Я услышал, как невеста унижала мою служанку, но после одного детского приказа её улыбка исчезла

Моя трёхлетняя дочь служанки сидела в моём кресле и приказала никому больше не заставлять её мать плакать.

Я остановился в дверях кабинета, не сразу поверив собственным глазам. Мия болтала ногами над полом, поправляя перекосившийся жёлтый бант, а её ладони лежали на моём ореховом столе так, будто она действительно управляла всем домом.

На краю стола стояла маленькая музыкальная шкатулка с медной балериной. Я держал её с детства и никому не разрешал прикасаться. Мия успела завести механизм, и тонкая мелодия дрожала в тишине кабинета.

— Теперь я главная, — заявила она.

Я скрестил руки на груди.

— И что же ты прикажешь?

Мия задумалась. Её серьёзное лицо вдруг стало печальным.

— Первое правило: никто не должен больше заставлять маму плакать.

Улыбка исчезла с моего лица.

В коридоре послышались быстрые шаги. Елена появилась на пороге в серой форме служанки, с полотенцем в руке. Увидев дочь в моём кресле, она побледнела.

— Господин Моретти, простите. Я отвернулась всего на минуту. Мия, немедленно слезай.

Она бросилась к девочке, но я заметил, как рукав её формы сполз с запястья. Под ним темнел свежий след пальцев.

Елена мгновенно закрыла руку другой ладонью.

— Кто это сделал? — спросил я.

— Никто, сэр.

— Я задал другой вопрос.

Она посмотрела на меня. В её глазах был не обычный страх перед хозяином. Это был страх человека, который давно понял: правду иногда опаснее скрывать.

— Я ударилась о дверцу шкафа.

— Мама ударилась, — повторила Мия. — Но шкаф был злой.

Елена подхватила её на руки.

— Пойдём, малыш.

У двери Мия обернулась.

— Дядя Лука, можно я завтра снова буду главной?

— Пять минут, — ответил я.

Елена закрыла глаза, словно эти два слова напугали её сильнее, чем мой гнев.

Через два дня я вернулся в поместье раньше обычного. Было без четверти четыре. Из столовой доносился голос Изабеллы, моей невесты.

— Начни заново. Если на бокале осталась хоть одна капля, накрывай весь стол снова.

Я остановился в арке. Елена стояла у длинного стола, сжимая полотенце так сильно, что побелели пальцы.

— Это была одна капля, госпожа, — тихо сказала она.

— Для таких, как ты, одной ошибки достаточно.

— Я всё переделаю.

— И держи дочь подальше от главного крыла. Она слишком много себе позволяет.

— Ей три года.

Изабелла усмехнулась.

— А ты работаешь здесь только потому, что Лука проявил милость и разрешил привести ребёнка. Не путай милость с принадлежностью.

Я вошёл.

Изабелла мгновенно преобразилась, улыбнулась и поцеловала меня в щёку.

— Любимый, ты рано.

— Похоже на то.

— Мы просто решали небольшую бытовую проблему.

Я посмотрел на Елену.

— Это правда?

Она опустила взгляд.

— Да, сэр.

Изабелла ласково сжала мою руку. Елена всё равно вздрогнула.

Вечером я вызвал Марко Беллини в кабинет. Мы знали друг друга двадцать лет. Он был моим советником, крёстным братом и человеком, которому я доверял больше всех.

— Ты женишься через двенадцать недель, — сказал Марко, медленно вращая стакан.

— Я знаю дату собственной свадьбы.

— Изабелла идеально подходит твоей жизни.

На его пальце блеснул старый серебряный перстень с трещиной у герба. Я видел его тысячи раз.

— Сегодня она унижала Елену, — сказал я.

Марко тяжело вздохнул.

— Не вмешивайся в женские мелочи.

— На запястье Елены был синяк.

Он перестал вращать стакан.

— Ты обвиняешь Изабеллу?

— Я пока никого не обвиняю.

— Тогда забудь. Тебе нельзя входить в брак с подозрением в сердце.

В этот момент на столе завибрировал телефон. Сообщение пришло с неизвестного номера. В нём была одна строка: «Если хочешь узнать, кто предаст тебя на свадьбе, посмотри под музыкальной шкатулкой».

Я поднял крышку шкатулки. Под ней лежал тонкий чёрный накопитель и клочок бумаги с почерком Елены.

Марко встал.

— Лука, не трогай это.

— Почему?

Он шагнул к столу. Его рука потянулась к папке, которую я до этого не замечал, и пальцы уже коснулись застёжки…

ЧАСТЬ 2

…Я перехватил его запястье прежде, чем он успел открыть папку.

В кабинете было тихо. Музыкальная шкатулка продолжала играть, но мелодия теперь казалась насмешкой.

— Ты слишком быстро понял, к чему тянуться, — сказал я.

Марко медленно поднял глаза.

— Я хотел убрать это подальше от Мии.

— Она даже не знает, что здесь лежит.

— Тогда тем более не устраивай спектакль.

Я отпустил его руку. На коже остался красный след от моих пальцев.

— Выйди.

— Лука…

— Выйди из моего кабинета.

Он ушёл, но не закрыл дверь до конца. Я дождался, пока его шаги растворятся в коридоре, и только потом взял накопитель.

Камера в кабинете была скрыта в резной рамке над книжным шкафом. Я установил её после того, как из сейфа исчезли документы, но никому не сказал. Запись с накопителя открыла короткое видео.

На экране появилась Елена. Она сидела в прачечной, бледная, с тем же синяком на запястье.

— Если вы это смотрите, значит, мне не удалось поговорить с вами лично, — сказала она. — Я пыталась предупредить вас трижды, но каждый раз рядом оказывались госпожа Изабелла или господин Беллини.

Я подался вперёд.

— Они используют вашу свадьбу. Я не знаю всего, но слышала разговор в комнате для белья. Они говорили о подписи, о страховке и о том, что после церемонии вы уже ничего не сможете изменить.

Видео оборвалось.

Я сразу позвонил Елене. Она ответила только после шестого гудка.

— Где вы?

— В комнате Мии.

— Заприте дверь.

— Что случилось?

— Кто прикасался к вашему запястью?

На линии стало пусто.

— Сэр, пожалуйста, не спрашивайте меня по телефону.

— Тогда спуститесь в кабинет.

— Я не могу.

— Елена.

— Если я приду, они поймут, что вы нашли запись.

Я посмотрел на закрытую дверь.

— Кто они?

Она тихо заплакала.

— Я не знаю, кому ещё верить.

Через десять минут она всё-таки вошла. На ней был тот же серый фартук, а в руках она держала маленькую коробку из-под детских ботинок. Мия осталась с няней.

— Я нашла это в мусорной корзине госпожи Изабеллы, — сказала Елена.

В коробке лежала копия брачного договора и фотография незнакомого мужчины у причала.

— Кто он?

— Не знаю. Но госпожа Изабелла назвала его вашим запасным вариантом.

— Запасным женихом?

— Нет. Запасным свидетелем.

У меня похолодели пальцы.

Елена сжала край коробки.

— Две недели назад я услышала, как Марко сказал, что после свадьбы вы подпишете доверенность на все компании. А потом… потом он спросил Изабеллу, сколько времени потребуется, чтобы ваши люди привыкли к новому руководителю.

— Ты слышала это точно?

— Да.

— Почему молчала?

Она посмотрела на дверь.

— Потому что в тот же вечер госпожа Изабелла показала мне фотографию Мии возле детского сада. Она сказала, что у маленьких детей бывают несчастные случаи.

Я почувствовал, как внутри поднимается холодная ярость.

— Ты должна была сказать мне сразу.

— Я пыталась. Но у меня не было доказательств.

Я достал телефон.

— Теперь будут.

В девять вечера я позвонил частному следователю Павлу Орлову и попросил проверить договор, счета и всех людей на фотографии. В десять он прислал мне сообщение: «Не открывайте сейф и не подписывайте ничего. В ваших документах обнаружен второй комплект страниц».

Я перечитал строку три раза.

— Какой второй комплект? — прошептала Елена.

Прежде чем я ответил, в коридоре раздался звук открываемого замка. Изабелла вошла без стука, а за ней стоял Марко.

— Нам нужно поговорить, — сказала она.

Я спрятал телефон в ладони.

— О чём?

Изабелла улыбнулась.

— О твоём завещании.

Марко закрыл дверь. На этот раз ключ повернулся снаружи…

❤️ Спасибо, что дочитали! Если хотите узнать финал, поставьте лайк и напишите «Да» 👇

ЧАСТЬ 3

…Ключ снаружи повернулся ещё раз, и я понял: они пришли не разговаривать.

Елена отступила к книжному шкафу. Я встал между ней и дверью.

— Моё завещание вас не касается, — сказал я.

Изабелла сняла перчатки и аккуратно положила их на стол.

— Скоро будет касаться. После свадьбы ты станешь слишком занят, чтобы заниматься всеми делами лично. Марко поможет.

— Как заботливо.

— Не превращай это в драму, Лука, — вмешался Марко. — Мы семья.

Я включил запись с накопителя. В кабинете зазвучал голос Изабеллы, записанный накануне в столовой.

«После церемонии он подпишет доверенность. Если не подпишет, лекарство уже подготовлено».

Изабелла застыла.

Марко побледнел.

Запись продолжилась его голосом:

«А Елену нужно убрать до пятницы. Она слишком много слышит».

Елена закрыла рот ладонью. Я увидел, как у неё задрожали плечи.

— Это подделка, — сказал Марко.

— Ты сам узнал свой голос? — спросил я.

Он посмотрел на меня с ненавистью.

— Ты не понимаешь, во что лезешь.

— Понимаю. Ты собирался отравить меня на собственной свадьбе, заставить подписать доверенность и обвинить Елену в краже лекарств.

Изабелла резко повернулась к Марко.

— Ты говорил, что запись уничтожена.

— Замолчи.

— Ты сказал, что камера отключена!

— Я сказал, замолчи!

Я нажал кнопку на телефоне. Дверь кабинета открылась, и вошли Павел Орлов с двумя сотрудниками полиции.

— Лука Моретти? — спросил Павел.

— Да.

— У нас ордер на обыск дома и задержание по подозрению в подготовке покушения, угрозах и финансовом мошенничестве.

Изабелла отступила.

— Вы не имеете права.

— Имеем, — ответил Павел. — Все разговоры записаны, а лаборатория подтвердила наличие яда в ампуле, найденной в вашем сейфе.

Марко смотрел на меня, словно всё ещё надеялся вернуть прошлое одним взглядом.

— Лука, мы выросли вместе.

— Именно поэтому я так долго не замечал, кем ты стал.

Павел открыл папку, которую Марко пытался взять.

— Здесь второй комплект брачных документов, — сказал он. — В нём указано, что после смерти Лука все активы переходят Изабелле, а управление получает Марко.

Елена тихо вскрикнула.

Изабелла опустилась в кресло. Её лицо стало пустым.

— Это ничего не доказывает, — прошептала она.

— Доказывает всё, — сказал Павел. — Включая переводы на счета человека с фотографии.

Марко бросился к двери, но полицейские скрутили ему руки. Серебряный перстень с трещиной ударился о пол и покатился под стол.

Мия внезапно появилась в коридоре, прижимая к груди свою музыкальную шкатулку.

— Дядя Лука, почему все кричат?

Я опустился перед ней на колени.

— Потому что взрослые иногда нарушают правила.

— Они больше не будут обижать маму?

Я посмотрел на Елену.

— Не будут.

Павел увёл Марко и Изабеллу. Но телефон у меня зазвонил ещё до того, как дверь закрылась.

На экране высветился номер клиники, где проходил мой предсвадебный медицинский осмотр.

— Господин Моретти, — сказала женщина, — мы обнаружили в ваших анализах несоответствие. Ваша группа крови не совпадает с данными, указанными в вашем личном деле. И ещё… кто-то сегодня пытался получить доступ к вашему архиву.

— Кто?

— Человек, назвавшийся вашим отцом.

Я замер.

Мой отец умер двадцать два года назад.

А через секунду женщина добавила:

— Он оставил для вас сообщение. Сказал, что если вы хотите узнать, почему Марко смог управлять вашей жизнью, вам нужно немедленно приехать в старую часовню у гавани…