ЧАСТЬ 4 — Я отказалась уступать дом свекрови в день её приезда, но после моих слов муж перестал улыбаться

ЧАСТЬ 4

— Повторите, пожалуйста, — сказала я банковскому сотруднику.

Я стояла в прихожей, рядом с мокрыми сапогами Алины и раскрытой папкой. В динамике телефона потрескивал голос мужчины.

— На доме зарегистрирован кредит. Банк требует погашения всей суммы. Но мы получили документы, подтверждающие, что договор заключался без вашего личного присутствия. Нам нужна встреча с вами и нотариусом.

— Я ничего не подписывала.

— Именно поэтому мы приостановили взыскание.

У меня подкосились колени, но я не села. Семь лет я думала, что защищаю семью от скандалов. Оказалось, всё это время семья тихо строила ловушку вокруг меня.

Сергей стоял у двери кабинета под присмотром сотрудницы полиции.

— Ты не могла этого знать, — прошептал он.

— Могла. Просто не хотела верить.

— Елена, выслушай меня.

— Я слушала тебя семь лет.

Он попытался приблизиться, но полицейская подняла ладонь.

— Останьтесь на месте.

Валентина Петровна схватилась за спинку стула. Её пальцы дрожали, ногти царапали лакированное дерево.

— Серёжа, скажи им, что это недоразумение.

— Я всё объясню.

— Ты говорил, что дом уже почти наш, — тихо сказала Марина.

Сергей резко повернулся к ней.

— Я хотел помочь вам!

— А Елену ты хотел оставить с долгом?

Он замолчал.

Именно тогда я включила запись.

Из телефона раздался его голос, записанный три дня назад в кабинете. Я случайно оставила там второй аппарат после разговора с риелтором.

— Мама, не переживай. Елена подпишет бумаги, когда поймёт, что выбора нет. Если начнёт сопротивляться, скажем, что банк заберёт дом. Марина с Алиной пока поживут у нас, чтобы она почувствовала давление.

В записи послышался смех Валентины Петровны.

— Она всегда сдаётся, если говорить о семье.

Потом Сергей произнёс фразу, от которой у меня перехватило дыхание:

— Главное — не говорите ей про настоящий долг. После продажи я закрою кредит, а остаток разделим.

В комнате стало так тихо, что я услышала капли дождя на подоконнике.

Сергей слушал самого себя. Сначала он побледнел, потом отвернулся, словно голос принадлежал не ему.

— Это вырвано из контекста, — сказал он.

— Какого контекста? — спросила я. — В котором ты подделываешь мою подпись?

Ирина Павловна забрала телефон и попросила отправить файл на официальный адрес. Сотрудница полиции записала показания Марины и Алины. Девочка плакала молча, глядя на бабушку.

— Я не знала, что вы хотите обмануть тётю, — прошептала она.

Валентина Петровна закрыла лицо руками.

Сергей больше не смотрел на меня.

После разговора с банком я узнала ещё одно: кредитный договор был связан с доверенностью, которой не существовало. Значит, тот, кто помогал Сергею, должен был иметь доступ к копиям моих документов.

Ирина Павловна нахмурилась.

— Елена, кто ещё имел ключ от вашего кабинета?

Я посмотрела на Валентину Петровну.

Она медленно опустила руку.

— Не смотри на меня так.

— А на кого мне смотреть?

В этот момент сотрудница полиции достала из шкафа маленькую металлическую коробку. Внутри лежала флешка и записка с адресом нотариальной конторы.

На записке была подпись не Сергея.

Это была подпись Марины…