Я пролила кофе на документы босса и заметила у него под пиджаком странную выпуклость — его улыбка исчезла

В тот момент, когда я поняла, что под пиджаком босса может быть оружие, он запер дверь кабинета и спросил, почему я на него смотрю.

Я стояла у его стола, прижимая к груди поднос с кофе, и чувствовала, как горячая чашка обжигает пальцы. На полу блестел чёрный мрамор. За стеклянной стеной двадцать второго этажа люди двигались бесшумно, будто каждый боялся издать лишний звук.

— Вы принесли мне кофе, — сказал Маттео Маркетти.

— Да.

— А смотрите на мой пояс.

Я сглотнула. Это было хуже, чем опоздание, пятно на блузке и распустившийся пучок волос вместе взятые.

— Я не смотрю.

Он медленно опустил взгляд на выпуклость под пиджаком, потом снова посмотрел на меня.

— Конечно.

У меня не было времени объяснять, что в лифте я мысленно репетировала, как попросить у него подпись, а не рассматривать его тело. Но выпуклость действительно была странной: слишком тяжёлой для телефона, слишком высокой для кобуры и слишком заметной, чтобы делать вид, будто я её не увидела.

Маттео вышел из-за стола. Он не повышал голоса, не делал резких движений, но от этого становилось только страшнее. На его запястье блеснули часы с царапиной на стекле.

— Вы боитесь, что это пистолет?

— Я боюсь, что меня уволят в первый же день.

— Это не ответ.

— Тогда да. Возможно.

Он остановился в полуметре от меня. Пахло горьким кофе, кожей и дождём, хотя окна были закрыты.

— А если не пистолет?

Я подняла глаза, сама не понимая зачем.

— Тогда мне, наверное, ещё неловко.

На секунду его лицо стало совершенно неподвижным. Потом уголок рта дрогнул.

— Вы всегда так разговариваете с людьми, от которых зависите?

— Только когда опаздываю и проливаю на себя кофе.

Из коридора донёсся короткий двойной стук. Маттео мгновенно изменился. Исчезла насмешка, исчезла ленивость. Он повернул голову к двери.

— Кто там?

— Это я, — ответил мужской голос. — Виктор. Нам нужно обсудить утреннюю поставку.

Маттео бросил на меня взгляд.

— Оставайтесь здесь.

— В кабинете?

— В кладовой за ширмой.

— Вы прячете всех новых сотрудников в кладовой?

— Только тех, кто слишком много замечает.

Он отодвинул высокую деревянную ширму. За ней действительно была узкая дверь, а рядом — шкаф с папками, на ручке которого висел маленький латунный ключ в форме якоря. Я уже собиралась спросить, зачем секретарю знать о тайной кладовой, когда в коридоре снова раздался стук.

Маттео приблизился, наклонился к моему уху и тихо сказал:

— Если услышите моё имя, не выходите.

— Почему?

— Потому что человек за дверью пришёл не обсуждать поставку.

Он потянулся к папке на краю стола. Из неё выпал лист с печатью моей временной компании. Я увидела свою фамилию — и ниже незнакомую подпись, поставленную ещё до моего сегодняшнего прихода.

Маттео взялся за металлическую застёжку папки, а за дверью кто-то уже заносил руку для третьего стука…

ЧАСТЬ 2

Маттео едва коснулся застёжки, как дверь распахнулась. Виктор вошёл без разрешения, высокий, широкоплечий, с мокрыми следами на ботинках. На его сером галстуке блестела капля дождя.

— Ты не один, — сказал он.

Маттео захлопнул папку.

— Это моя новая секретарь.

— Новая секретарь не должна находиться здесь.

— Тогда выйди и подожди.

Виктор посмотрел на меня так, будто пытался вспомнить, где видел моё лицо. Я спрятала ладонь за спину. Пальцы всё ещё болели от горячей чашки.

— Как её зовут? — спросил он.

— Лера Соколова.

Виктор перестал улыбаться.

Совсем немного. Настолько, что другой человек этого не заметил бы. Но я заметила. Внутри у меня похолодело.

— Соколова? — переспросил он.

— Да, — ответила я. — А что?

— Ничего.

Маттео открыл ящик стола и достал тонкую папку с красной застёжкой.

— Утром из внутреннего хранилища исчезли три накладные, — сказал он. — Кто-то подменил их копиями. По этим бумагам груз должен был уйти в порт вчера ночью, но его там не было.

— И при чём здесь я? — спросила я.

— Вы пришли в тот же день, когда исчезли документы.

— Я пришла сюда с рекомендательным письмом.

— Которое подписал человек, не работающий в вашей кадровой фирме.

Виктор шагнул ближе.

— Надо вызвать охрану.

— Охрана уже здесь, — сказал Маттео. — И именно поэтому я не уверен, что ей можно доверять.

Виктор сжал челюсть. На его правой руке белел шрам в форме полумесяца.

Я посмотрела на папку. Под прозрачным карманом виднелась копия моего паспорта, а рядом лежала фотография моего отца. Он стоял у старого грузового терминала, в рабочем пальто, с тем самым металлическим брелоком в форме якоря, который я считала потерянным после его исчезновения.

— Где вы взяли эту фотографию? — спросила я.

Маттео посмотрел на снимок, потом на меня.

— Ваш отец работал на мою семью.

— Он не работал на преступников.

— Он думал так же, пока не понял, что его подпись использовали для чужих грузов.

Виктор резко повернулся к Маттео.

— Ты обещал не поднимать эту тему.

У меня перехватило дыхание.

— Что значит «поднимати эту тему»? Где мой отец?

Маттео ответил не сразу. За окном блеснула молния, и на мгновение вся комната стала белой.

— Ваш отец умер семь лет назад.

Я отступила, задев локтем стеклянную вазу. Она качнулась, но не упала.

— Мне сказали, что он уехал.

— Вам солгали.

Виктор тихо выругался и направился к двери.

— Нужно убрать её отсюда.

— Почему? — спросила я. — Потому что я узнала фамилию? Или потому что мой отец оставил что-то, чего вы боитесь?

Маттео посмотрел на меня так, будто этот вопрос подтвердил его худшее подозрение.

В этот момент в коридоре погас свет. Послышался скрежет металлической двери, затем резкий удар. Маттео мгновенно вытащил из-под пиджака не пистолет, а плоский стальной футляр.

Он открыл его. Внутри лежал маленький ключ и клочок бумаги с почерком моего отца.

«Если Лера придёт, не верь Виктору».

Я успела прочитать только это. Внизу здания раздался взрыв, стеклянная стена пошла трещинами, а Виктор схватился за внутренний карман пиджака, где что-то тяжело звякнуло…

❤️ Спасибо, что дочитали! Если готовы узнать финал, поставьте лайк и напишите «Да» 👇

ЧАСТЬ 3

Звон стекла ещё катился по коридору, когда Маттео толкнул меня за широкий шкаф. Осколки посыпались на ковёр, а в воздухе запахло гарью.

— Не двигайтесь, — приказал он.

— Вы только что сказали, что моему отцу лгали семь лет! Я не собираюсь прятаться!

— Если хотите узнать, кто именно лгал, придётся прожить следующие пять минут.

Виктор стоял у двери. Его рука всё ещё была в кармане.

— Это не нападение, — сказал он. — Сработал старый генератор.

Маттео посмотрел на него.

— Генератор находится в подвале. А взрыв произошёл у лестницы на двадцать второй этаж.

Виктор замолчал, затем вытащил из кармана связку ключей. Один ключ был покрыт чёрной копотью.

— Ты собирался уничтожить архив, — сказал Маттео.

— Я собирался уничтожить только бумаги, которые могли погубить всех нас.

— Ты уже уничтожил достаточно.

Я вышла из-за шкафа.

— Где мой отец?

Виктор посмотрел на меня. На лице у него впервые появилось не раздражение, а усталость.

— Он жив.

Маттео резко повернулся к нему.

— Что ты сказал?

— Твой брат не умер в ту ночь. Он вывез Соколова через старый порт и спрятал его в клинике под чужим именем.

Я не почувствовала ног. Край стола впился мне в ладонь.

— Вы знали?

Маттео приблизился к Виктору.

— Ты сказал, что мой брат погиб вместе с бухгалтером.

— Я сказал то, что должен был сказать, чтобы тебя не убили следом.

— Семь лет ты позволял его дочери думать, что отец бросил её.

— А ты семь лет управлял его делом, не зная, что подписываешь его долги.

Виктор бросил на стол связку ключей. Копоть осыпалась на белую папку.

— Вот правда. Марко Маркетти перевозил не оружие. Он собирал доказательства против людей, которые использовали вашу компанию для торговли людьми. Соколова нашёл счета. Он поставил подпись под заявлением и спрятал оригиналы в архиве.

Маттео смотрел на документ, будто видел его впервые.

— Почему твоя подпись стоит на каждом переводе?

— Потому что Марко заставил меня подписывать бумаги, пока искал способ вывести девочек из портовых складов.

— А потом?

Виктор провёл ладонью по лицу.

— Потом я испугался. Забрал деньги и продал копии тем, кто за ними охотился.

В комнате стало так тихо, что я услышала, как капает вода с его ботинка.

— Мой отец жив, — сказала я.

— Да, — ответил Виктор. — И он попросил привести тебя сюда. Рекомендательное письмо было его единственным способом проверить, кому ты попадёшь в руки.

Маттео раскрыл папку. Внутри лежала настоящая подпись моего отца и список фамилий, среди которых была фамилия Виктора.

— Ты не просто прятал документы, — сказал Маттео. — Ты подставил Леру.

— Мне нужен был кто-то, на кого можно списать исчезновение накладных.

Я почувствовала, как страх уступает место ярости.

И тут зазвонил телефон Маттео. Он ответил, слушал несколько секунд и побледнел.

— Говорите.

На его лице появилась такая боль, что я сразу поняла: звонили не из клиники.

— Что случилось? — спросила я.

Маттео медленно опустил телефон.

— Ваш отец исчез час назад. А человек, который его забрал, оставил на стойке регистрации ещё одну папку с вашим именем…