Меня наняли охранять сына мафиози на одну ночь, но после моего вопроса его отец резко побледнел

Через несколько часов после моего приезда в поместье ДеЛука я нашла под запертой дверью кабинета записку с четырьмя словами: «Сегодня ты не увидишь удара». Красные буквы расплывались на тонкой кремовой бумаге, а от стены тянуло холодом и пылью.

Я подняла записку двумя пальцами и оглянулась. Коридор восточного крыла был пуст. Только старые часы над камином отсчитывали секунды, и маленький латунный компас на моей цепочке тихо ударялся о пуговицу пиджака.

— Маттео, — позвала я.

Он появился у лестницы почти сразу, в расстёгнутой белой рубашке и с тем самым спокойным выражением, которое люди обычно надевают перед тем, как сказать, что им ничего не страшно.

— Вы уже нашли способ обвинить мебель?

Я протянула ему бумагу.

— Прочтите.

Его пальцы коснулись записки. Улыбка исчезла.

— Это шутка.

— Нет. Шутки не прячут под дверью, которая заперта изнутри.

Маттео взглянул на замок, потом на меня.

— Кто ещё знает о потайном проходе?

— Вот это мы сейчас выясним.

Я опустилась на колени и провела ладонью по плинтусу. Под слоем пыли виднелась свежая полоса, будто кто-то недавно протащил тяжёлый предмет. В углу стоял книжный шкаф. На его нижней полке лежала книга, повернутая корешком к стене.

— Не трогайте её, — сказал Маттео.

— Почему?

— Потому что мой отец хранит там вещи, которые не любят любопытных.

— Тогда ваш отец выбрал плохого охранника. Я очень любопытная.

— Вы ещё и неосторожная.

— Это вы так говорите после того, как я нашла угрозу раньше всей вашей службы безопасности?

Он замолчал. Я заметила, как напряглась мышца на его челюсти.

За два дня до этого я вообще не должна была попасть в дом ДеЛука. На собеседовании в агентстве Хенсли я споткнулась о мусорную урну так неудачно, что та покатилась по мраморному холлу, сбила подставку с растением и рассыпала землю возле двенадцати кандидатов.

— Структурная слабость, — сказала я тогда, поднимаясь. — Кто-нибудь должен сообщить администрации.

Никто не засмеялся.

На следующий день мне позвонил директор.

— Лучший телохранитель сломал ногу, второй отравился, третий уехал на свадьбу, — мрачно объяснил Хенсли. — Остались только вы.

— Звучит почти как признание в моём таланте.

— Вы спотыкаетесь о неподвижные предметы.

— Зато мои руки работают прекрасно.

Он выдал мне дело Маттео. В нём были угрозы, фотографии подозрительных машин и пометка: «Отец требует мужчину».

Лоренцо ДеЛука встретил меня в кабинете и сказал одно слово:

— Нет.

— Я ещё не успела представиться.

— Это ничего не изменит.

— Ваши мужчины уже дважды не справились.

Его взгляд стал ледяным.

— Одна ночь. До рассвета докажете, что способны защищать моего сына.

Теперь эта ночь началась с записки, потайного прохода и запаха свежей пыли.

Я поднялась и достала из кармана маленький фонарь.

— Маттео, отойдите от шкафа.

— Вы собираетесь открыть его?

— Нет. Я собираюсь понять, кто открыл его до меня.

В этот момент из-за стены раздался едва слышный щелчок.

Маттео резко схватил меня за локоть.

— Мия, не двигайтесь.

Но я уже увидела, как книжный шкаф начал медленно отходить от стены, а за ним чья-то рука потянулась к папке с красной лентой…

ЧАСТЬ 2

…Я ударила Маттео плечом в грудь и толкнула его за колонну. В ту же секунду из-за шкафа вылетел металлический предмет и вонзился в деревянную панель там, где мгновение назад находилась его голова.

— Вы меня только что спасли или напали? — прошептал он.

— Решу после того, как вы перестанете дышать мне в ухо.

Я прижалась к стене и вслушалась. За книжным шкафом скрипнули доски. Потом послышались быстрые шаги, удаляющиеся в глубину прохода.

— Здесь есть выход к северной галерее, — сказал Маттео. — Но вход знают только отец, Карло и я.

— А теперь знаю я.

Мы выбежали из кабинета. На лестнице уже стоял Карло, держа ладонь возле кобуры.

— Что произошло?

— Кто-то вошёл в потайной проход, — сказала я.

— В кабинете нет прохода.

— Тогда объясните, почему в стене свежая пыль, а в панели торчит нож.

Карло побледнел, но быстро вернул лицу обычную жёсткость.

— Вы уверены, что не устроили это сами?

Маттео шагнул вперёд.

— Ещё одно слово, Карло.

Я подняла руку.

— Не сейчас. Закройте восточное крыло и никому не сообщайте о записке.

— Лоренцо должен знать.

— Если предатель внутри дома, звонок вашему отцу будет первым предупреждением.

Карло медленно убрал руку от оружия.

— Вы обвиняете кого-то из охраны?

— Я пока обвиняю только открытый проход.

В половине девятого вечера мы заперлись в комнате наблюдения. На стене светились десятки экранов. Камеры показывали двор, ворота, гараж и длинный коридор к спальне Маттео.

Я попросила журналы доступа.

Карло бросил на стол толстую папку.

— Все входы отмечены.

— Кроме старой системы.

— Её отключили три месяца назад.

Я раскрыла папку и увидела, что записи о ночных дежурствах были напечатаны одним и тем же шрифтом, но подписи отличались. У одного охранника буква «р» уходила ниже строки, у другого стояла ровно.

— Кто заполняет смены?

— Дежурный администратор.

— Имя?

— Томас Вейл.

Маттео нахмурился.

— Томас работает у нас семь лет.

— Семь лет — достаточный срок, чтобы никто не задавал вопросов.

В этот момент на экране возле гаража мелькнула тень. Я увеличила изображение. Человек в тёмной форме вошёл в слепую зону между двумя камерами, но перед этим посмотрел прямо в объектив.

— Он знал, где камера, — сказала я.

— Это может быть любой сотрудник.

— Нет. Любой сотрудник смотрел бы на ворота. Этот человек смотрит на камеру, потому что проверяет, работает ли она.

Маттео наклонился к экрану.

— На рукаве вышита серебряная полоса.

Карло резко отвернулся.

— У ночной смены таких нет.

— А у кого есть? — спросила я.

Он не ответил.

В десять часов Лоренцо вызвал меня в кабинет. Он стоял у окна, зажав в руке тяжёлую зажигалку.

— Вы посеяли панику в моём доме, — сказал он.

— В вашем доме уже была паника. Я просто включила свет.

— У вас нет права допрашивать моих людей.

— А у вас есть право потерять сына из-за гордости?

Его лицо стало неподвижным.

— Следите за словами.

— Тогда следите за охраной.

Маттео вошёл следом за мной.

— Отец, она права.

Лоренцо посмотрел на него, словно услышал предательство.

— Ты доверяешь женщине, которая работает здесь несколько часов?

— Я доверяю тому, кто заметил угрозу раньше остальных.

В этот момент свет погас.

Дом провалился в темноту. Где-то внизу зазвенело стекло, а затем раздались три коротких удара в дверь спальни Маттео.

Я схватила его за руку.

— Не открывайте.

— Это может быть сигнал тревоги.

— Именно поэтому.

На лестнице вспыхнул аварийный свет. В дальнем конце коридора стоял человек в форме охраны. Серебряная полоса блеснула на его рукаве.

Он поднял пистолет.

Я потянулась к панели управления, но прежде чем успела нажать кнопку, Маттео прошептал:

— Мия, вы должны знать, кто дал ему ключ от внутренней двери…

И в этот момент за моей спиной щёлкнул замок…

ЧАСТЬ 3

…Я развернулась слишком поздно. В дверях стоял Томас Вейл, администратор ночных смен, с пистолетом у моего плеча.

— Отойдите от панели, мисс Каллавей, — сказал он.

— Вы плохо выбрали место для разговора.

— Я выбрал место, где камеры не работают.

С другой стороны коридора Карло поднял оружие.

— Томас, брось пистолет.

— Ты первый подписал мне доступ, Карло. Не притворяйся невиновным.

Маттео посмотрел на него.

— Ты был с ними?

Карло стиснул зубы.

— Я не знал, что они нападут сегодня.

— Но знал, что они войдут, — ответила я.

Томас усмехнулся.

— Ваша наблюдательность переоценена. Нож был приманкой. Настоящий план находился не в проходе.

Он кивнул на стену за нами. Из вентиляционной решётки доносилось слабое шипение.

Я почувствовала запах горького миндаля.

— Газ, — сказала я.

— Уже поздно.

Я толкнула Маттео к полу и разбила аварийным молотком стекло в шкафу. Внутри лежала маска и ключ от внешнего отключателя. Но Томас выстрелил. Пуля ударила в металлическую дверцу, осколок рассёк мне ладонь.

Кровь закапала на белый мрамор.

— Мия! — крикнул Маттео.

— Не стойте!

Я бросила в Томаса тяжёлый фонарь. Он дёрнулся, и Карло выбил оружие из его руки. Однако внизу хлопнула входная дверь. В дом вошли ещё люди.

— Сколько их? — спросил Маттео.

— Достаточно, чтобы вы перестали спорить со мной.

Мы укрылись в старой винной комнате. Лоренцо пришёл через минуту, бледный и без охраны.

— Где Карло?

— Задерживает людей в галерее, — ответила я. — А теперь расскажите, почему Томас имел ключи.

Лоренцо посмотрел на сына.

— Карло получил приказ от меня.

— Какой приказ?

— Проверять внутреннюю защиту. Он должен был дать Томасу доступ, чтобы выявить утечку.

Маттео резко повернулся к отцу.

— Ты использовал меня как приманку?

— Я защищал тебя.

— Нет. Ты проверял, кто из людей предаст меня, и поставил под угрозу всю семью.

Лоренцо молчал.

Я достала из внутреннего кармана найденную папку с красной лентой.

— Я успела взять её из прохода. Здесь не только записи смен.

Внутри лежали копии переводов денег, фотографии встреч и список маршрутов Маттео. На последней странице стояла подпись Лоренцо.

Маттео взял лист.

— Это твоя подпись.

— Подделка.

— А дата? — спросила я. — В тот день ты был в клинике с сердечным приступом. Подписать документ не мог.

Я достала увеличительное стекло из аптечки и показала угол бумаги.

— Чернила нанесены позже. Но самое важное здесь.

Между страницами лежала маленькая карта памяти, приклеенная к картону.

Карло вбежал в комнату, тяжело дыша.

— Нападавшие отступили. Томас заперт в кладовой.

— Смотрите, — сказала я.

На экране телефона появилась запись с камеры, спрятанной в часах над лестницей. В кадре Лоренцо передавал Томасу папку и говорил:

— Если Маттео погибнет, всё перейдёт к тебе. Сделай так, чтобы это выглядело как нападение Ферретти.

В комнате стало тихо.

Лоренцо смотрел на собственное лицо на экране и будто не узнавал человека, который произносил эти слова.

Маттео отступил от него.

— Ты хотел убить меня?

— Я хотел заставить тебя исчезнуть, пока не началась война за наследство.

— Это не ответ.

— Я хотел спасти семью.

— От меня?

Лоренцо не сказал ничего.

И тогда зазвонил телефон Карло. Он выслушал собеседника, поднял глаза и передал аппарат мне.

— Это из клиники. Говорят, ваш настоящий отец оставил для вас сообщение. И он утверждает, что Лоренцо ДеЛука не имеет права распоряжаться ни вами, ни его наследством…