановилась у двери.

Итан посмотрел на меня совершенно иначе — не как на служанку и не как на оружие.

— Ты всё это время защищала моего врага от меня?

— Я защищала Ноя.

Внизу завыла сирена. На телефон Итана пришло сообщение с неизвестного номера: фотография Ноя, связанного в тоннеле, и подпись: «Он уже не один».

На заднем плане стоял Томас Рид.

А под фотографией было ещё одно сообщение: «Итан, приезжай без Мэгги. Иначе первой пулей будет её брат»…