Я уступил бывшей невесте комнату женщины, которую любил, но утром её насмешка заставила меня побледнеть

В шесть семнадцать утра я стоял у пустой комнаты Софи Беннетт, а в ладони у меня лежал ключ, который она оставила посреди подушки.

Постель была натянута так ровно, будто на ней никто никогда не спал. В шкафу звенели пять пустых проволочных плечиков. На подоконнике исчез круг от банки с цветами. Не осталось ни трёх книг, которые Софи складывала корешками к стене, ни фотографии её матери с белым крыльцом Белмира, ни голубой кружки с отколотой ручкой.

Даже запах дешёвого лавандового крема пропал из коридора.

— Где она? — спросил я.

Миссис Гейбл замерла за моей спиной с корзиной простыней. Ей было семьдесят, и за тридцать лет она научилась не бояться никого в моём доме. Но теперь пальцы у неё дрожали.

— Я не знаю, господин Романо. В пять она не пришла на кухню. Я решила, что после вчерашнего ей нужно поспать.

— Она не спит.

Я поднял ключ. Тяжёлый, железный, с крошечной вмятиной у бородки. Холод пробрался в кожу, и вместе с ним пришла мысль, от которой свело желудок: Софи не ушла в раздражении. Она всё подготовила.

В соседней комнате спокойно спала Изабелла Конти, завернувшись в одеяло Софи. На кресле лежали кашемировая накидка и ожерелье с бриллиантами. Я сам приказал Софи уступить ей эту комнату двенадцать часов назад.

— Только на одну ночь, — сказал я тогда в коридоре.

Софи держала в руках банку с засохшими астрами. Она посмотрела не на меня, а на дверь своей спальни.

— На одну ночь для кого?

— Для Изабеллы. Ей угрожают.

— А мне, значит, не угрожают?

Я услышал вопрос, но не понял его смысла. Война между семьями уже дышала мне в затылок, и сведения Конти могли спасти сотни людей.

— Ты переночуешь в синей гостевой комнате.

Она улыбнулась. Вежливо. Пусто.

— Конечно, господин Романо.

За одиннадцать месяцев она ни разу так меня не называла.

Теперь Марко ворвался в комнату с планшетом охраны.

— Босс, она ушла в двенадцать сорок шесть через кухонную кладовую. Обошла датчики у теплицы.

— Ворота?

— Полли остановил её. Потом открыл.

На записи Софи шла под ледяным дождём с двумя потёртыми чемоданами. Полли, огромный охранник с винтовкой, перегородил ей путь.

— Босс знает, что вы уходите?

— Нет.

— Я не могу открыть замок. Он с меня шкуру спустит.

Софи подняла лицо к камере.

— Полли, я пленница в этом доме?

— Нет, мисс Беннетт.

— Тогда я могу выйти?

Он опустил оружие и отпер ворота.

Я смотрел, как она исчезает в чёрном ливне, не обернувшись ни разу.

В этот момент Изабелла появилась в дверях, поправляя шёлковый халат.

— Маленькая птичка наконец поняла, что ей нечего делать в гнезде ястреба?

Я повернулся к ней.

— Повтори.

Её усмешка дрогнула. Но прежде чем она успела ответить, миссис Гейбл увидела ключ в моей руке и резко побледнела.

— Господин Романо… — прошептала она. — Вы не должны его использовать.

— Почему?

Она смотрела не на меня, а на закрытый шкаф в конце коридора, будто за его дверцей кто-то уже поднял голову.

— Потому что Софи оставила его не вам. Она оставила его тому, кто наконец решится узнать правду…

ЧАСТЬ 2

— Какой шкаф? — спросил я.

Миссис Гейбл отступила, прижав ладонь к металлической пряжке корзины.

— В вашем кабинете. За картиной с гаванью.

Я прошёл туда так быстро, что Марко едва успел за мной. На стене висел пейзаж, который мой отец купил за безумные деньги. За ним действительно обнаружилась узкая дверца. В замке подошёл железный ключ.

Внутри лежала жестяная коробка, перевязанная выцветшей лентой, и маленькая записка.

«Если ты открыл это, значит, позволил мне уйти».

Почерк Софи.

Изабелла вошла следом, уже без насмешки.

— Что это?

— Выйди.

— Ты не можешь говорить со мной так после того, как я привела тебе сведения о нападающих.

— Я сказал: выйди.

Она дёрнула плечом, но взгляд её упал на коробку. И я заметил, как побелели костяшки её пальцев.

Марко запер дверь кабинета. Я сорвал ленту. Внутри лежали три страницы бухгалтерских записей, старый медальон с гербом Белмира и фотография женщины, которую я видел на снимке Софи.

На обороте стояла дата: семнадцать лет назад.

— Это мать Софи, — тихо произнесла миссис Гейбл.

— Откуда вы знаете?

Она долго молчала, затем достала из кармана фартука сложенный лист.

— Софи принесла его мне вчера вечером. Сказала, что если утром её не будет, я должна отдать это вам.

Я развернул лист. Там было всего несколько строк: «Я пришла в этот дом не случайно. Но чувства к вам были настоящими. Не ищите меня, пока не прочитаете всё».

В груди стало тесно.

Я вспомнил ночь, когда нашёл Софи на балконе с мокрыми волосами. Она тогда спросила, почему я никому не позволяю подходить ко мне близко. Я поцеловал её вместо ответа. А потом месяцами делал вид, что это ничего не изменило.

— Где она сейчас? — спросил я.

— Не знаю, — ответила миссис Гейбл. — Но перед уходом она сказала одну странную вещь.

— Какую?

— Что человек, который хочет спрятаться, не оставляет ключ от самого опасного места.

Изабелла резко рассмеялась.

— Вы всерьёз слушаете эту служанку? Софи просто украла бумаги и сбежала.

Я повернулся к ней.

— Ты знала о коробке?

— Конечно, нет.

— Тогда почему ты смотришь на неё так, будто внутри лежит твоя жизнь?

Её лицо стало неподвижным.

В этот момент зазвонил телефон Марко. Он отошёл к окну, выслушал несколько секунд и поднял на меня взгляд.

— Босс, у южной дороги нашли следы машины. Софи не поехала одна.

— Кто был за рулём?

— Камера не видит лица. Но автомобиль принадлежит одному из людей Конти.

Изабелла отступила к стене.

— Это совпадение.

Я открыл первую страницу записей. Внизу стояла подпись моего отца, а рядом — печать семьи Конти.

Миссис Гейбл внезапно схватила меня за рукав.

— Данте, прочтите последнюю строку. Софи сказала, что именно там вы поймёте, почему она ушла.

Я перевернул лист, но чернила расплылись от старости. Поднёс его к лампе. Под бледными цифрами проступили слова, которых не должно было существовать…

ЧАСТЬ 3

— «Платёж подтверждён после устранения свидетеля», — прочитал я.

В кабинете стало так тихо, что я услышал, как в камине лопнула головёшка.

Изабелла побледнела.

— Это подделка.

— Дата совпадает с гибелью матери Софи, — сказала миссис Гейбл. — Я видела ту ночь. Она приехала к вашему отцу просить защиты.

Я медленно повернулся к ней.

— Вы были там?

— Я принесла ей чай. В коридоре стоял Виктор Конти, отец Изабеллы. Он сказал, что бухгалтер слишком много знает. Через час женщину нашли у реки.

Изабелла прижала пальцы к губам.

— Ты лжёшь.

— Нет, — ответила миссис Гейбл. — И Софи тоже не лгала. Она нашла вторую половину записей в старой оранжерее. Поэтому одиннадцать месяцев работала здесь. Поэтому она знала, что искать.

Я посмотрел на коробку.

— А ты зачем приехала вчера?

Изабелла молчала.

Марко достал из неё телефон, который она сжала в руке. На экране было последнее сообщение: «Забери книгу до рассвета. Девушка не должна добраться до пристани».

Мой голос стал глухим.

— Ты приказала увезти Софи.

— Я хотела только поговорить.

— Тогда почему твои люди преследуют её?

Она сорвалась:

— Потому что твой отец спрятал не деньги, Данте! Он спрятал список имён. Если книга попадёт к Софи, рухнет весь союз семей. И твой дом тоже.

Именно в этот момент из кармана коробки выпал медальон. Внутри, под фотографией женщины с белым крыльцом, лежал крошечный кусок бумаги.

На нём был адрес: заброшенная речная станция Белмира.

Телефон Марко снова зазвонил.

— Босс, мы нашли её чемоданы. У старой дороги. Пустые.

Я почувствовал, как холод от железного ключа поднимается к сердцу.

Софи оставила вещи, чтобы её искали не там.

А потом из динамика донёсся голос дежурного:

— На станции только что загорелся свет. И кто-то передал нам имя человека, который держит мисс Беннетт…