Я открыла дверь окровавленному хозяину поместья, а утром увидела в его руке вещь, от которой охрана побледнела

В три часа ночи самый опасный человек Чикаго упал на мой коврик и прошептал: «Пожалуйста, не отдавай меня им». Я стояла босиком на холодном бетонном полу, одной рукой держала цепочку на двери, а другой сжимала кочергу. За дверью был Артур Костелло — человек, из-за имени которого в городе замолкали разговоры. Его костюм промок до нитки, белая рубашка потемнела от крови, а дорогой кожаный ремень волочился по полу, будто он едва добрался сюда.

— Открой, Нора, — произнёс он.

— Зачем вы пришли в комнату прислуги?

— Потому что больше не знаю, кому могу доверять.

Я должна была позвать охрану. Именно так поступил бы любой разумный человек. Но Артур вдруг пошатнулся и ударился плечом о стену. На штукатурке осталось красное пятно. Он поднял глаза, и я увидела там не ярость, а настоящий страх.

Я сняла цепочку.

Моя комната когда-то была кладовой рядом с котельной. Здесь пахло углём, кипячёной водой и дешёвым мылом, а батарея стучала так, будто внутри неё кто-то бился в дверь. Я жила здесь третий год, выплачивая долги, оставшиеся после болезни отца. Работа у Костелло приносила втрое больше, чем уборка в гостинице, поэтому я научилась не замечать оружие под пиджаками и гостей, которые приезжали вечером, а утром исчезали.

Артур вошёл, но сделал всего два шага и рухнул на мою узкую кровать.

— Вам нужен врач.

— Нет.

— Вы истекаете кровью.

— Это я уже понял.

Я достала аптечку. Когда разрезала рукав, он резко перехватил меня за запястье. Пальцы сомкнулись больно, и на миг передо мной оказался тот самый хозяин дома, которого боялись даже его телохранители.

— Отпустите.

Он посмотрел на мою руку, словно впервые заметил, что делает.

— Прости.

От этого слова мне стало страшнее, чем от его хватки.

Я промыла глубокий порез. Артур молчал, пока вода в тазу не стала розовой. Затем спросил:

— Как тебя зовут?

— Нора.

Он повторил моё имя тихо, почти беззвучно.

— Я убил человека сегодня, — сказал он.

Мои пальцы замерли над бинтом.

— Кого?

— Старого друга. Он научил меня выживать. А потом решил, что я должен умереть первым.

За стеной загудела труба. Я услышала, как наверху кто-то прошёл по мраморному коридору.

— Если вы так влиятельны, почему пришли ко мне?

Артур опустил голову.

— У меня сотня людей. И я не знаю, кто из них уже продал меня.

Он засмеялся, но смех оборвался кашлем.

— Я устал от крови, Нора. От лжи. От того, что каждое лицо рядом может оказаться последним, которое я увижу.

Потом он протянул руку. Не как хозяин. Как человек, который тонет.

— Позволь мне остаться до рассвета.

Я долго смотрела на него, а затем кивнула.

Артур лёг на пол, положив голову рядом с ржавым ведром. Я не спала и держала кочергу на коленях. В шесть утра за окном послышался первый грузовик, и я разбудила его.

Он сел мгновенно. Страх исчез. На его месте появилось привычное холодное лицо.

Артур посмотрел на окровавленный таз, на разорванный пиджак, на меня. Я поняла: теперь он решает, свидетель я или угроза.

— Я ничего не видела, — быстро сказала я. — Вы порезались, я перевязала вас, и вы ушли.

Он молча сунул руку во внутренний карман пиджака. В его пальцах блеснул тяжёлый латунный ключ с выцарапанной цифрой семь. Артур положил его на мою ладонь и сказал:

— Если к полудню я не вернусь, открой дверь в конце северного коридора. Но только после того, как увидишь, кто принесёт тебе этот ключ…

ЧАСТЬ 2

Я сжала латунный ключ. Он был тёплым от его руки и слишком тяжёлым для обычного замка.
— Что находится за дверью номер семь?
— Причина, по которой сегодня вечером ты можешь оказаться мёртвой.
Он поднялся, поморщившись, и направился к выходу. У лестницы остановился.
— Никому не показывай ключ.
— А если вы не вернётесь?
— Тогда решай сама, кому верить. Только не Виктору.
Имя прозвучало так тихо, что я сначала решила, будто ослышалась.
— Кто такой Виктор?
Артур обернулся.
— Человек, который улыбается, когда врёт.
В семь утра он исчез через служебный проход. Через десять минут в подвал спустился Виктор Хейл, управляющий поместьем. На нём был безупречный костюм, а на пальце — серебряная печатка с гербом Костелло. Он улыбался именно так, как будто уже знал, что я видела ночью.
— Хозяин заходил к тебе?
— Нет.
— Подумай внимательнее.
Он поставил на стиральную машину чашку кофе. На белой керамике осталась тонкая трещина.
— У него пропал ключ. Возможно, он оставил его здесь.
— Я ничего не находила.
Виктор наклонился ближе.
— Нора, твой отец задолжал нам большие деньги. Было бы печально, если бы долг перешёл к тебе вместе с квартирой.
Внутри у меня похолодело. Я никому в доме не говорила, что отец умер, оставив долг за лечение. Виктор знал.
— Убирайтесь из моей комнаты.
— До полудня, — сказал он, выпрямляясь. — Потом охрана начнёт искать тщательнее.
В полдень я спрятала ключ в подкладку фартука и поднялась на первый этаж. У северного коридора стояли двое вооружённых мужчин. На стене висели семейные портреты, а между ними темнела узкая дверь с выцветшей цифрой семь.
— Вам сюда нельзя, — сказал охранник.
— Я пришла за бельём.
— В прачечной другой коридор.
Я отступила, но в этот момент из кабинета Артура донёсся крик:
— Где книга?
Это был Виктор.
— Какая книга? — ответил Артур.
— Не заставляй меня повторять.
Я замерла за колонной. Потом услышала глухой удар и звук падающего кресла.
— Ты убрал Лукаса, — сказал Артур. — Но не нашёл всё.
— Ты слишком долго считал себя умнее остальных.
— А ты слишком рано начал праздновать.
Охранник у двери шагнул в сторону кабинета. Я увидела возможность и проскользнула к северному коридору. Латунный ключ вошёл в замок без единого щелчка. За дверью находилась маленькая архивная комната: полки, железный сейф и запах пыли.
На столе лежала папка с моим именем.
Я открыла её и увидела копию старого счёта отца, подписанную Виктором. Долг был погашен за два года до смерти отца. Под ним стояла дата, когда отец начал работать бухгалтером у Костелло.
Внизу красными чернилами было написано: «Нора Хейс — единственный человек, которому он доверял».
Снаружи повернулась ручка.
— Нора, — раздался голос Виктора. — Я знаю, что ты внутри.
Я прижала папку к груди. За спиной находилась только кирпичная стена. Виктор вставил ключ в замок и медленно повернул его…

ЧАСТЬ 3

Дверь распахнулась, и Виктор увидел меня у стола. Я держала папку обеими руками, а за моей спиной дрожал старый металлический шкаф.
— Отдайте это, — сказал он.
— Здесь написано, что долг моего отца был погашен.
— Здесь написано то, что тебе не нужно понимать.
— А ещё здесь его подпись. И ваша.
Виктор шагнул ко мне. В этот момент в дверях появился Артур, прижимая ладонь к перевязанной руке.
— Отойди от неё.
— Ты привёл сюда служанку и решил сделать из неё свидетельницу?
— Нора сама открыла архив.
— Тогда она не выйдет отсюда.
Артур встал между нами.
— Ты убил Лукаса не потому, что он предал меня. Он нашёл записи о деньгах, которые ты выводил через благотворительный фонд.
Виктор усмехнулся.
— Ты сам подписывал переводы.
— Поддельными распоряжениями, которые готовил мой отец.
С лестницы донёсся слабый голос:
— Не он.
В комнату вошла миссис Белл, старшая экономка. В руках она держала связку ключей, а на её сером фартуке темнело пятно от соуса.
— Я видела, как Виктор заставил мистера Хейса подписать бумаги, — сказала она. — Твой отец отказался, и тогда Виктор пригрозил ему больницей.
Я почувствовала, как пол уходит из-под ног.
— Почему вы молчали?
— Потому что он сказал, что убьёт тебя. Я думала, молчание сохранит тебе жизнь.
Виктор резко повернулся к ней.
— Ты лжёшь.
— Нет, — ответила миссис Белл. — Я хранила оригинал.
Она достала из кармана маленький свёрток и передала его Артуру. Внутри оказался лист с подписью Виктора и печатью фонда. Рядом стояла дата перевода, после которой отец Норы потерял работу.
Артур посмотрел на документ, затем на меня.
— Твой отец не был должником. Он пытался остановить Виктора.
Мне стало трудно дышать. Все годы я считала, что отец оставил мне только счета и стыд.
— А Лукаса вы убили? — спросила я.
— Я защищался, — сказал Артур. — Он пришёл предупредить меня и погиб, когда Виктор послал людей за нами обоими.
Виктор выхватил пистолет, но миссис Белл ударила его связкой ключей по запястью. Оружие упало. Артур прижал Виктора к столу.
— Где деньги фонда?
Виктор тяжело дышал.
— В хранилище на вокзале.
— Сколько?
— Достаточно, чтобы купить половину города.
В этот момент зазвонил телефон в архиве. Артур поднял трубку. Его лицо изменилось.
— Говорите.
Он слушал, не перебивая, затем протянул телефон мне.
— Это управляющий больницы Святого Иосифа. Он сказал, что мой отец оставил после себя не только долги, но и ещё один счёт…

Вам также могут понравиться эти истории:

Я мыл ноги пациентке, пока её «племянница» требовала признать её недееспособной — но директор больницы внезапно побледнел ЧАСТЬ 4 — Я притворилась внучкой незнакомца в банке, а когда назвала его «дедушкой», управляющий внезапно перестал улыбаться ЧАСТЬ 4 — Свекровь приказала мне съехать из собственной квартиры, но после одной моей фразы муж резко побледнел ЧАСТЬ 4 — Я продала дом и уехала одна, но в Австралии увидела над камином вещь, от которой хозяин побледнел ЧАСТЬ 4 — Я продала дом ради путешествия, но в гостиной незнакомца увидела картину из своего прошлого — и он побледнел ЧАСТЬ 4 — Он позвал меня на опасный ужин ради насмешки, но, увидев мой наряд, вдруг перестал улыбаться