Я привела на семейный праздник незнакомца ради защиты от насмешек, но после его одного вопроса сестра побледнела

Когда моя сестра заставила меня встать перед пятьюдесятью гостями и признать, что я никогда ничего не добьюсь, человек в рабочих ботинках поставил мой бокал на стол так резко, что замолчал даже оркестр.

До этого дня я считала главным позором своей жизни то, что мне исполнилось тридцать, а я всё ещё была одна. Оказалось, позор принадлежал не мне.

Три дня назад мама позвонила мне в переполненной кофейне и даже не поздоровалась.

— В субботу ты приедешь не одна, — объявила она.

— Мам, у меня нет парня.

— Тогда найди кого-нибудь. Людям неловко смотреть, как ты каждый раз входишь в дом без пары.

Я сжала стакан с кофе.

— Каким людям?

— Всем. Твоя сестра построила достойную жизнь, а ты только работаешь и платишь счета. Неужели так трудно перестать нас позорить?

Она отключилась, оставив меня посреди шумного зала с горящими щеками. Я отступила на шаг и облила кофе мужчину, стоявшего за спиной.

Он был высоким, широкоплечим, в выцветшей рубашке, потёртых джинсах и тяжёлых рабочих ботинках. На костяшках пальцев темнела полоска машинного масла. Я протянула ему салфетки.

— Простите. Я всё оплачу.

— Ничего страшного, — спокойно сказал он. — Отстирается.

Я должна была уйти. Вместо этого услышала собственный голос:

— Я заплачу вам, если вы притворитесь моим парнем.

Он медленно поднял брови.

— Обычно женщины сначала узнают моё имя.

— Серена.

— Майлз.

Я рассказала ему про ежегодный праздник родителей, про насмешки, про Лоис, которая превращала каждый мой приход в семейное представление.

— Всего один день, — прошептала я. — Просто постойте рядом со мной. Я заплачу.

Майлз посмотрел на мои дрожащие пальцы и перестал улыбаться.

— Хорошо. Один день.

В субботу в час дня мы вошли на лужайку перед родительским домом. Белые шатры, серебряные подносы, музыка и идеально подстриженные кусты выглядели так, будто нас пригласили не на праздник, а на конкурс богатства.

Лоис заметила нас первой. В дорогом светлом платье она окинула Майлза взглядом.

— Так это твой парень? Ты теперь встречаешься с пахнущими стройкой рабочими?

Кузены засмеялись.

Мама отвела меня за кусты.

— Где ты его нашла?

— Он мой гость.

— Держи его подальше от деловых знакомых Лоис. И проследи, чтобы он не сказал ничего глупого.

Я вернулась к Майлзу, не чувствуя ступней.

Дядя Гэри почти сразу начал расспрашивать его о работе и отпускать шутки про переноску коробок. Майлз выслушал его, а потом за минуту объяснил, как неправильная организация перевозок съедает прибыль предприятий. Гэри замолчал и пошёл за новой порцией виски.

Лоис всё видела.

Через несколько минут она сунула Майлзу щипцы для мяса.

— Раз уж ручной труд тебе знаком, займись грилем.

Он посмотрел на меня.

— Всё хорошо, — тихо сказал он.

Целый час он готовил еду для людей, которые над ним смеялись. А в четыре Лоис постучала вилкой по бокалу.

— Серена, встань и произнеси тост за моё повышение.

— За что именно?

— За то, что хотя бы одна дочь в этой семье стала успешной.

Моя рука задрожала. Майлз забрал у меня бокал и поставил его на стол.

— Вы правда руководите региональными операциями? — спросил он.

— Конечно.

— Тогда как вы согласуете расхождение складских подсчётов с центральным прогнозом?

Улыбка Лоис дрогнула.

— Это… не входит в мои обязанности.

Майлз достал телефон.

— Мне нужно кое-что уточнить.

Он набрал номер, включил громкую связь и сказал:

— Подтвердите, пожалуйста, работает ли Лоис Уитмор руководителем региональных операций в корпорации «Стерлинг».

Все наклонились ближе. В трубке раздался голос.

— Нет. Такой должности у неё нет.

Гэри быстро открыл страницу Лоис и побледнел.

— Здесь написано, что ты оператор ввода данных.

— Это ошибка! — выкрикнула она.

Майлз убрал телефон в карман и поднялся.

— Моё имя Майлз Стерлинг, — произнёс он. — И прежде чем кто-нибудь продолжит говорить о моей работе, я должен объяснить одну вещь……

ЧАСТЬ 2

— Стерлинг? — переспросила Лоис, будто услышала не фамилию, а приговор.

— Да, тот самый, — ответил Майлз.

Ветер шевельнул белую скатерть на столе, и несколько бокалов звякнули. Никто не притронулся к еде.

— Моя семья основала корпорацию «Стерлинг», — продолжил он. — Я отвечаю за несколько крупных направлений её работы.

Отец наконец протянул ему руку, но Майлз не стал её пожимать.

— Значит, вы… владелец компании? — выдавила мама.

— Один из её руководителей. Но это не самое важное.

Он повернулся к Лоис.

— Важно то, что ты назвала себя руководителем, не зная элементарных вещей о должности. А потом решила унизить Серену, чтобы никто не заметил твою ложь.

— Ты ничего обо мне не знаешь! — Лоис сжала ремешок сумочки. — Тебя наняли за деньги. Ты выполняешь её приказ.

Майлз посмотрел на меня.

— Это правда. Она предложила мне деньги за один день рядом с ней.

Мама резко вдохнула.

— Ты заплатила незнакомцу?

— Потому что вы годами обращались с моим одиночеством как с семейным преступлением.

Я сама удивилась, что сказала это вслух. В горле всё ещё стоял ком, но слова уже нельзя было вернуть.

Лоис усмехнулась.

— Бедная Серена. Ей пришлось купить мужчину, чтобы хоть кто-то сел рядом.

Майлз наклонился к столу.

— А тебе пришлось купить должность на своей странице, чтобы хоть кто-то поверил, будто ты чего-то достигла.

Дядя Гэри опустил стакан.

— Майлз, если ты действительно работаешь в корпорации, почему я никогда тебя не видел?

— Потому что вы общались с отделом внешних связей, а я последние два года проверяю внутренние операции. Я редко появляюсь на фотографиях и не хожу на встречи ради улыбок.

Телефон в его кармане зазвонил. Майлз взглянул на экран, и выражение его лица изменилось.

— Да, слушаю.

Он отошёл к каменной клумбе. Я слышала только отдельные слова: «документы», «доступ», «сегодня». Потом он посмотрел прямо на Лоис.

— Вы уверены? — спросил он в трубку.

Пауза.

— Нет, не удаляйте ничего. Я буду через час.

Он отключился.

— Что случилось? — спросила я.

— В отделе внутренней проверки нашли заявление, поданное с твоего рабочего адреса.

— С моего?

— Да. И оно связано с контрактом, который Лоис пыталась провести через нашу компанию.

Лоис шагнула к нему.

— Не смей втягивать меня в свои игры!

— Я ещё ничего не сказал о тебе.

— Но ты смотришь на меня!

— Потому что ты единственная здесь, кто уже знает, о каком контракте речь.

Отец резко повернулся к Лоис.

— Каком контракте?

Она открыла рот, но мама перебила:

— Майлз, это семейный праздник. Если есть рабочая проблема, решайте её без этой сцены.

— Именно семейные связи позволили кому-то считать, что проблему можно спрятать, — сказал он.

Я заметила, как на белой скатерти дрожит тень от его руки. Он выглядел спокойным, но пальцы сжимались так сильно, что побелели костяшки.

— Я не подавала никаких заявлений, — сказала я.

— Знаю.

— Тогда почему там мой адрес?

Майлз посмотрел на меня.

— Потому что кто-то использовал твоё имя как прикрытие.

В этот момент к нам подошла женщина лет пятидесяти в простом льняном костюме. Я узнала её не сразу. Это была Эвелин Парк, бывшая помощница моего отца, которую на праздники больше не приглашали.

Она держала тонкую папку, прижимая её к груди.

— Я приехала не ради еды, — сказала Эвелин.

Отец побледнел.

— Вам здесь нечего делать.

— Наоборот, Генри. Я слишком долго молчала.

Лоис рванулась к ней.

— Ты обещала не вмешиваться!

Эвелин остановилась. Вокруг нас снова стало тихо.

Майлз сделал шаг вперёд.

— Что именно она обещала?

Эвелин открыла папку, достала один лист и посмотрела на меня.

— Серена, прежде чем я передам это Майлзу, ты должна знать: твоё имя использовали не только для одного заявления……

ЧАСТЬ 3

— Покажите ей, — сказал Майлз.

Эвелин протянула лист мне. Бумага была тёплой от её ладони, а внизу стояла подпись, похожая на мою настолько, что у меня свело желудок.

— Это заявление на проверку поставщика, — объяснила она. — Его отправили с личного адреса Серены четыре месяца назад.

Я подняла глаза.

— Я ничего не отправляла.

— Я знаю, — ответила Эвелин. — В тот день ты была в командировке. Я видела билеты и переписку. Но человек, который принёс бумагу в отдел, сказал, что действует по твоей просьбе.

Лоис резко повернулась к ней.

— Ты вообще понимаешь, что говоришь?

— Лучше, чем ты думаешь.

Эвелин достала второй лист.

— Это мой служебный отчёт. Я указала, что подпись поддельная и что документы передала Лоис. После этого Генри приказал убрать отчёт из архива.

Отец шагнул к ней.

— Осторожнее с обвинениями.

— Я двадцать два года работала в вашем офисе, — сказала Эвелин. — Я знаю, когда меня просят исправить дату, а когда — уничтожить след.

Майлз взял документы и быстро пробежал глазами.

— Здесь есть номер внутреннего пропуска.

— Лоис использовала мой старый пропуск, — сказала я. — После увольнения его должны были заблокировать.

— Его заблокировали, — ответила Эвелин. — Но запрос пришёл от Генри Уитмора.

Я посмотрела на отца.

Он не ответил.

Мама схватилась за край стола.

— Генри, что она несёт?

— Я пытался помочь Лоис, — произнёс он наконец. — Она нашла выгодного поставщика и хотела получить комиссию. Ничего опасного.

— Комиссию за счёт корпорации «Стерлинг»? — спросил Майлз.

— Это была обычная сделка.

— Нет. Поставщик принадлежал твоему знакомому. Цена была завышена почти вдвое.

Лоис затрясла головой.

— Отец сказал, что всё согласовано!

Взгляд Генри стал тяжёлым.

— Ты сама просила меня поговорить с нужными людьми.

— Потому что ты обещал должность!

— Я обещал, что помогу тебе выглядеть убедительно.

Из груди мамы вырвался короткий звук.

Я стояла между ними и вдруг поняла: Лоис действительно лгала о повышении, но не одна. Отец прикрывал её, а потом использовал моё имя, чтобы отвести подозрения.

— Почему моё? — спросила я.

Отец посмотрел на меня.

— Потому что тебе никто не верит, когда ты возмущаешься. Ты всегда была… слишком чувствительной.

Майлз медленно положил бумаги на стол.

— Значит, вы выбрали Серену, потому что привыкли, что семья будет смеяться, если она заговорит.

Лоис прошептала:

— Я не думала, что всё зайдёт так далеко.

— Ты подделала мою подпись.

— Я хотела только получить должность.

— А когда бы меня обвинили?

Лоис не ответила.

И тут телефон Майлза снова зазвонил. Он поднял трубку, слушал, а потом передал его мне.

— Это директор нашей службы безопасности. Он хочет поговорить с тобой.

Я приложила телефон к уху.

— Серена, — сказал незнакомый голос, — мы нашли ещё один документ. Он касается не контракта.

— Чего же?

— Перевода денег с семейного счёта вашей матери. Получателем указана компания, оформленная на ваше имя.

Я посмотрела на Лоис.

Она уже плакала, но в её взгляде не было раскаяния. Только страх.

Майлз забрал телефон и спросил:

— Когда был перевод?

Ответ заставил его лицо стать жёстким.

— Сегодня утром, — сказал он.

И в ту же секунду на телефон Лоис пришло сообщение. Она прочитала его, подняла голову и прошептала:

— Они требуют, чтобы я немедленно вернула деньги. Но их уже нет……