Я ворвался в детскую, услышав крики близнецов, но после одного приказа няни мой охранник побледнел

В 3:07 ночи я услышал крик дочери и понял, что кто-то уже проник в мой дом.

Эмма кричала так, будто её тащили из горящего здания. Через секунду крик подхватил Ной. Я уронил фотографию Клэр на ковёр и бросился из кабинета, даже не накинув пиджак.

Восемь месяцев после смерти жены я спал чутко. Человек, контролировавший половину частовых перевозок в нью-йоркской гавани, привык просыпаться от малейшего щелчка. Но сегодня меня разбудили не страхи конкурентов.

Мои дети звали меня.

Я перескочил через две ступени и крикнул:

— Ханна!

Ответа не было.

Няня работала у нас девятнадцать дней. Тихая, бледная, вязаные кардиганы, волосы всегда собраны в узел. Она говорила так негромко, что мне приходилось переспрашивать. И всё же именно при ней Эмма снова начала есть, а Ной четыре ночи подряд не просыпался в слезах.

Ханна учила их заземлению: назвать пять вещей, которые видишь, четыре, которых касаешься, три звука, два запаха и одну истину.

— Папа всегда возвращается, — шептала Эмма.

Я однажды стоял за дверью десять минут, боясь войти с лицом, которое она не должна была видеть.

На втором этаже я снова позвал няню. В ответ донёсся глухой удар.

Тогда я заметил: зелёный огонёк камеры у лестницы не мигал. Он погас.

Под рубашкой у меня был небольшой пистолет. Я достал его и двинулся по коридору. У служебной двери лежал Дэниел, мой охранник. Он дышал, но кровь стекала к уху и впитывалась в ковёр.

— Дэниел! Кто это сделал?

Его пальцы дёрнулись.

— Детская… — выдохнул он.

Я побежал.

Дверь в комнату близнецов была приоткрыта. Изнутри пахло детским шампунем, горячей пылью и железом. Я ударил плечом по створке.

— Отойдите от моих детей!

И остановился.

Один мужчина лежал у окна, второй стоял на коленях возле кровати Ноя. А Ханна держала его руку за спиной. Она прижала нападавшего лицом к ковру, выбила оружие и зафиксировала его коленом между лопаток.

Он был вдвое тяжелее неё.

Это ничего не меняло.

Её очки валялись под креслом, на лбу темнел порез, волосы рассыпались по плечам. Но руки оставались неподвижными.

— Лежать, — сказала она.

Голос был не тихим. Стальным.

Я направил оружие на неё.

— Кто ты?

Ханна посмотрела на меня, а потом на дверь за моей спиной.

— Заприте коридор, Винсент.

— Ты только что обезвредила двух вооружённых людей.

— Третий уже внутри дома.

За стеной раздался короткий металлический щелчок. Ханна резко подняла глаза.

— Если хотите, чтобы дети дожили до утра, достаньте папку из шкафа Клэр и откройте её на странице с красной печатью…

ЧАСТЬ 2

Я рванулся к двери, но Ханна схватила меня за рукав.
— Не туда. В коридоре ждут.
— Ты будешь указывать мне, куда идти, в моём доме?
— Если продолжите кричать, они услышат, где мы.

Её ладонь была испачкана кровью. Не своей — кровь стекала с пальцев мужчины, которого она удерживала. Эмма всхлипывала под кроватью, а Ной прижимал к груди плюшевого кита без одного глаза.

— Папа, она плохая? — прошептал он.

Я не знал, что ответить.

Ханна повернула голову.
— Нет. Но сейчас вам придётся мне довериться.
— Доверие закончилось, когда ты стала драться лучше моих людей.
— Оно закончилось раньше. В тот день, когда умерла ваша жена.

В комнате стало так тесно, будто стены сдвинулись. Имя Клэр всегда действовало на меня как удар под рёбра.

Я подтащил кресло к двери и заблокировал ручку. Потом забрал из-под шкафа оружие нападавшего. На рукоятке не было знаков, но металлический затвор пах машинным маслом.

— Кто их послал?
— Тот, кто знал расписание охраны.
— Это не ответ.
— Потому что я ещё не уверена, кто из ваших людей продал расписание.

Снаружи послышались шаги. Медленные. Уверенные.

Ханна уложила близнецов за широким комодом и накрыла их тяжёлым одеялом.
— Эмма, пять вещей.
— Лампа… занавеска… кита… папины часы… красная коробка.
— Четыре прикосновения.
— Ковёр, одеяло, ножка кровати, моя ладонь.
— И одна истина?
Девочка посмотрела на меня.
— Папа пришёл.

Я почувствовал, как в груди что-то болезненно сжалось.

Шаги остановились у двери.

— Винсент! — крикнул Дэниел из коридора. — Это я. Откройте!

Ханна приложила палец к губам.
— Ваш охранник лежал у лестницы.
— Возможно, он пришёл в себя.
— Тогда почему говорит голосом человека, который стоит на ногах?

Я посмотрел на щель под дверью. В неё просочилась тень.

— У вас есть тридцать секунд, — продолжила Ханна. — Папка Клэр спрятана не в кабинете. Она в детской библиотеке, за третьей полкой. Внутри лежит ответ, почему она погибла.
— Ты знала Клэр?
— Я знала, чего она боялась.
— Откуда?

Ханна достала из кармана маленький латунный ключ. На его кольце болтался выцветший деревянный кит — такой же, как тот, что висел на кровати Ноя.

— Потому что это она попросила меня прийти сюда.

Снаружи ручка медленно опустилась.

— Винсент, — прошептал голос Дэниела, — если она сказала про папку, не верьте ей. Она убила вашу жену…

ЧАСТЬ 3

— Что ты сказал? — спросил я.

Ручка перестала двигаться. За дверью повисло тяжёлое дыхание.

Ханна не отступила. Она смотрела только на меня.

— Откройте библиотеку, — сказала она. — Но не дверь.

В стене между детской и игровой была потайная панель. Я знал о ней с детства: отец хранил там документы, которые не должен был видеть ни один бухгалтер. Мы с Ханной отодвинули шкаф. За третьей полкой действительно обнаружился замок.

Латунный ключ вошёл без усилия.

Внутри лежали бухгалтерская книга в тканевой обложке, конверт с подписью Клэр и маленький коричневый пакет. На конверте стояла дата за два дня до её смерти.

Я сорвал печать.

«Винсент, если ты читаешь это, значит, я не успела сказать тебе главное. Не доверяй Лукасу. Он использует твоё имя, чтобы проводить через гавань грузы, о которых ты ничего не знаешь. Я нашла счета. Если со мной что-то случится, Ханна передаст тебе всё».

У меня похолодели пальцы.

Лукас Моретти был моим старшим братом. Он вёл сухопутные перевозки и много лет убеждал меня, что семейный бизнес держится на его плечах.

— Это подделка, — заявил голос за дверью.

Дэниел вошёл, прикрываясь телом второго охранника. В руке он держал пистолет.

Ханна подняла оружие.
— Ещё шаг — и вы не выйдете.
— Винсент, она заставила Клэр подписать бумаги. Потом столкнула её машину с моста.
— Почему тогда ты не рассказал это в ту ночь?
— Я был ранен.
— Ты лежал у лестницы с травмой, которой не было видно на коже, — сказала Ханна. — А теперь объясни, почему на твоём ботинке кровь одного из людей у окна.

Дэниел замер. На коричневой коже действительно темнело свежее пятно.

Я открыл бухгалтерскую книгу. На каждой странице стояли даты, номера контейнеров и подпись Лукаса. Последняя запись была сделана рукой Клэр: «Дэниел получает деньги после аварии».

— Он не убивал её, — тихо сказала Ханна. — Он открыл ворота и подменил маршрут машины. За рулём был человек Лукаса.

Дэниел дёрнулся к выключателю. Ханна ударила его локтем, я выбил оружие, и мы повалили его на пол. Эмма закричала, а Ной крепче сжал плюшевого кита.

Из коридора вдруг раздался звонок моего телефона.

На экране был Лукас.

Я ответил.

— Винсент, — сказал он спокойно, — приезжай в старый склад у пирса. Один. Если хочешь узнать, почему Клэр оставила тебе не только книгу, но и живого свидетеля…

Вам также могут понравиться эти истории:

ЧАСТЬ 4 — За четыре дня до свадьбы муж велел мне исчезнуть из жизни его дочери, но её первый тост заставил его побледнеть ЧАСТЬ 4 — Жена приказала мне подать на развод, а утром потребовала половину дома — но после одного звонка её улыбка исчезла ЧАСТЬ 4 — Муж представил беременную любовницу перед советом директоров, а когда я спросила, закончил ли он, его улыбка исчезла ЧАСТЬ 4 — Я застала дочь босой у ледяной раковины, а после одного звонка её муж перестал улыбаться ЧАСТЬ 4 — Я подписала развод, когда муж признался в любви к другой, но в отеле его лицо изменилось после одной детской фразы ЧАСТЬ 4 — Моя сестра появилась у дома, где муж и дочь лежали без сознания, но после одной фразы офицер перестал писать