За три дня до свадьбы я открыла глаза в чёрной машине, со связанными шёлковой верёвкой руками, и увидела напротив мужчину, который исчез восемь лет назад без единого слова. Массимо Моретти. Моя первая любовь.
В семнадцать лет он целовал меня под оливковыми деревьями и клялся, что обязательно вернётся. Теперь на нём был чёрный костюм, на пальце — тяжёлое кольцо, а взгляд был таким холодным, что у меня перехватило дыхание.
— Отпустите меня! — закричала я.
Он даже не моргнул.
— Береги голос, Анджела. Он тебе скоро понадобится.
— Вы меня похитили!
— Я всего лишь исправил одну ошибку.
Я дрожала от страха, но ярость оказалась сильнее.
— Через три дня я выхожу замуж!
Его челюсть напряглась.
— За человека, который тебя купил.
Воздух будто исчез из салона.
— Лоренцо не такой, — сказала я, хотя сама не услышала в своём голосе уверенности.
Массимо тихо усмехнулся.
— Лоренцо Де Лука собирает женщин, как другие собирают часы.
— Вы лжёте.
— Я лгу за деньги, Анджела. Не ради удовольствия.
Я ненавидела его. И ненавидела себя за то, что тело всё ещё помнило мальчика, пахнувшего солнцем и сухой травой. Восемь лет я пыталась забыть его. Восемь лет ждала.
— Почему ты исчез? — спросила я.
Он промолчал.
Вскоре машина остановилась у высоких железных ворот. На холме стояла белая вилла, окна светились золотом, а во дворе дежурили вооружённые мужчины.
— В этом доме ты не будешь убегать, кричать и доверять кому-либо, — сказал Массимо.
— Даже тебе?
Он задержал взгляд на моих губах.
— Особенно мне.
Меня заперли наверху. Моё обручальное кольцо исчезло с пальца, и именно это напугало сильнее всего: у меня отняли уже не свадьбу, а право распоряжаться собственной жизнью.
Ночью Массимо вошёл с бокалом в руке.
— Верни кольцо.
— Это не кольцо. Это ошейник.
Я разбила бокал о стену.
— Завтра будет аукцион, — сказал он.
— Какой аукцион?
— Там мужчины назначают цену женщинам.
Он отвернулся, словно сам себя презирал.
Позже я пробралась в библиотеку. На столе лежал серый запечатанный конверт с оттиском перстня моего отца. Я протянула руку к печати, но ручка двери внезапно повернулась. Массимо вошёл и посмотрел сначала на конверт, потом на мои пальцы. Я уже собиралась сорвать печать, когда он произнёс…
ЧАСТЬ 2
— Не открывай его.
— Тогда почему здесь печать моего отца?
— Потому что ты ещё не готова узнать правду.
— Это моя жизнь! Я готова узнать о ней всё!
Массимо закрыл дверь и медленно подошёл к столу. В его руке был маленький старый ключ, покрытый зелёной ржавчиной. Я сразу заметила тонкую царапину возле его брови — такую же, какую помнила с той ночи, когда он исчез.
— Восемь лет назад твой отец уничтожил мою семью, — сказал он.
Я отступила.
— Мой отец был предпринимателем.
— Нет. Он был человеком, который не прощал отказов.
Массимо положил ладонь на конверт, но не вскрыл его.
— Мой отец отказался перевозить для него запрещённый груз. Через неделю его убили. Вместе с ним погибла моя мать и мой младший брат.
— Почему ты не пришёл ко мне?
На его лице проступил старый шрам.
— Я пришёл. Твои отцовские люди ждали у ворот. Они избили меня и сказали, что закопают рядом с тобой, если я ещё раз появлюсь.
Комната поплыла перед глазами.
— Это ложь.
— Хотел бы я, чтобы так было.
Он наконец взял конверт.
— Лоренцо погасил долги твоего отца. А платой стала ты.
Я вспомнила белое платье, улыбку отца, слова о счастливом будущем. Оказывается, мою свадьбу оформляли не любовью, а расчётом.
— А ты? Ты тоже меня использовал?
Массимо опустил глаза.
— Сначала — да.
— А теперь?
Он долго молчал.
— Теперь я сам не понимаю, что делаю.
Впервые его голос дрогнул. На мгновение передо мной снова оказался тот семнадцатилетний мальчик под оливами.
— Аукцион действительно состоится?
— Да. Но никто тебя не тронет.
— Зачем ты собрал там всех покупателей?
Он прижал конверт к груди.
— Чтобы они услышали то, что твой отец и Лоренцо считали навсегда похороненным.
На следующий вечер меня одели в чёрный шёлк и провели в зал по подземному коридору. Вокруг стояли богато одетые мужчины, женщины в бриллиантах и охранники с оружием. В глубине зала я увидела Лоренцо.
Он улыбался, будто я действительно принадлежала ему.
— Моя сбежавшая невеста.
— Я не сбегала. Меня похитили.
Лоренцо посмотрел на Массимо.
— Я знаю.
Эти два слова напугали меня сильнее, чем оружие.
Массимо вывел меня на сцену и достал маленькое чёрное устройство.
— Эта женщина была отдана в счёт долга, — сказал он громко. — Сегодня каждый узнает, кто заключил эту сделку.
Лоренцо перестал улыбаться. Массимо нажал кнопку, и из динамиков раздался знакомый голос моего отца. Лоренцо рванулся ко мне, а я услышала первые слова записи…
ЧАСТЬ 3
— После свадьбы всё её имущество перейдёт под наш контроль, — произнёс на записи голос Лоренцо. — Девушка должна остаться живой до подписания документов.
В зале стало так тихо, что я услышала собственное дыхание.
Лоренцо остановился в нескольких шагах от меня.
— Это подделка!
Массимо включил следующую запись. На ней Лоренцо спокойно приказывал своим людям шантажировать моего отца, а если я попытаюсь разорвать помолвку — вернуть меня силой.
Сзади распахнулись двери. В зал ворвались итальянские следователи, американские агенты и представители международной полиции с судебными ордерами. У меня подкашивались колени, но впервые за несколько дней я поняла: страх больше не принадлежит мне.
Лоренцо потянулся к пистолету. Массимо перехватил его руку.
— Не двигайся.
— Ты думаешь, она выберет тебя? — прошипел Лоренцо.
Он вырвался, схватил меня сзади и прижал нож к рёбрам.
— Опусти оружие, Моретти, — прошептал он. — Иначе твоя невеста истечёт кровью.
Лицо Массимо стало серым.
— Отпусти её, Лоренцо.
— Он продал тебя так же, как твой отец. Просто завернул сделку в красивые слова.
Это была его последняя ошибка.
Я наступила ему на ногу каблуком, резко откинула голову и ударила его затылком в лицо. Нож звякнул о каменный пол. Массимо мгновенно оттолкнул меня, а следователи скрутили Лоренцо и надели на него наручники.
В ту же ночь арестовали и моего отца. В кабинете он не спросил, жива ли я и не ранена ли. Его интересовало только, кто передал записи следствию. Тогда я поняла: я оплакивала не отца, а человека, которым он никогда не был.
До рассвета Массимо исчез. Снова. Но через два дня я нашла его в старой часовне — там, где восемь лет назад он впервые меня поцеловал.
— Теперь ты свободна, — сказал он.
— Свобода не должна выглядеть как одиночество.
— Я не обещаю спокойной жизни.
— Мне не нужна спокойная ложь. Мне нужен выбор.
Он поднял глаза.
— Ты заслуживаешь лучшего мужчины.
— Возможно. Но я выбираю тебя. Только теперь я выбираю сама.
Мы открыли запертые комнаты виллы, отпустили охрану и посадили во дворе новые оливковые деревья. Я создала школу для девочек, где их учили не молчать, когда кто-то пытается купить их судьбу.
Одна ученица спросила, почему ворота всегда открыты.
Я посмотрела на Массимо, стоявшего под солнцем, и ответила:
— Потому что свободный человек не должен ждать побега.
Он взял меня за руку. Под оливами я впервые почувствовала: прошлое всё ещё со мной, но больше не держит меня за горло.
Вам также могут понравиться эти истории:
Я вошла в особняк криминального босса, чтобы заработать на опеку над дочерью, но четверо шестилетних мальчиков привели меня к красной папке, из-за которой их мать считалась мёртвой
Я увидел бывшую жену, которая не могла купить лекарство для лихорадочной девочки, а потом узнал, что моя мать три года скрывала от меня собственную внучку
Я каждую неделю меняла простыни из-за сладкого гнилостного запаха, но после одного ночного признания муж перестал улыбаться
Муж предложил мне состояние за молчание, а потом унизил нашего сына — но, увидев серый конверт, внезапно побледнел
Моя новая соседка пришла ко мне босиком посреди ночи и спросила, есть ли место в моей постели, но через несколько часов в дверях появился её бывший с улыбкой, от которой она побледнела
Я очнулась после комы и услышала, как сын шепчет: «Мама, не открывай глаза… папа ждёт, когда ты умрёшь» — но за его детскими часами скрывалась запись, способная разрушить всю нашу семью
