Муж приказал мне уйти с юбилея компании ради любовницы, но после объявления председателя его лицо резко побледнело

В тот вечер мой муж ударил меня так, что бокал с газированной водой едва не выскользнул из пальцев, а затем потребовал исчезнуть из зала перед двумя сотнями сотрудников.

— Иди домой, — прошептал Джулиан, наклонившись к моему уху. — Сегодня вечером она должна быть рядом со мной.

Он говорил спокойно, почти ласково. Только пальцы, впившиеся в моё плечо, дрожали от раздражения.

В бальном зале отеля «Хэлсион» под хрустальными люстрами повисла неловкая тишина. Люди делали вид, что рассматривают украшенные золотом столы, но я видела, как они косились в нашу сторону. Кто-то перестал смеяться. Кто-то замер с телефоном в руке.

Камилла Прайс стояла рядом с Джулианом в облегающем красном платье. Её ладонь лежала на его предплечье так уверенно, будто это была её законная рука, а не моя. На ушах Камиллы сверкали бриллиантовые серьги, которые я две недели назад не нашла в собственной шкатулке.

— Одри, — протянула она, слегка наклонив голову, — пожалуй, сейчас не лучший момент для семейной сцены.

Я почувствовала, как под шёлком платья разгорается боль. Поправила бретельку и посмотрела сначала на неё, потом на мужа.

— Нет, — сказала я. — Думаю, я останусь, чтобы услышать объявление.

Улыбка Джулиана стала тонкой и злой.

— Объявление предназначено для руководства. Не для жён-украшений.

Камилла тихо рассмеялась.

Когда-то я бы ушла. Вышла бы в туалет, заперлась в кабинке и просидела там до конца вечера, убеждая себя, что у Джулиана просто тяжёлый день. Но сегодня утром я поставила подпись под документами, которые он не должен был увидеть ещё несколько часов.

На мне было синее шёлковое платье с маленькой серебряной застёжкой в форме полумесяца у талии. Моя мать подарила его мне перед смертью и сказала: «Не позволяй никому заставить тебя выглядеть меньше, чем ты есть». Я тогда засмеялась. Теперь держала пальцы на холодном металле, чтобы они не дрожали.

На другом конце зала председатель совета Малкольм Рид поймал мой взгляд и коснулся двух пальцев своей запонки. Это был условный знак. Рядом с ним стояли главный юрисконсульт компании и судебный бухгалтер, шесть недель проверявший платежи, которые Джулиан подписывал для якобы независимых подрядчиков.

Я взяла со стола новый бокал.

— Наслаждайся следующими десятью минутами, — сказала я.

Джулиан резко схватил меня за запястье.

— Что это значит?

— Внимательно слушай.

Свет в зале приглушили. На сцене вспыхнуло голубое сияние, и Малкольм поднялся к микрофону. Он говорил о двадцатилетии «Аурелии», о восьмистах рабочих местах и восемнадцати месяцах долгов, отменённых заказов и неудачного расширения.

Джулиан отпустил меня и поправил пиджак. Он уже приготовил победное выражение лица. Сегодня он ожидал назначения президентом компании.

— Сегодня, — продолжил Малкольм, — мы приветствуем инвестора, чей капитал позволил сохранить «Аурелию» и погасить самый опасный долг. Сделка закрыта несколько часов назад. «Нортстар Холдингс» теперь владеет пятьюдесятью восемью процентами акций «Аурелии».

Джулиан первым начал аплодировать.

А потом Малкольм посмотрел прямо на меня.

— Прошу приветствовать основательницу «Нортстар» и нового мажоритарного владельца «Аурелии» — госпожу Одри Вэнс.

Я поставила бокал на стол и сделала шаг к сцене. За спиной раздался чей-то вскрик. Рука Камиллы соскользнула с локтя Джулиана.

Я поднялась по первой ступеньке, когда Малкольм протянул мне ладонь, а Джулиан наконец понял, что именно услышал. Его лицо стало белым, как скатерть, и он рванулся вперёд…

ЧАСТЬ 2

— Одри! — крикнул Джулиан.

Его голос раскатился по залу, но я не остановилась. Малкольм помог мне подняться на сцену, и свет прожекторов ударил в глаза. Серебряная застёжка-полумесяц у талии холодила кожу, напоминая о голосе матери.

Сначала аплодировали только несколько человек. Потом сотрудники начали переглядываться, и хлопки стали громче. Они наконец поняли: женщина, которую директор по стратегии только что назвал украшением, спасла компанию, в которой они работали.

Камилла стояла у стола неподвижно. Красное платье, ещё минуту назад казавшееся символом уверенности, теперь делало её слишком заметной.

— Это ты владеешь «Нортстаром»? — выкрикнул Джулиан.

Малкольм поднял руку.

— Мистер Вэнс, вам придётся дождаться окончания объявления.

— Она моя жена! — Джулиан шагнул к сцене. — Я имею право поговорить с ней.

— Ты потерял право отдавать мне приказы, когда поднял на меня руку, — ответила я в микрофон.

Тишина стала тяжёлой. Где-то у дальней стены звякнула упавшая ложка.

Главный юрисконсульт Нора Белл вышла вперёд и встала рядом с Малкольмом. В её руках была тонкая папка с медной застёжкой.

— Сделка завершена, — сказала я. — «Нортстар» приобрёл контрольный пакет не для того, чтобы уничтожить «Аурелию». Здесь работают инженеры, которым не дали нормально работать. Здесь есть патенты, способные вернуть компании прибыль. Но для этого придётся прекратить воровство.

Джулиан побледнел ещё сильнее.

— Ты понятия не имеешь, о чём говоришь.

— Я знаю, сколько денег ушло через «Веридион Консалтинг».

Камилла резко повернула голову.

— Не втягивай меня в свои семейные проблемы.

Я посмотрела на её серьги.

— Я пока никого не втягиваю. Я просто называю факты.

За сценой пахло горячим металлом от осветительных приборов. У меня пересохло во рту, но страх уже отступал, уступая место ясности.

Малкольм объявил, что прежние полномочия Джулиана приостановлены до завершения независимой проверки. Несколько руководителей опустили глаза. Они знали больше, чем хотели признать.

— Ты не можешь уволить меня на глазах у всех, — прошипел Джулиан.

— Я не увольняю тебя, — ответила я. — Я запрещаю тебе распоряжаться деньгами компании до выяснения обстоятельств.

Нора открыла папку. Внутри лежали распечатки платежей, копии договоров и фотографии экранов служебной переписки. На каждой странице стояла подпись Джулиана.

— Эти документы показывают, что «Веридион» получал ежемесячные выплаты за услуги, которых фактически не оказывал, — сказала Нора. — Средства переводились на счета, связанные с родственниками господина Вэнса.

— Это ложь, — выдохнул он.

— Тогда тебе нечего бояться проверки, — сказала я.

Камилла отступила к колонне. Её каблук зацепился за край ковра, и она схватилась за стол.

— Джулиан, ты говорил, что всё согласовано, — произнесла она.

Он резко повернулся к ней.

— Замолчи.

В этот момент на сцену поднялся начальник службы безопасности Томас Грей. В руке он держал маленький чёрный накопитель.

— Мисс Вэнс, — сказал он тихо, — мы нашли ещё одну запись. Она была удалена с внутреннего сервера сегодня утром.

Я посмотрела на накопитель, и внутри меня снова стало холодно.

— Что на ней?

Томас перевёл взгляд на Джулиана.

— Разговор, который может объяснить, зачем господин Вэнс торопил совет назначить его президентом именно сегодня.

Джулиан рванулся к нему, но двое охранников перегородили проход. В зале кто-то включил камеру телефона.

— Вы не имеете права, — сказал Джулиан.

— Право принадлежит компании, — ответил Томас. — А теперь запись будет прослушана при свидетелях.

Он вставил накопитель в компьютер, подключённый к экрану. На стене вспыхнуло окно с датой и временем. Джулиан смотрел на него, словно впервые увидел собственное имя.

Раздался щелчок воспроизведения, и из колонок донёсся первый голос…

ЧАСТЬ 3

— Если совет утвердит меня сегодня, — прозвучал голос Джулиана, — Одри ничего не сможет сделать. Она думает, что я ничего не знаю.

На экране появилась дата двухмесячной давности. В зале никто не шевелился. Я слышала только собственное дыхание и тихое гудение проектора.

Второй голос принадлежал Камилле.

— А если она узнает о переводах?

— Не узнает. Через неделю «Нортстар» станет нашим кредитором, а потом я выкуплю её долю за бесценок. Главное — заставить совет поверить, что без меня «Аурелия» рухнет.

Камилла тяжело опустилась на стул.

— Ты говорил, что компания почти обанкротилась.

— Я сделал так, чтобы она выглядела обанкротившейся, — ответил Джулиан на записи. — Когда стану президентом, деньги вернутся через новые контракты.

В зале прошёл глухой стон.

Джулиан смотрел на экран, и его лицо менялось. Сначала на нём была ярость, потом недоверие, а затем страх.

— Это смонтировано, — сказал он.

Томас покачал головой.

— Исходный файл хранится на резервном сервере. Там же есть журнал удаления.

Нора развернула папку к совету директоров.

— Судебный бухгалтер подтвердил подлинность платежей. Мы также нашли письма, в которых господин Вэнс давал указания сотрудникам скрывать владельцев «Веридиона».

— Одри, — Джулиан повернулся ко мне, — ты не понимаешь, что происходит. Я просто пытался защитить компанию.

— Ты пытался защитить себя.

— Мы муж и жена. Ты не можешь уничтожить мою карьеру из-за одного вечера.

Я посмотрела на его руку, которой он ударил меня. Кожа на плече всё ещё болела.

— Это не один вечер, Джулиан. Это месяцы лжи. И сегодня ты сам решил показать всем, кем являешься.

Камилла поднялась, сжав ремешок сумочки.

— Ты обещал, что она ничего не узнает. Ты обещал мне должность и квартиру.

— Замолчи! — крикнул он.

— Нет, теперь ты послушаешь, — сказала я. — Нора, передайте запись следователям.

Главный юрисконсульт кивнула.

— Уже передана. Кроме того, утром суд зарегистрировал ходатайство о запрете распоряжаться активами господина Вэнса до окончания расследования.

Джулиан отступил. Бокал на ближайшем столе качнулся и упал, разбившись у его туфель.

— Ты всё подготовила заранее, — прошептал он.

— Я подготовила защиту для компании. Ты сам дал мне доказательства.

Малкольм объявил, что Джулиан отстранён от должности и должен немедленно покинуть помещение. Охранники подошли к нему, но он не сопротивлялся. Только перед выходом обернулся.

— Ты пожалеешь, Одри.

— Возможно, — сказала я. — Но не о том, что перестала тебе верить.

Когда двери за ним закрылись, мне позвонила Нора. На её лице исчезла всякая краска.

— Одри, есть ещё одна проблема.

— Какая?

Она взглянула на экран телефона.

— Джулиан только что отправил кому-то сообщение с твоим домашним адресом. И написал, что если не сможет вернуть компанию, то разрушит твою жизнь другим способом…

Вам также могут понравиться эти истории:

Я бежала через Центральный парк от бывшего мужа с тремя детьми, но один взгляд заставил его побледнеть ЧАСТЬ 4 — Я вынесла тайный накопитель из сейфа мужа ради сестры, но его спокойный шёпот заставил меня замереть ЧАСТЬ 4 — Я увидел, как новая уборщица склонилась над моим парализованным братом, и её шёпот заставил меня впервые испугаться ЧАСТЬ 4 — Я оплатила семейный отдых, но меня с сыном оставили в холле ради шутки — когда муж вернулся, его улыбка исчезла ЧАСТЬ 4 — Моя мать сорвала мою свадьбу с нищим и выставила меня перед богатым женихом — но у ворот он вдруг побледнел ЧАСТЬ 4 — Я приехала в особняк, где четырёх сыновей не выдержала ни одна няня, но хозяин перестал улыбаться после моего первого вопроса