Я поставил камеры во всех комнатах после взрыва, но один жест новой сиделки заставил меня побледнеть

Мой сын открыл рот после четырнадцати месяцев молчания — и новая сиделка тут же посмотрела прямо в объектив камеры.

Я стоял в подземной комнате наблюдения, сжимая край стола так сильно, что ногти впились в кожу. На мониторе номер четыре Маттео лежал в своей кровати, а Клара Хейз сидела рядом, положив ладонь ему на колено.

— Скажи ещё раз, — попросила она.

Маттео моргнул. Его губы дрогнули.

Я наклонился к экрану.

— Папа…

Слово прозвучало хрипло, почти без голоса, но я услышал его. Услышал после четырнадцати месяцев тишины. Моё сердце ударило так, будто в груди снова взорвалась машина.

Клара подняла взгляд к потолку.

Она знала, что я смотрю.

Не могла знать точно, но знала.

— Не на камеру, Маттео, — сказала она. — На меня.

— Папа смотрит, — выдохнул сын.

Я схватил переговорное устройство.

— Отойдите от него.

Клара даже не вздрогнула.

— Войдите сюда и скажите это ему лично.

В комнате управления пахло горячим металлом и горьким кофе. На стене мигали десятки экранов: ворота, кухня, коридоры, гараж, спальня сына. Я сам приказал установить камеры после того, как взрыв забрал Софию и сломал Маттео позвоночник. Я больше никому не доверял.

Даже собственным охранникам.

Особенно Доминику Вейлу.

Он руководил моей безопасностью, знал расписание каждой машины и уверял, что нападение было делом конкурентов. Но за последние две недели я заметил странности: ночные шаги у медицинского крыла, исчезнувшие таблетки, открытый шкаф с документами.

Я ожидал поймать вора.

Возможно, предателя.

А теперь сиделка заставляла моего сына говорить.

Я вошёл в спальню через минуту. Маттео отвернулся, пальцы сжали край простыни. На тумбочке лежала деревянная лошадка, покрытая царапинами. Он сделал её в шесть лет и больше не прикасался к ней.

— Ты звал меня? — спросил я.

— Нет, — ответил он.

Голос был слабым, но настоящим.

Клара поднялась.

— Он хочет знать, почему вы следите за ним круглосуточно.

— Я защищаю его.

— От кого? От человека за экраном?

— Ты не понимаешь, что произошло.

— Я понимаю достаточно. Вы поставили камеры даже в ванной.

У меня свело челюсть.

— Убирайся из моего дома.

Маттео вдруг вцепился в рукав её свитера.

— Не надо.

Я замер.

Клара посмотрела на его руку, потом на меня.

— Он боится не меня, Винсент.

Никто не называл меня по имени в этой комнате.

— Доминик сказал, что ты нанята на три месяца, — произнёс я. — Кто тебя прислал?

— Ваша жена.

Воздух исчез.

— София погибла четырнадцать месяцев назад.

— Я знаю.

Клара достала из старой кожаной сумки маленький медный жетон с выгравированной птицей. Такой же лежал в кармане пальто Софии в день взрыва.

— Она оставила мне просьбу, — сказала Клара. — Но я не могла выполнить её, пока Маттео не заговорит.

В коридоре раздались тяжёлые шаги Доминика.

Он вошёл без стука и положил на стол папку.

— Винсент, нам нужно обсудить эту женщину. Прямо сейчас.

Клара медленно повернулась к нему.

Маттео побледнел.

Доминик увидел жетон и впервые за всё время изменился в лице. Его рука потянулась к папке, но Клара опередила его и подняла крышку старого кожаного портфеля…

ЧАСТЬ 2

…Внутри лежал не документ, а детский медицинский браслет, пожелтевший по краям. На нём было написано имя Маттео и дата взрыва.
Клара держала его двумя пальцами.
— София передала мне это за три дня до смерти, — сказала она. — И попросила никогда не отдавать вам, пока ваш сын не сможет сам сказать, кому верит.
— Ты была знакома с моей женой?
— Я работала в благотворительном центре, куда она приезжала тайно. София узнала, что кто-то из ваших людей продаёт сведения о маршрутах. Она боялась не конкурентов, Винсент. Она боялась того, кто сидит рядом с вами.
Доминик усмехнулся, но слишком быстро.
— Бред. Винсент, эта женщина манипулирует мальчиком.
Маттео сжал пальцы на одеяле.
— Ты… приходил ночью.
Доминик повернулся к нему.
— Я проверял безопасность.
— Ты стоял у машины.
Я почувствовал, как холод пробирается под воротник рубашки.
— Маттео, что ты видел?
Сын закрыл глаза. Дыхание стало рваным.
Клара встала между ним и Домиником.
— Не сейчас.
— Нет, сейчас, — сказал я. — Я хочу услышать его.
— Вы хотите заставить его снова пережить взрыв.
— Я хочу знать, кто убил его мать.
Эти слова повисли между нами. Доминик медленно поставил ладонь на спинку кресла.
— Винсент, горе сводит вас с ума.
— Тогда почему ты побледнел, увидев жетон?
— Потому что ты позволяешь чужой женщине разрывать твою семью.
Клара достала из портфеля сложенный лист. Бумага была испачкана коричневым пятном, а внизу стояла подпись Софии.
— Это не письмо, — сказала она. — Это список.
— Список чего?
— Людей, которые имели доступ к маршруту вашей машины. Имена, даты, суммы.
Доминик шагнул к ней.
— Отдай сюда.
Он схватил Клару за запястье.
Я ударил его руку тростью, лежавшей у кресла Маттео. Доминик отступил, глядя на меня с таким выражением, будто я нарушил древний договор.
— Вон из комнаты, — сказал я.
— Ты пожалеешь.
— Возможно.
— Она пришла не ради мальчика. Она пришла за твоими деньгами.
Клара засмеялась коротко и без радости.
— Если бы мне были нужны деньги, я бы не три месяца добивалась работы, где меня круглосуточно снимают камеры.
Доминик ушёл, но не закрыл дверь. Это было его предупреждение.
Через десять минут в коридоре погас свет. Сработала резервная сирена, а на мониторах появились чёрные квадраты. Я бросился к панели управления. Кто-то отключал камеры одну за другой.
— Оставайтесь с Маттео, — приказал я.
— Нет, — ответила Клара. — Вы оставайтесь с ним.
Она вытащила из сумки связку ключей.
— Я знаю, где находится архив.
— Откуда?
— София показала мне план дома.
Мы спустились в старое винное хранилище. Там, за деревянной стойкой, Клара нашла металлический шкаф. Замок уже был вскрыт.
Внутри лежала только одна вещь — конверт с моим именем.
На обратной стороне София написала: «Если Винсент откроет это сам, значит, я ошиблась в нём».
Я разорвал бумагу.
В этот момент сверху раздался крик Маттео, а затем громкий хлопок…

ЧАСТЬ 3

…Я взбежал по лестнице и увидел, как Маттео лежит на полу возле кровати. Ремень его кресла был перерезан, а Доминик стоял рядом с открытым сейфом.
— Отойди от него! — крикнул я.
Доминик поднял руки.
— Он сам выпал.
— Я видел, как ты толкнул кресло, — сказала Клара.
За её спиной стояла Марта, наша кухарка. Она держала в руках связку ключей и дрожала так сильно, что металл звенел.
— Я тоже видела, — прошептала она.
Доминик резко повернулся.
— Ты молчала четырнадцать месяцев.
— Потому что ты сказал, что убьёшь моего внука.
В комнате стало тесно от правды.
Марта подошла к столу и положила старую квитанцию. На ней стояла подпись Доминика, дата за два дня до взрыва и сумма, переведённая механику, обслуживавшему мою машину.
— Он приказал заменить крепление топливного бака, — сказала Марта. — София увидела его в гараже. Она хотела рассказать вам, но Доминик опередил её.
Клара развернула лист Софии.
— Она записала всё: счета, встречи, номера машин. А этот конверт предназначался Винсенту.
Я раскрыл его дрожащими руками.
Внутри была короткая записка.
«Если со мной что-нибудь случится, не ищи врага снаружи. Я слишком долго закрывала глаза на человека, которому ты доверил нашу жизнь. И ещё: Маттео видел его у машины».
Я посмотрел на сына.
— Это правда?
Маттео плакал, но кивнул.
— Доминик… положил что-то под сиденье. Мама сказала мне молчать и спрятаться.
Доминик отступил к сейфу.
— Вы все сошли с ума. София была напугана. Она сама устроила эту историю, чтобы настроить тебя против меня.
— Тогда почему ты перерезал ремень? — спросила Клара.
Он бросил взгляд на кресло.
— Потому что мальчик должен был исчезнуть.
Я не сразу понял услышанное.
— Что ты сказал?
Доминик сжал губы, но было поздно.
— Пока ты сидишь рядом с ним, ты не подпишешь передачу компании. После смерти Софии наследником остаётся он. Слабый, зависимый, управляемый. А если он умрёт, всё перейдёт под временное управление.
Марта закрыла рот рукой.
Клара встала перед Маттео.
— Ты убил Софию ради компании.
— Я не нажимал на кнопку! — сорвался Доминик. — Я только подготовил машину. Водитель ошибся.
Он сам произнёс это.
Внизу раздался звук разбитого стекла. Доминик рванулся к лестнице, но охранники уже вошли в комнату. Я приказал им забрать оружие и запереть его в кабинете до приезда людей, которым передам документы.
Маттео смотрел на меня.
— Папа, ты тоже уйдёшь?
Я опустился перед ним на колени.
— Нет.
В этот миг зазвонил телефон Клары. Она взглянула на экран и побледнела.
— Это клиника, где София проходила обследование перед смертью.
— Что им нужно?
Клара включила громкую связь.
Женский голос произнёс: «Мы нашли ещё одну запись в медицинском архиве. София была беременна. Но ребёнок не погиб при взрыве. Он родился раньше срока и был переведён в другой корпус».
Я посмотрел на Клару.
Она сжала медный жетон.
— Винсент, ваша жена могла оставить после себя не одного ребёнка…

Вам также могут понравиться эти истории:

ЧАСТЬ 4 — Я нанял сиделку для сына после взрыва, но одна закрытая дверь заставила моего охранника побледнеть Я вошла в суд с синяками после нападений сына, а когда судья назвал моё имя, его улыбка исчезла Муж оставил меня ради молодой женщины и увёз детей на свадьбу, но после возвращения его лицо внезапно изменилось Мать высмеяла мою военную форму перед всей семьёй, но после одной фразы у гриля её улыбка исчезла В день свадьбы сына я проснулась с бритой головой, а после моего звонка невестка вдруг перестала улыбаться ЧАСТЬ 4 — На нашем юбилейном ужине муж ударил меня и потребовал уступить место любовнице — но через минуту его улыбка исчезла