Джейсона сняли с места за одну ночь, а когда Брик вошёл в зал, Виктория побледнела

В тот вечер, когда Джейсона сняли с должности, Брик вошёл в штаб так, будто все эти годы принадлежали ему. Я стояла у стола с папками и держала в пальцах его старый металлический жетон, найденный в кабинете исчезнувшего босса. Жетон был тёплым от моей ладони. Слишком тёплым для вещи, пролежавшей в пыли.

— Это невозможно, — прошептала я.

— В Порт-Чарльзе возможно всё, — ответил за моей спиной Брик.

Я резко обернулась. Он выглядел старше, чем на фотографиях: коротко подстриженные волосы, шрам у левого виска, тяжёлый взгляд человека, который привык замечать оружие раньше, чем лица. На нём был тёмный пиджак, а под манжетой виднелась тонкая красная царапина.

— Вы вернулись, — сказала я.

— Меня попросили вернуться.

— Кто?

Брик посмотрел на жетон в моей руке и едва заметно напрягся.

— Виктория.

В этот момент двери зала распахнулись. Виктория Кейн вошла вместе с двумя охранниками и положила на стол чёрную папку. Она не сняла перчаток, хотя в помещении было душно. Её пальцы медленно разгладили край папки.

— Собрание начинается, — объявила она. — С сегодняшнего дня Джейсон Морган больше не руководит защитой нашей семьи.

В комнате стало так тихо, что я услышала, как под потолком щёлкнул старый вентилятор.

— Где Джейсон? — спросил Майкл.

Виктория посмотрела на него холодно.

— Он ушёл сам.

— Джейсон никогда не уходит, не предупредив меня, — ответил Майкл.

— Значит, сегодня он сделал исключение.

Я почувствовала, как жетон впился в кожу. Два часа назад Джейсон позвонил мне и сказал только одну фразу: «Если Брик появится, не верь тому, что лежит на столе». После этого связь оборвалась.

Тогда я решила, что он просто подозревает Викторию. Теперь его предупреждение звучало иначе.

— Брик займёт его место, — продолжила Виктория. — Он знает наши маршруты, наших врагов и умеет принимать решения без эмоциональных истерик.

— А Джейсон? — спросила я.

— Джейсон стал риском.

Брик не улыбнулся, но его взгляд скользнул по моему лицу.

— Я не просил это место, — сказал он.

— Но возьмёте, — резко ответила Виктория.

Несколько человек отвели глаза. Все боялись не Брика. Они боялись того, кто заставил его вернуться.

Я вышла в коридор, пытаясь дозвониться Джейсону. На третьем гудке ответила женщина.

— Вы Лидия?

— Кто говорит?

— Меня зовут Сара. Я работала в клинике у набережной. Джейсон был здесь сегодня ночью.

У меня похолодели пальцы.

— Он ранен?

— Был. Но это не главное. Перед тем как его увезли, он оставил мне конверт и велел отдать его только вам.

— Где вы?

— В старом архиве при клинике. И, Лидия… за мной уже следят.

Линия оборвалась.

Через минуту я оказалась на улице. Ночной дождь бил по металлическим навесам, а в витринах отражались фары машин. Брик догнал меня у лестницы.

— Вы собираетесь в клинику, — сказал он.

— Отойдите.

— Если Джейсон оставил вам что-то, это опасно.

— Откуда вы знаете?

Он остановился.

— Потому что я видел, как его увозили.

— И ничего не сделали?

В его лице промелькнуло что-то похожее на боль.

— Я пытался.

— Тогда почему вы сейчас заняли его место?

Брик посмотрел через моё плечо. У тротуара стояла чёрная машина, двигатель работал.

— Потому что тот, кто убрал Джейсона, рассчитывает, что мы начнём обвинять друг друга.

Он вынул из кармана ключ-карту и протянул мне.

— Архив закрывают через десять минут. Если хотите узнать, почему Джейсон исчез, идите со мной.

Я не взяла карту.

— А если вы сами его предали?

Брик сжал челюсть.

— Тогда вам лучше держаться от меня подальше.

В этот момент двери клиники на другом конце улицы распахнулись, и Сара выбежала наружу. В руке она держала небольшую папку с медной застёжкой. За ней показались двое мужчин.

Сара увидела меня, подняла папку и закричала:

— Лидия, Джейсон велел сказать, что настоящий приказ подписал не он, а…

Один из мужчин схватил её за плечо. Брик рванулся вперёд, а я увидела, как медная застёжка на папке открылась сама собой…

ЧАСТЬ 2

…и из папки на мокрый асфальт выпал лист с печатью клиники. Сара ударила нападавшего локтем, Брик сбил второго с ног, а я успела поднять документ раньше, чем его смыло дождевой водой.

На листе стояло имя Джейсона, но подпись была чужой.

— Брик! — крикнула я.

Он прижал одного мужчину к капоту машины.

— Кто вас послал?

— Иди к чёрту, — процедил тот.

Брик сильнее надавил ему на плечо.

— Ты уже там. Отвечай.

Сара дрожала, прижимая ладонь к разбитой губе. На её белом халате расползалось пятно дождевой воды, похожее на чернильную кляксу.

— В архив, — сказала она. — Быстрее. Там есть ещё один документ.

Мы втроём добежали до клиники. Внутри пахло хлоркой и мокрой шерстью. На стойке регистрации горела одна лампа, и её жёлтый свет делал всех нас похожими на людей, которые давно не спали.

— Я не понимаю, — сказала я, закрывая дверь архива. — Если подпись поддельная, почему Виктория объявила Джейсона виновным?

Сара достала связку ключей.

— Потому что приказ отправили из его кабинета.

— Кто имел доступ?

— Джейсон, Виктория и человек, который обслуживал старую систему безопасности.

Брик замер.

— Назовите его.

Сара посмотрела на него.

— Вы.

Я почувствовала, как внутри всё сжалось.

Брик отвёл взгляд к рядам металлических шкафов.

— После моего отъезда систему передали другому специалисту.

— Но код остался вашим? — спросила я.

— Нет.

— Тогда почему вас не арестовали за взлом?

— Потому что я вернулся по просьбе Виктории.

В глубине архива закапала вода. Звук был размеренным, почти спокойным. Я ненавидела этот звук. Он напоминал мне часы в комнате матери, где каждый удар стрелки означал новую ложь.

Сара открыла шкаф с номером девятнадцать и достала плоскую коробку.

— Джейсон пришёл ко мне в четыре утра, — сказала она. — У него была порезана ладонь. Он попросил проверить одного пациента, которого привезли без имени.

— Кто это был? — спросила я.

Сара побледнела.

— Мужчина лет шестидесяти. При нём нашли жетон службы связи.

Брик резко повернулся.

— Он жив?

— Был жив, когда Джейсон его увидел. Через час его перевели.

— Куда?

— В частный корпус.

— Кто распорядился переводом?

Сара открыла коробку. Внутри лежали регистрационная карточка, фотография и маленький медный ключ. На фотографии я увидела пожилого мужчину с серебряными волосами. Лицо показалось знакомым, хотя я не могла понять почему.

На обороте фотографии Джейсон написал карандашом: «Ищи там, где Брик исчез семь лет назад».

Я посмотрела на Брика.

— Где вы исчезли семь лет назад?

Его лицо стало жёстким.

— В порту.

— Что произошло?

— Меня подставили. Я ушёл, чтобы не подставить остальных.

— И всё это время молчали?

— Потому что человек, который подставил меня, обещал убить мою сестру.

Сара уронила карточку на стол.

— В частном корпусе нет пациента с этим именем. Но есть один, записанный как «неизвестный номер четыре».

Брик взял фотографию и поднёс её к лампе. На пальце старика блеснуло кольцо с узкой выемкой посередине.

— Это кольцо принадлежало моему командиру, — прошептал он.

— Вашему командиру? — переспросила я.

— Он погиб в порту семь лет назад.

За дверью архива раздались шаги.

Сара выключила лампу. Мы замерли между шкафами, слушая, как кто-то медленно вставляет ключ в замок.

— Лидия, — тихо сказал Брик, — если войдёт Виктория, не показывайте ей фотографию.

— А если войдёт не она?

Ключ повернулся. Дверь приоткрылась, и в темноте появился силуэт. Голос принадлежал Джейсону.

— Лидия, не слушай Брика. Он вернулся не для того, чтобы спасти меня.

Я шагнула к нему, но Джейсон поднял руку.

— Скажи мне, Брик, кто был в машине, когда ты оставил меня у клиники?

Брик побледнел.

— Я был один.

Джейсон усмехнулся, и в его руке блеснул маленький пистолет.

— Тогда объясни, почему твой брат сидит на заднем сиденье…

ЧАСТЬ 3

…и почему именно он держит Викторию под прицелом. Свет в архиве вспыхнул, и за плечом Джейсона я увидела мужчину с седыми волосами. Он был похож на человека с фотографии, только лицо его казалось измождённым.

Виктория стояла рядом, связанная пластиковыми стяжками.

— Не стреляйте, — сказала я.

— Я не собираюсь стрелять в Лидию, — ответил Джейсон. — Но Брик должен объяснить, почему его брат жив.

Брик смотрел на седоволосого мужчину так, будто перед ним возник призрак.

— Томас…

— Семь лет ты называл меня мёртвым, — произнёс тот. — Хотя именно ты оставил меня в порту.

— Я не оставлял тебя.

— Ты передал меня Виктории.

Виктория дёрнула плечом.

— Не слушайте его. Он болен и не понимает, что говорит.

Томас рассмеялся. Смех был сухим, рваным.

— Я понимаю достаточно. Она хотела получить список всех убежищ. Брик отказался его отдавать. Тогда Виктория подделала приказ и обвинила его в предательстве.

Я посмотрела на документ в своей руке.

— Значит, подпись Джейсона тоже подделали, чтобы спрятать старую операцию?

— Не только это, — сказал Томас. — Виктория собиралась продать маршруты тем, кто платит больше. Джейсон нашёл счета. Брик нашёл меня. А ты, Лидия, должна была получить папку, потому что твой отец был единственным, кому Джейсон доверял после смерти матери.

У меня перехватило дыхание.

— Мой отец умер, когда мне было десять.

— Он инсценировал смерть, — ответил Томас. — Он был свидетелем первой сделки Виктории.

Я посмотрела на Викторию. Она уже не изображала спокойствие.

— Это ложь.

— Тогда скажи, почему каждый месяц на имя Лидии поступали деньги из фонда, которым управлял твой отец? — спросил Джейсон.

Я вспомнила конверты, которые мать получала после его смерти. Она говорила, что это страховка. Я никогда не видела самих документов.

Виктория рванулась к столу, но Джейсон остановил её.

— Не двигайтесь.

— Ты не понимаешь, что делаешь, — прошипела она. — Без меня эта семья развалится.

— Она уже развалилась, когда вы решили заменить людей удобными копиями.

Брик шагнул к брату.

— Томас, я не продавал тебя. Я пришёл в порт, но там уже была засада. Меня оглушили. Когда я очнулся, тебя не было.

— И ты ушёл.

— Потому что твоя записка приказала мне уходить.

Томас нахмурился.

Брик достал из внутреннего кармана сложенный лист. Бумага была обуглена по краям.

— Я хранил его семь лет.

Томас выхватил лист и прочёл. Его пальцы задрожали.

— Это не моя подпись.

— Именно, — сказала Сара. — Подпись на приказе и на записке сделаны одной рукой. Но не Джейсоном, не Бриком и не Томасом.

Все посмотрели на Викторию.

Она отступила к шкафу.

— Вы ничего не докажете.

— Уже доказали, — ответил Джейсон. — В клинике сохранилась книга выдачи ключей. В ночь исчезновения Томаса ключ брали вы.

Виктория резко повернулась к Саре.

— Ты обещала уничтожить эту книгу.

Сара побледнела.

— Я никогда вам ничего не обещала.

Именно тогда Виктория выдала себя. Она назвала время, которого никто не произносил, и описала страницу, которую якобы не видела.

Брик закрыл глаза. Томас опустил оружие. Я почувствовала не облегчение, а тяжесть: семь лет чужой жизни разрушились из-за одной женщины, которая всё ещё пыталась удержать папку.

Джейсон забрал у неё ключи и достал из коробки последний документ.

— Здесь список счетов, — сказал он. — Но есть проблема.

— Какая? — спросила я.

Он перевернул лист. Внизу стояла подпись моего отца.

И рядом была дата, поставленная через три года после его официальной смерти.

В ту же секунду мой телефон зазвонил. На экране высветился номер, который я не видела двадцать два года.

Мать никогда не разрешала мне отвечать на него.

Я поднесла телефон к уху.

— Лидия, — сказал мужской голос, — если ты уже увидела подпись, значит, Виктория провалилась. Но ты ещё не знаешь, зачем твой отец оставил Брика вместо Джейсона…