ЧАСТЬ 4 — Муж столкнул меня с ледяного обрыва на девятом месяце, но у края его улыбка вдруг исчезла

ЧАСТЬ 4

Адриан медленно убрал телефон.

— Серена исчезла. Но перед этим она отправила кому-то копию твоей медицинской карты. И теперь неизвестно, кто первым доберётся до твоего ребёнка после родов.

В палате стало так тихо, что я услышала, как капля раствора ударилась о пластмассовую трубку.

— Она знала, где я? — спросила я.

— Она знала всё, — ответила Нина. — Срок, больницу, имя врача. Даже то, что ребёнок будет мальчиком.

Виктор рванулся к двери.

— Вы не можете увезти меня, пока не проверите, кто ей помогал!

— Именно поэтому вы поедете с нами, — сказала Нина.

— Адриан, вы должны оплатить мне адвоката!

— Я больше ничего вам не должен.

— Это мои деньги!

— Нет. Это деньги женщины, которую вы пытались убить.

Виктор побледнел и впервые перестал изображать уверенного человека.

Его увели.

Через десять минут больницу закрыли для посетителей. У входа поставили двух полицейских, а Марина перевела меня в палату на верхнем этаже.

Но страх не исчез.

Он поселился под рёбрами рядом с болью.

— Если Серена отправила карту, она могла продать её тому, кто связан с Виктором, — сказала я.

— Мы найдём её, — ответила Нина.

— А если не успеете?

Адриан положил руку на спинку моей кровати.

— Успеем.

Я посмотрела на него.

— Вы всегда так говорите?

— Только когда боюсь.

Эта честность напугала меня сильнее любых угроз.

Ночью в больничном коридоре погас свет. Генератор включился через несколько секунд, но за это короткое время кто-то успел войти в палату через запасную лестницу.

Я проснулась от запаха мокрой шерсти.

На пороге стоял мужчина в форме санитарного работника. Его бейдж был перевёрнут, а в руке он держал не медицинский планшет, а маленький металлический кейс.

— Вы Елена Хейл? — спросил он.

Я нажала кнопку вызова.

— Что вам нужно?

— Забрать ребёнка, когда он родится.

У меня перехватило дыхание.

— Кто вас послал?

Он улыбнулся.

— Ваш муж сказал, что вы сами согласитесь, если узнаете правду о своём отце.

Мужчина сделал шаг к кровати, но дверь распахнулась. Адриан ударил его тростью по запястью, кейс упал на пол и раскрылся. Внутри лежали поддельные документы, детская бирка с моим именем и шприц.

Нина ворвалась следом и прижала незнакомца к стене.

— Лицом вниз!

Он сопротивлялся, пока полицейский не защёлкнул наручники.

Из его кармана выпал телефон. На экране было последнее сообщение от Серены: «После родов заберите мальчика. Мать не должна проснуться».

Я закрыла глаза.

— Она хотела украсть моего сына.

— Она хотела, чтобы вы умерли, — сказал Адриан. — Но теперь у нас есть связь между ней, Виктором и теми, кто подделывал документы.

Утром начались схватки.

Снег за окном шёл стеной, а я сжимала ладонь Адриана и кричала так, будто из меня вырывали не только ребёнка, но и всю жизнь, которую я считала настоящей.

Через четыре часа раздался первый крик.

Мой сын был жив.

Его положили мне на грудь, завернув в белое одеяло. На крошечной щеке дрожала складочка, удивительно похожая на ту, что появлялась у моей матери, когда она улыбалась.

Адриан стоял у окна и плакал молча.

— Как его назовёшь? — спросил он.

— Марк, — ответила я. — В честь человека, который всё-таки нашёл нас.

— Я нашёл тебя слишком поздно.

— Но нашёл.

Через два дня Серену задержали на автобусной станции в Солт-Лейк-Сити. У неё был билет в другой штат, пачка наличных и копия письма Маргариты.

Она призналась, что Виктор обещал ей часть выплаты. Но признание было только началом. В телефоне нашли переписку с двумя сотрудниками страховой компании, которые помогали ему оформлять ложную смерть и готовили документы на опеку над моим сыном.

Их взяли той же ночью.

А Виктор ещё не знал, что запись с горы услышит не только следователь. Через несколько часов ему предстояло услышать собственный голос со стороны…