Я попросила самого опасного человека Чикаго не мстить моему бывшему — но после одного сообщения его лицо изменилось

Когда Адриан Морретти спросил, кто оставил синяк на моём запястье, двенадцать опасных мужчин перестали дышать одновременно.

Мы сидели в стеклянной переговорной на сорок втором этаже, и за окнами в 8:12 утра Чикаго тонул в белом зимнем свете. Передо мной лежала папка с отчётами о поставках, рядом остывал кофе с запахом кардамона. Я потянулась через стол, поправляя документ, и рукав сдвинулся вверх.

Всего на несколько сантиметров.

Этого хватило.

— Кто это сделал? — спросил Адриан.

Он не повысил голоса. В этом и была проблема. Когда Адриан говорил тихо, люди начинали бояться громче.

Я опустила рукав.

— Я ударилась о дверцу шкафа.

— София.

Он впервые за три года назвал меня по имени. Не Беннетт, как в рабочих таблицах. Не коротким кивком, как остальных. София.

Я почувствовала, как под воротником рубашки холодеет кожа.

— Мы можем закончить встречу? — спросила я. — Через двадцать минут у вас звонок с портом.

— Я знаю своё расписание.

— А я знаю его лучше.

Уголок его рта едва заметно дрогнул, но улыбки не было.

Адриан закрыл папку. Щелчок замка прозвучал громче выстрела.

— Все выйдите, — сказал он.

Стулья заскрипели. Мужчины, которых в городе боялись владельцы клубов, чиновники и даже некоторые полицейские, молча собрали документы. Последним поднялся Карузо. Он посмотрел на мой рукав, потом на Адриана и прикрыл дверь.

В 8:19 мы остались одни.

— Сядь, — сказал Адриан.

— Я предпочитаю стоять.

— Тогда я тоже встану.

Он поднялся, но не приблизился. Оставил между нами длину стола. Я заметила это и неожиданно для себя смогла вдохнуть.

— Как давно? — спросил он.

— Синяк уже почти прошёл.

— Я не о синяке.

За стеклом проехал поезд, и его металлический гул прошёл по стенам.

Я сжала в пальцах маленькую латунную скрепку, которую всегда носила в кармане. Она была от старой папки отца и давно стала моим талисманом: если руки заняты, они не дрожат.

— Пять лет, — сказала я.

Адриан не перебил.

— Мы были вместе. Потом помолвка. Потом я поняла, что слово «нет» для Райана означает только начало спора.

— Райан?

— Райан Митчелл.

Его взгляд стал жёстче.

— Он знает, где ты работаешь?

— Знает всё. Где я живу. Когда ухожу. В какие компании подавала заявления. Иногда звонит с закрытых номеров. Иногда ждёт возле дома.

— Почему ты не сказала?

Я усмехнулась, но внутри меня всё сжалось.

— Потому что люди рядом с вами решают проблемы так, что потом они становятся моими.

— Ты думаешь, я его уберу?

— Я думаю, вы можете приказать сделать что угодно.

— А чего хочешь ты?

Этот вопрос оказался страшнее угрозы.

— Я хочу вернуть контроль над своей жизнью. Не отдать его вам.

Он долго смотрел на меня, затем кивнул.

— Я проверю счета и его связи. Без действий, пока ты не согласишься.

— Никого за мной не посылать.

— Хорошо.

— Не менять мою квартиру.

— Хорошо.

— Не запирать меня в безопасном месте под видом заботы.

На этот раз он ответил не сразу.

— Хорошо.

Я почти дошла до двери, когда телефон в кармане завибрировал. Одно сообщение от Райана: «Я знаю, где ты работаешь. Ты думаешь, что в безопасности. Ошибаешься».

Адриан уже поднялся.

Я вернулась к столу и положила телефон перед ним.

— Теперь я прошу вас, — сказала я.

Он взял телефон, а другой рукой потянулся к чёрной папке с гербом компании. Его пальцы коснулись застёжки, и я поняла, что внутри лежит не просто отчёт. Адриан поднял глаза и начал открывать папку…

ЧАСТЬ 2

Адриан раскрыл папку медленно, будто внутри лежал не ответ, а вещь, способная изменить расстановку сил.
Я стояла напротив него в переговорной, где минуту назад двенадцать мужчин обсуждали задержанные грузы. Теперь слышно было только жужжание кондиционера и сухой щелчок металлической застёжки.

— Что вы нашли? — спросила я.

— Пока ничего не утверждаю.

— Вы всегда так говорите перед тем, как кто-то начинает исчезать.

Он поднял на меня взгляд.

— Я обещал не действовать без тебя.

В папке лежали распечатки банковских переводов, копии заявлений о приёме на работу и один лист с перечнем телефонных номеров. Моё имя повторялось на каждой странице.

— Он следил за мной через деньги? — прошептала я.

— Не только.

Адриан придвинул ко мне первый лист. За последние девять месяцев с общего счёта, которым когда-то пользовались мы с Райаном, уходили небольшие суммы. Не тысячи. По сто, двести, четыреста долларов. Так, чтобы их можно было принять за случайность.

Но получатель менялся редко.

— Эти счета принадлежат трём фирмам, — сказал Адриан. — Две зарегистрированы на подставных людей. Третья связана с перевозками Карузо.

Я посмотрела на стеклянную дверь.

— Вы думаете, Карузо помогает Райану?

— Я думаю, что совпадения заканчиваются там, где начинаются подписи.

Он перелистнул документы. На одном заявлении стояла моя подпись.

Я сразу поняла, что она поддельная. Настоящую я ставила с лёгким наклоном вправо, а эта уходила влево. Райан знал моё имя, но никогда не замечал мелочей.

— Этим можно обвинить меня, — сказала я.

— Именно поэтому я не отдал папку никому.

В 8:47 в дверь постучали. Вошёл Карузо, держа в руке стакан воды. Лёд внутри тихо ударился о пластик.

— Адриан, ты просил меня проверить складские накладные.

— Я просил принести их, — ответил Адриан. — А не заходить одному.

Карузо посмотрел на меня.

— София, тебе лучше уйти.

— Почему?

— Разговор мужской.

Я почувствовала старую, знакомую злость. Ту, которая когда-то помогла мне не расплакаться в ванной после очередной угрозы Райана.

— Тогда вам придётся говорить громче, — сказала я.

Карузо сжал стакан так сильно, что пластик хрустнул.

Адриан заметил это.

— Ты знаешь Райана Митчелла?

— Нет.

— Он утверждает обратное.

— Он много чего утверждает.

— Например, что ты передал ему доступ к отчётам через сотрудника компании.

Карузо усмехнулся.

— Адриан, ты позволяешь личной драме вмешиваться в дела.

— Личная драма не создаёт поддельные подписи.

На секунду Карузо побледнел. Потом поставил стакан на стол.

— Я бы на твоём месте проверил саму Софию.

Эта фраза ударила сильнее, чем я ожидала.

Адриан не повернул головы, но его голос стал ледяным.

— Выйди.

— Я просто говорю, что тихие люди иногда скрывают больше, чем кажется.

— Выйди, Карузо.

Дверь закрылась.

Я смотрела на бумаги и понимала: Райан преследовал меня не только ради мести. Он пытался заставить кого-то поверить, что я сама участвовала в краже.

— Кто ещё видел эти документы? — спросила я.

— Один человек.

— Кто?

Адриан достал из нижнего отделения папки фотографию молодого мужчины в рабочей куртке.

— Бухгалтер с третьего склада. Он исчез сегодня утром.

На обороте фотографии была написана одна фраза: «Если хотите узнать, кто поставил подпись, ищите там, где хранятся пустые накладные».

В этот момент телефон Адриана зазвонил. Он ответил, слушал несколько секунд, а потом передал мне трубку.

— Это для тебя.

Я прижала телефон к уху.

— София, — сказал незнакомый мужской голос, — я видел, что Райан сделал с последней папкой. Но если ты придёшь одна, я расскажу всё…

«А если не одна?» — спросила я.

На другом конце раздался короткий металлический звук, будто кто-то положил нож на стол.

— Тогда он узнает, что ты нашла меня…

ЧАСТЬ 3

— Где вы? — спросила я, прижав телефон к уху.

За окнами кабинета Адриана часы показывали 9:03. На столе между нами лежала фотография пропавшего бухгалтера — Милоша Вебера. Его рабочая куртка была испачкана белой пылью, а на пальце виднелось кольцо с треснувшим чёрным лаком.

— В архивном помещении под старым складом на Ривер-стрит, — ответил Милош. — Но не приезжайте одна. Я не хотел вмешивать Адриана. Теперь понимаю, что уже поздно.

— Что вы видели?

— Райан приходил три раза. Он приносил пустые накладные и забирал настоящие. Но подписи ставил не он.

Я посмотрела на Адриана.

— Чьи?

Милош замолчал.

— Назовите имя.

— Карузо.

В комнате будто выключили воздух.

Через пять минут мы вошли в подземный архив. Адриан взял с собой только двух охранников, но попросил меня идти рядом. Под ногами хрустел мелкий гравий, пахло машинным маслом и мокрым картоном.

Милош ждал между стеллажами. Он держал папку обеими руками и так сильно прижимал её к груди, что побелели костяшки.

— Я не хотел в это лезть, — сказал он.

— Но полезли, — ответил Адриан.

— Потому что София не виновата.

Я почувствовала, как внутри поднимается холод.

Милош раскрыл папку. Внутри лежали оригиналы накладных, три банковских поручения и лист регистрации доступа.

На последней странице стояла подпись Карузо.

— Он приказал мне заменить суммы, — сказал Милош. — Потом Райан начал давить на Софию, чтобы она ушла с работы и не заметила пропажу. Ему нужны были её полномочия и её имя.

— Почему вы молчали? — спросила я.

Милош опустил взгляд.

— Потому что у меня дочь. Райан прислал мне фотографию её школы.

Адриан медленно повернулся к двери.

— Позови Карузо, — сказал он одному из охранников. — Сейчас.

Карузо появился через десять минут. Он вошёл уверенно, в дорогом пальто, с серебряной зажигалкой в руке.

— Это нелепо, — сказал он. — Вы устроили допрос из-за женщины, которой угрожает бывший жених.

— Милош говорит, что ты подписывал накладные, — ответил Адриан.

— Милош лжёт.

— Тогда объясни свою подпись.

Карузо посмотрел на документ. Его лицо не изменилось, но зажигалка в руке раскрылась и захлопнулась.

— Я подписывал пустые бланки. Для удобства.

— А деньги?

— Комиссия за срочные перевозки.

— А Райан?

Карузо резко повернулся ко мне.

— Ты сама привела его сюда. Ты сама хотела, чтобы он помог с отчётами.

— Нет.

— У тебя нет доказательств.

Я достала из внутреннего кармана тонкую латунную скрепку и разжала её. Под ней оказался маленький ключ от ячейки в архивном шкафу.

— Доказательства лежат там, где ты был уверен, что я никогда не стану искать.

Я открыла шкаф. Внутри лежала моя настоящая папка с копиями всех отчётов за последний год. Я не доверяла облачным хранилищам и держала бумажные оригиналы отдельно. На каждом документе стояла дата, время и моя собственная отметка.

Карузо отступил.

Адриан посмотрел на него.

— Ты использовал Райана, чтобы украсть деньги и выставить виновной Софию.

— Она была удобной, — выплюнул Карузо. — Тихая помощница, которую никто не станет слушать.

Эти слова должны были ранить. Но внутри меня поднялось не унижение, а ясность.

Адриан сделал шаг к Карузо, однако я остановила его рукой.

— Не трогайте его.

— София…

— Я сказала, не трогайте.

Карузо усмехнулся, решив, что победил.

И тут зазвонил мой телефон.

На экране был номер Райана. Я ответила, включив громкую связь.

— Ты нашла папку, — сказал он. — Тогда приезжай на старый терминал. В одиночку. Иначе Карузо получит не только деньги, но и подпись Адриана под договором, который уничтожит всю его организацию…

Я посмотрела на Адриана. Он понял то же, что и я: Райан уже держал в руках не угрозу мне, а последний документ, способный обрушить всё…