Я открыла запрещённую дверь ради странного звука, но увидев меня, хозяин дома вдруг перестал дышать

В ту ночь хозяин дома выстрелил в мою сторону, а потом прошептал, что если я выйду из комнаты, меня найдут раньше рассвета.

Я стояла на пороге тайной комнаты на третьем этаже резиденции Монтенегро, прижимая к груди ведро и пластиковую швабру. Под дверью тянулась тёмная полоска, густая и блестящая в свете коридорной лампы. Сначала я решила, что это разлитое вино. Потом услышала хрип.

За двадцать три дня работы я привыкла не задавать вопросов. Госпожа Барраган, управлявшая прислугой, повторила это в первый же день:

— Убирай, молчи и никогда не поднимайся в восточное крыло.

— А если понадобится?

— Не понадобится. А если понадобится, лучше тебе не знать.

Мне нужны были деньги. Два месяца я не платила за комнату в Экатепеке, хозяйка уже оставила под дверью последнее предупреждение, а мать каждый вечер спрашивала, когда я вернусь домой. Поэтому я кивнула и надела медную заколку в форме листа, подарок матери. Она держала мои волосы так туго, что к вечеру болела кожа головы, но я никогда её не снимала.

В доме все знали, кем был Адриан Монтенегро. По бумагам — хозяином транспортных компаний, складов и частной охраны. По разговорам, которые обрывались при моём появлении, — человеком, от одного звонка которого исчезали целые грузовики и люди.

Я видела вооружённых мужчин, ночные встречи и пятна на коврах, которые отмывала до рассвета. Но четыре дня назад Адриан перестал спускаться к завтраку. Его охрана сменилась. А Томас Варела, человек, которого все называли братом Адриана, начал ходить по дому так, будто уже получил ключи от всего города.

В два часа семнадцать минут я услышала удар над кухней.

Потом второй.

Разбилось стекло.

Я замерла, сжимая рукоятку швабры. Из-за двери донёсся приглушённый стон. В доме спали или делали вид, что спят. Я поднялась по лестнице, сама не понимая зачем.

Дверь оказалась незапертой.

Я толкнула её.

Внутри была маленькая медицинская комната: кислородный баллон, металлический шкаф, лампа на гибкой стойке. Адриан сидел на полу, прислонившись к разбитому шкафу. Его рубашка лежала рядом, а бок был перетянут бинтами, пропитанными кровью.

Он поднял пистолет.

— Назови причину, почему я не должен тебя убить.

Колени у меня дрожали, но я смотрела не на оружие, а на рану.

— Потому что при выстреле вы разойдётесь ещё сильнее. И потому что мне не нужен ваш бизнес.

Он долго молчал.

Потом опустил пистолет.

— Закрой дверь.

Я заперла замок.

— Вы умираете?

— Пока стараюсь не умереть.

Он рассказал, что его подстрелили четыре дня назад на складе в Аскапоцалько. В больницу он не мог ехать: Томас контролировал врачей, охрану и каждый вход в дом.

— Если Варела поймёт, что я слаб, к рассвету он станет хозяином, — сказал Адриан. — А потом начнут умирать люди.

— Я убираю ванные комнаты. Я не умею лечить.

— Сегодня выбора нет.

Он показал на антисептик и медицинский степлер. Я сняла мокрую повязку. Запах гноя и железа ударил в горло.

— Будет больно.

— Делай.

Я промыла рану, а Адриан вцепился в моё запястье так, что ногти оставили красные полосы.

— Продолжай, — выдохнул он сквозь зубы.

Я плакала молча, пока стягивала края раны скобами. Когда закончила, кровь стала проступать медленнее.

— Как тебя зовут? — спросил он.

— Химена.

— Ты спасла мне жизнь, Химена.

Я вытерла руки полотенцем.

— Я спущусь и забуду эту ночь.

— Уже не забудешь.

Он указал на свой кабинет.

— Под ковром сейф. Там антибиотики и телефон. Принеси до полудня.

— А если меня поймают?

Адриан посмотрел на меня спокойнее, чем должен был смотреть человек с пулей в боку.

— Тогда узнаешь, почему все здесь так боятся Томаса.

В семь сорок утра Томас вошёл на кухню с четырьмя незнакомцами.

— Дайте мне отмычки, — приказал он. — Проверим каждый этаж.

Ложка выпала из моей руки.

Томас медленно повернул голову и улыбнулся.

— Начнём с третьего этажа.

Я почувствовала, как медный листок в волосах впился в кожу. Томас сделал шаг ко мне, а потом протянул руку к связке ключей на поясе госпожи Барраган…

ЧАСТЬ 2

…Госпожа Барраган побледнела и молча сняла связку с пояса. Ключи звякнули о столешницу, будто кто-то бросил на кухню горсть мелких костей.

Томас забрал их.

— Ты, — он указал на меня. — Идёшь впереди.

Я заставила себя поднять ведро.

— Мне сначала нужно убрать пролитый кофе в кабинете.

— Кофе подождёт.

— Господин Варела, если госпожа увидит грязь…

Он улыбнулся уже без тепла.

— Тогда я скажу госпоже, что грязь появилась из-за тебя.

В девять десять я всё-таки оказалась в кабинете Адриана. Двое охранников стояли у двери, а Томас разговаривал по телефону у окна. Я опустилась на колени, будто собиралась чистить ковёр, и поддела ногтем угол ткани.

Сейф был на месте.

Код я запомнила ночью: четыре девять один один. Пальцы дрожали так сильно, что первая цифра не нажалась. Я услышала шаги и задержала дыхание.

— Ты долго ещё? — спросил охранник.

— Пятно въелось.

Замок щёлкнул.

Внутри лежали пачки денег, документы, флакон антибиотиков и дешёвый телефон с треснувшим экраном. Я не притронулась к купюрам. Деньги могли спасти меня от долгов, но на них оставался бы вопрос, который Томас задал бы первым.

Я спрятала лекарства и телефон в карман фартука, а затем плеснула на ковёр чистящее средство.

— Теперь пятно стало больше, — заметил Томас за моей спиной.

Я вздрогнула.

— Зато не видно старого.

Он посмотрел на меня слишком внимательно.

— Ты быстро учишься.

В одиннадцать пять я поднялась в восточное крыло во время смены охраны. Адриан был бледным и горячим, его губы пересохли.

— Томас проверяет дом, — сказала я, протягивая таблетки.

— Значит, больше не притворяется.

Я приложила влажную салфетку к его шее.

— Почему вы столько лет ему доверяли?

— Мы вместе начинали. Жили в одной комнате, делили последнюю лепёшку.

— Это не ответ.

Адриан открыл глаза.

— Иногда человек, который знает все твои слабости, кажется самым близким. Пока не понимаешь, что он просто собирал оружие.

Следующие два дня я стала его глазами и ушами. Прятала воду под мешками с бельём, лекарства — в коробках с мылом, еду — среди кастрюль. Томас заполнил дом чужими мужчинами. Они курили в коридорах и смеялись слишком громко.

В четверг в шесть вечера он поймал меня на лестнице. На его пальцах блестело золотое кольцо, а от воротника пахло горьким одеколоном.

— Ты очень старательная, Химена.

— Мне нужна работа.

Он наклонился и поправил выбившуюся прядь у моего виска.

— Из кабинета пропали лекарства.

— Я убираю полы.

— И медицинские материалы.

— Не знаю.

Его пальцы задержались на моей медной заколке.

— Если я узнаю, кто помогает Адриану, этот человек будет вспоминать о своей ошибке до последней секунды.

Он ушёл, а я ещё долго не могла разжать ладонь. На коже остались следы от его кольца.

Я вернулась в тайную комнату.

— Он знает, — прошептала я.

Адриан уже стоял, держась за край стола. Его дыхание было тяжёлым, но в руке он держал пистолет.

— Сегодня ночью Томас объявит, что я умер.

— Тогда надо бежать.

— Внизу двадцать человек.

— Тем более.

— Мне нужно оружие и записи из подвала.

Он объяснил, что за старыми бочками есть металлическая дверь. В хранилище лежат документы, способные разрушить Томаса.

— Мне нужны винтовка и две светошумовые гранаты.

Я нервно рассмеялась.

— Я домработница.

— Поэтому тебя не сочтут угрозой.

— Это изменится через десять минут.

— Если мы ничего не сделаем, он убьёт тебя после меня.

Я спустилась в подвал. За котлом услышала голоса.

— Варела приказал найти девчонку, — сказал один мужчина.

— Что потом?

— Увезти так, чтобы никто не спросил.

Я дождалась, пока они уйдут, и отодвинула нужную бочку. На двери набрала семь два четыре ноль. За ней оказались оружие, деньги и десятки папок с именами и суммами.

Я взяла винтовку и гранаты, завернула их в простыни и направилась к служебному проходу. Когда опустила свёрток на пол, за спиной прозвучал голос:

— Странное место для стирки.

Томас стоял у лестницы. Его взгляд опустился на мой большой палец, испачканный чёрным маслом от старого котла.

Улыбка исчезла.

— Вот и крыса.

Он сунул руку под пиджак.

Я отступила, чувствуя, как под волосами режет кожу медная заколка. Томас вытащил оружие, но в этот миг наверху раздался выстрел, затем крик и тяжёлые шаги. Он на секунду повернул голову.

Этого хватило.

Я схватила одну гранату, сорвала кольцо и бросила её между нами. Вспышка ослепила подвал. Томас выругался, а я услышала, как кто-то распахнул дверь на лестнице…

ЧАСТЬ 3

…В дверном проёме появился Адриан. Он держал винтовку обеими руками, хотя его лицо было белым от боли.

— Томас, отойди от неё.

Ослеплённый Варела стрелял наугад. Пуля ударила в котёл, и над подвалом разнёсся оглушительный звон. Я прижалась к стене, чувствуя под ладонью горячую трубу.

Адриан выстрелил в потолок.

— Оружие на пол!

Томас замер. Через несколько секунд зрение вернулось к нему, и он увидел нас обоих.

— Ты должен был умереть, — прошептал он.

— Я почти умер. Четыре дня назад на складе.

— Это сделали твои враги.

Адриан бросил взгляд на папки.

— Нет. Это сделал человек, который знал, когда сменяется моя охрана.

Он кивнул мне.

— Открой папку с красной наклейкой.

Я нашла её среди документов. Внутри лежала карта памяти, несколько квитанций и распечатка телефонных переговоров. На первой странице стояла дата нападения и подпись Томаса.

В подвал вбежали двое старых охранников Адриана. За ними — госпожа Барраган, прижимавшая ладонь к разбитой брови.

Томас рассмеялся.

— Бумаги ничего не докажут.

— Тогда послушаем запись, — сказал Адриан.

Он вставил карту памяти в телефон, который я принесла из сейфа. Из динамика раздался голос Томаса, хриплый и уверенный:

— Ударьте его на встрече. Не убивайте сразу. Он должен вернуться домой, чтобы я получил доступ к сейфу и счетам.

Второй голос спросил:

— А если он выживет?

— Не выживет. После его смерти я объявлю, что он сбежал с деньгами. Охрана будет моей.

В подвале стало так тихо, что я услышала каплю воды, падающую с трубы.

Томас смотрел на телефон.

— Это подделка.

Госпожа Барраган покачала головой.

— Я слышала этот разговор. В ту ночь ты приказал сменить водителя.

— Замолчи.

— А потом велел вывезти двух бухгалтеров, — продолжила она. — Мы все боялись тебя.

Адриан приблизился на шаг.

— Ты не просто устроил нападение. Ты четыре дня держал дом под контролем, чтобы найти мои записи и уничтожить людей, которые могли говорить.

Томас перевёл взгляд на меня.

— А она? Ты поверил случайной служанке?

Я почувствовала, как во мне поднимается страх, но впервые он не заставил меня опустить глаза.

— Я поверила тому, кто истекал кровью у меня на руках, — сказала я. — В отличие от вас, он не обещал мне сохранить жизнь. Он просто попросил о помощи.

Адриан забрал у Томаса пистолет. Старые охранники обезоружили остальных.

— Ты проиграл, — сказал он.

— Нет, — Томас усмехнулся. — Ты думаешь, эти записи меня уничтожат? В городе есть люди, которые уже получили копии. Если я исчезну, они начнут стрелять первыми.

В этот момент телефон Адриана зазвонил.

Он ответил, выслушал несколько секунд и изменился в лице.

— Что случилось? — спросила я.

Адриан посмотрел на папку с красной наклейкой.

— Из сейфа пропал не только телефон.

— Там были деньги, — сказал Томас.

— Нет. Исчезла папка с именем моей сестры.

На экране появилось новое сообщение с неизвестного номера: «Если хотите увидеть её живой, приезжайте один. И привезите Химену»…