Я пришла к самому опасному человеку города, истекая кровью, но когда он увидел мою папку, его лицо изменилось

В тот вечер я вошла в кабинет Габриэля Росса, оставляя за собой кровавые следы на белом мраморе, и первым делом извинилась за опоздание.

— Простите, что задержалась, — прошептала я.

Он терпеть не мог опоздания. Об этом знали все, кто хоть раз работал с его людьми. Пять минут считались небрежностью, десять — страхом, а четырнадцать означали, что человек либо предал его, либо уже не успеет ничего объяснить.

На электронных часах над дверью было 21:14.

Габриэль поднял взгляд от стола. За его спиной молнии разрывали небо над Чикаго, а дождь хлестал по панорамным окнам сорокового этажа. Он выглядел так, будто ждал не меня, а приговора: чёрная рубашка, закатанные рукава, неподвижное лицо и часы с тяжёлым серебряным браслетом.

— Вы опоздали на четырнадцать минут, мисс Беннетт.

— Я знаю.

Я держалась за дверную раму обеими руками. Правая нога дрожала так сильно, что я уже не чувствовала ступню. Под мокрым бежевым плащом липли к коже брюки, а в кармане лежал маленький латунный жетон с изображением маяка — единственная вещь, которую я хранила от отца. Я сжимала его пальцами, чтобы не упасть.

Габриэль сделал шаг ко мне.

— Вы ранены?

— Я принесла исправленные счета.

— Я спросил не об этом.

— Сначала вы должны увидеть их.

Я попыталась улыбнуться, но губа тут же отозвалась острой болью. Из-под плаща на пол упала густая красная капля.

Габриэль замер.

Потом ещё одна.

Он оказался рядом прежде, чем моё колено подогнулось. Его руки подхватили меня за плечи и талию, не дав удариться головой о край стола.

— Элла.

— Я закончила, — пробормотала я. — Всё, о чём мы договаривались.

Пальцы с трудом нашли внутренний карман. Я достала маленький накопитель в металлическом корпусе и вложила ему в ладонь.

— Здесь пересмотренные счета. Все уязвимости. Имена поставщиков. Переводы.

Он посмотрел на накопитель, потом на моё лицо.

— Вы истекаете кровью у меня на полу.

— Но не опоздала настолько, чтобы сорвать сделку.

— К чёрту сделку.

Накопитель отлетел под стол.

Габриэль поднял меня на руки. Я почувствовала запах дождя, кожи и горького кофе, который всегда стоял у него на столе. Он был слишком сильным, слишком спокойным и слишком близким. От этого стало страшнее, чем в тёмном гараже.

— Лео! — рявкнул он.

Дверь распахнулась. В кабинет вошёл Лео Картер, его начальник охраны и единственный человек, который позволял себе спорить с Габриэлем.

— Запереть этаж. Никого не впускать. Позвони доктору Харрису.

— Он на другом конце города.

— Тогда пусть едет быстрее.

Меня положили на кожаный диван. Когда Габриэль разрезал ткань брюк складным ножом, я отвернулась. Нож вошёл глубоко в мышцу бедра. Не случайный порез. Кто-то ударил меня намеренно и провернул лезвие.

— Кто это сделал? — спросил Габриэль.

— Неважно.

— Вы пришли ко мне с ножевой раной и говорите, что это неважно?

— Мой брат важнее.

Его взгляд стал жёстким.

— Тайлер?

Я кивнула и зажмурилась, когда он прижал к ране сложенное полотенце.

— Вы купили его долг у Барлоу?

— Да.

— Он в безопасности?

— Да.

Только тогда я позволила себе выдохнуть.

— Хорошо.

Мир качнулся. Габриэль удержал меня за запястье.

— Не отключайтесь.

— Больницы задают вопросы.

— Вы были атакованы. Вопросы будут в любом случае.

— Если я обращусь в полицию, Тайлер не доживёт до утра.

Он на мгновение замолчал. В коридоре зазвучали быстрые шаги, а на окнах вспыхнул белый свет молнии.

— Расскажите всё, — сказал Габриэль.

— Сначала доктор.

— Элла.

— Сначала доктор, Габриэль.

В эту секунду дверь открылась, и на пороге появился доктор Харрис с медицинским чемоданом. Лео уже запирал замок, а Габриэль смотрел не на мою рану, а на накопитель, застрявший под его столом. Затем он медленно наклонился, протянул руку и потянулся к папке, которую я всё ещё прижимала к груди…»

ЧАСТЬ 2

…его пальцы коснулись края папки, но я перехватила его запястье.

— Не здесь.

Доктор Харрис поставил чемодан на низкий столик. Внутри звякнули металлические инструменты, и этот звук мгновенно вернул меня в гараж: бетон под щекой, запах бензина, мужской голос возле уха.

— Подпиши исправленный отчёт, — говорил тот человек. — Или твой брат станет следующим пунктом расходов.

— Она теряет много крови, — сказал Харрис. — Мне нужно осмотреть рану.

— Делайте, — ответил Габриэль. — Но никто не покидает этаж.

— Я никуда не собиралась, — прошептала я.

Доктор разрезал оставшуюся ткань. Я вцепилась в ладонь Габриэля так сильно, что ногти оставили на коже красные дуги.

— Смотрите на меня, — сказал он.

— Я смотрю.

— Нет. Вы смотрите на стену и пытаетесь не кричать.

— Это помогает.

— Тогда кричите мне в руку.

Я всё-таки закричала.

Харрис очистил рану, остановил кровь и наложил швы. В кабинете пахло спиртом, мокрой шерстью и горелой пылью от старого светильника. Сорок пять минут я слышала только дождь, собственное дыхание и короткие распоряжения доктора.

Когда всё закончилось, Харрис закрепил повязку и покачал головой.

— Вам повезло. Лезвие прошло в нескольких миллиметрах от крупного сосуда.

— Это было случайно? — спросил Габриэль.

— Нет. Удар нанесли точно. Нападавший хотел, чтобы она выжила.

В кабинете стало холоднее.

— Чтобы она успела передать сообщение, — сказал Лео.

Я открыла глаза.

— Они хотели, чтобы я испугалась.

— Кто? — спросил Габриэль.

Я взяла стакан воды. Край стекла стучал о мои зубы.

— Моя фирма получила заказ на проверку Южного фонда пенсий муниципальных работников. За пять лет исчезло почти тридцать миллионов долларов.

— И деньги вели к Барлоу? — спросил Габриэль.

— К нему, к нескольким строительным фирмам и к людям, которые никогда не выполняли никаких работ.

— Почему вы не отдали материалы властям?

Я рассмеялась, но смех превратился в болезненный кашель.

— Потому что директор моей фирмы позвонил мне за час до нападения и сказал, что отчёт нужно переписать.

— Кто директор?

— Мартина Кроу.

Лео выругался.

— Она много лет ведёт счета городских подрядчиков.

— Именно поэтому ей верят, — сказала я. — А мне нет. Я всего лишь сотрудница, которая слишком внимательно прочитала цифры.

Габриэль поднял с пола накопитель.

— Здесь всё?

— Почти.

— Что значит почти?

— На нём есть счета. Но главное находится в папке.

Он раскрыл её. На первой странице стояли таблицы, номера договоров и подписи. На третьей я увидела красную пометку, которую сама сделала карандашом.

— Вот эти платежи, — сказала я. — Они проходили через одну из ваших транспортных компаний.

— Через мою?

— Через компанию, которую вы купили два года назад. Я не думаю, что вы знали.

— А вы думаете, что я поверю в случайность?

— Мне всё равно, во что вы верите. Мне нужно, чтобы вы поняли: Барлоу использовал вашу сеть как ширму.

Габриэль долго смотрел на цифры. Затем взял телефон.

— Проверьте счета, — приказал он кому-то. — Немедленно.

Я увидела, как Лео переглянулся с ним.

— А теперь расскажите про гараж, — сказал Габриэль.

Я закрыла глаза.

— Меня ждали у машины. Один держал фотографию Тайлера. Другой требовал поставить подпись. Когда я отказалась, меня ударили. Я вырвалась и побежала.

— Почему не позвонили мне?

— Телефон разбили.

— Вы могли попросить помощи.

— Я не знала, кому ещё можно верить.

Эти слова задели его сильнее, чем я ожидала.

Он опустился перед диваном на одно колено.

— Теперь знаете.

Я посмотрела на него и впервые заметила, что его рука дрожит. Едва заметно. Но дрожит.

В этот момент телефон Лео зазвонил. Он выслушал собеседника, и цвет исчез с его лица.

— Габриэль, — сказал он. — Квартира Тайлера пуста. Дверь открыта. На кухне кровь.

Я попыталась встать, но боль прострелила ногу.

— Нет…

Габриэль поймал меня за плечи.

— Где мой брат?

Лео посмотрел на папку в руках Габриэля.

— На стене оставили послание. Они хотят, чтобы Элла приехала одна. Иначе Тайлер умрёт через час…

ЧАСТЬ 3

…я уже пыталась сорвать повязку, когда Габриэль прижал мою руку к дивану.

— Вы не поедете одна.

— Они убьют Тайлера.

— Они хотят, чтобы вы так думали.

— Вы не знаете этих людей.

— Знаю лучше, чем вы.

За окном гремел гром. На стекле дрожали капли, а под моими ногтями всё ещё оставалась чёрная пыль из гаража.

Лео положил на стол фотографию. На ней Тайлер сидел на кухонном стуле, связанный, с разбитой бровью. На обороте было написано: «Полночь. Старый грузовой терминал. Только Элла».

— Мы едем, — сказала я.

— Нет, — ответил Габриэль.

— Вы купили его долг. Вы обещали, что он в безопасности.

— Я обещал, что его не тронут мои люди. Барлоу к моим людям не относится.

Он взял папку и перелистнул страницы. Между таблицами лежал тонкий лист бумаги, сложенный вчетверо.

— Что это? — спросил он.

Я замерла.

— Не открывайте здесь.

— Вы только что сказали, что главное в папке.

— Главное — не бумага.

Габриэль достал из кармана накопитель и подключил его к ноутбуку. На экране появились десятки файлов. Один назывался «Свидетельство». Другой — «Гараж». Третий был защищён паролем.

— Пароль? — спросил Лео.

Я назвала дату рождения отца.

Габриэль ввёл цифры. Открылся видеозаписанный разговор.

На экране появился мой кабинет в фирме. Мартина Кроу стояла у окна, а напротив неё — Маркус Барлоу, глава группировки, которой все боялись. Я узнала его голос сразу.

— Росс должен подписать списание, — говорил Маркус. — Если его транспортная компания окажется в отчёте, он станет крайним.

Мартина нервно поправила цепочку на шее.

— А девчонка?

— Беннетт подпишет. У неё брат.

— Если не подпишет?

Маркус улыбнулся.

— Тогда заставим её поверить, что выбор ещё существует.

Я перестала дышать.

Габриэль смотрел на экран, не моргая.

Запись продолжалась. Мартина положила на стол копию моего рабочего отчёта. В углу стояла дата за три дня до того, как я впервые встретилась с Габриэлем.

— Росс ничего не знает, — сказала она. — Его имя используют без его ведома.

Маркус наклонился к ней.

— Пока не знает. Но если узнает, придётся убрать и его.

Лео выпрямился.

— Они собирались подставить босса.

— И меня, — тихо сказала я.

— Вас хотели заставить уничтожить доказательства, — ответил Габриэль. — Но вы сохранили запись.

— Я включила диктофон в броши. Камера фирмы случайно захватила разговор, а звук записался на мой накопитель.

— Почему вы не сказали сразу?

— Потому что не знала, кто из вас настоящий адресат этой схемы.

Габриэль перевёл взгляд на меня.

— Теперь знаете?

Я кивнула.

— Теперь знаю, что Барлоу боится этой записи.

В этот момент на ноутбуке всплыло новое уведомление. Файл сам начал загружаться в защищённое хранилище. В нём были сканы договоров, банковские выписки и копия распоряжения, подписанного Мартиной Кроу.

Но среди документов обнаружился ещё один лист.

Это был перевод денег на счёт Тайлера.

— Он получил двадцать тысяч долларов, — сказал Лео.

Я почувствовала, как холод поднимается от живота к горлу.

— Это невозможно.

— Перевод сделан неделю назад, — сказал Габриэль.

— Тайлер не мог. Он не знал о фонде.

Габриэль открыл подробности платежа. Отправителем значился счёт, связанный с одной из компаний Барлоу. Получателем был Тайлер. Но внизу стояла электронная подпись моего брата.

Я прошептала:

— Его заставили.

Телефон Габриэля зазвонил. На экране высветился неизвестный номер.

Он включил громкую связь.

— Если хотите увидеть Тайлера живым, — произнёс Маркус, — привезите накопитель к полуночи. И не пытайтесь играть в спасителей.

— Где он? — спросила я.

— Спросите у своего брата, почему он взял деньги.

Связь оборвалась.

Габриэль поднялся.

— Мы едем на терминал.

— А если это ловушка?

— Это ловушка.

Он достал из сейфа пистолет, но прежде чем успел закрыть дверцу, зазвонил другой телефон — мой, разбитый и выключенный с момента нападения. Он лежал в кармане плаща.

На экране появилось сообщение от Тайлера: «Элла, не приезжай. Габриэль не тот, за кого себя выдаёт. Он знает, кто убил нашего отца»…