ЧАСТЬ 4

— …всего имущества фирмы.

Карл закончил разговор и положил телефон на капот.

Хизер смотрела на него так, словно услышала приговор, хотя никакого суда ещё не было.

— О чём вы говорите? — спросила она.

— О том, что ваши счета сегодня утром передали в управление компании «Прайс и Ко». Вы подписали это соглашение две недели назад.

— Я не передавала им компанию.

— Передали, когда взяли кредит под залог бизнеса.

Мужчина в дорогой рубашке резко повернулся к ней.

— Ты сказала, что деньги вернутся после регистрации ранчо.

— Томас обещал, что регистрация состоится.

— А если не состоится?

Он посмотрел на Карла.

— Тогда кредитор забирает всё, включая мою долю.

Я медленно понял, чего на самом деле хотела Хизер. Ей нужен был не просто участок. Она обещала ранчо инвесторам как готовую площадку для дорогих мероприятий. Праздник был одновременно демонстрацией для будущих покупателей и последним условием кредита.

Она поставила на мою землю всю свою жизнь.

И проиграла ещё до того, как увидела меня у ворот.

— Кто вы? — спросил я мужчину.

— Дэниел Кроуфорд.

— И вы знали о поддельных документах?

— Я знал, что Хизер купила землю. Она показывала бумаги.

— Настоящие?

Он отвёл взгляд.

— Я не проверял.

— Но вы собирались получить процент от продажи.

Дэниел молчал. Хизер закрыла лицо ладонями. Диадема съехала набок и зацепилась за прядь волос.

Карл вынул из папки отдельный лист.

— Есть ещё одна проблема. Лора не просто оставила деньги на налоги. Она внесла в семейное соглашение пункт: если кто-то попытается незаконно завладеть ранчо, фонд должен оплатить независимую проверку документов и защитить интересы детей.

— Почему я ничего об этом не знал? — спросил я.

— Потому что Лора попросила меня не говорить. Она считала, что вы слишком упрямы и никогда не примете помощь.

Я почувствовал боль, которая не имела отношения к Хизер. Лора знала меня лучше, чем я хотел признавать.

Ной подошёл к столу и посмотрел на торт.

— Папа, что будет с праздником?

Я взглянул на Хизер. Вокруг стояли люди, которых она пригласила, чтобы показать им новую жизнь. Теперь они держали недоеденные закуски и не знали, куда девать глаза.

— Праздник закончится, — ответил я.

Хизер подняла голову.

— Вы можете просто выгнать нас и всё разрушить.

— Я могу. Но дети не виноваты, что вы привезли их сюда.

Она посмотрела на маленькую девочку возле надувного замка.

— Не выгоняйте детей.

— Я не выгоню детей. Но музыку выключат, а взрослые соберут вещи.

Хизер неожиданно усмехнулась.

— Вы хотите выглядеть великодушным?

— Нет. Я хочу, чтобы мои сыновья запомнили этот день не как день, когда взрослые кричали друг на друга.

— Они уже увидели, как вы унизили меня.

— Вы сами плюнули возле моих сапог.

— Потому что я была уверена, что это моё.

— Уверенность не заменяет право собственности.

Карл попросил гостей отойти от столов. Оуэн начал записывать показания Марты. Она рассказала, что Хизер наняла её для оформления праздника и несколько раз спрашивала, можно ли «создать красивую историю о покупке», если документы задержатся.

Пока Марта говорила, подъехал старый фургон. За рулём сидел Томас.

Он вышел медленно, подняв обе руки.

— Я приехал не за деньгами, — сказал он.

Хизер шагнула к нему.

— Ты уничтожил всё.

— Нет. Я остановил себя, пока не стало поздно.

— Ты взял мои деньги.

— Взял. И верну их.

— Ты подделал подпись.

— Да.

У меня перехватило дыхание. Вот он, человек, который украл копию моего паспорта и использовал моё имя. Я хотел ударить его. Мои пальцы сжались.

Томас увидел это и не отступил.

— Я заслуживаю ненависти, Джейкоб. Но Хизер не знала, что я оставлю копии.

— Она знала достаточно, — сказала Марта.

Томас кивнул.

— Знала.

Оуэн записал его признание. Карл вызвал представителя банка и передал документы, из-за которых продажа имущества Хизер была приостановлена. Не было наручников, громких приказов или театрального финала. Только бумаги, подписи и лица людей, которые внезапно поняли цену собственной жадности.

Но затем Томас подошёл ко мне и протянул небольшой конверт.

— Это последнее, что Лора оставила в сейфе нотариуса. Я нашёл его, когда пытался получить доступ к старым документам.

Я не хотел брать.

— Почему ты передаёшь его сейчас?

— Потому что там написано, кому должно принадлежать ранчо после твоей смерти.

Карл побледнел.

— Джейкоб, лучше открой это не здесь.

— Нет. Сегодня здесь уже слишком много секретов.

Я вскрыл конверт. Внутри лежал один лист с подписью Лоры и датой за месяц до её смерти.

Я прочитал первую строку и почувствовал, как земля под ногами становится ненадёжной.

Лора завещала ранчо не мне…

Пропустили начало?