Я прилетела поздравить мужа с годовщиной, но после его поцелуя незнакомец поднялся на сцену — и тот побледнел

Мой муж улыбнулся мне с другого конца зала, пока его губы ещё касались губ его деловой партнёрши.

Я стояла у колонны в гостиничном холле Осло, сжимая телефон и маленькую коробку в кожаном чехле. На экране светилось его сообщение: «С годовщиной из Норвегии». До Брэндона было не больше трёх метров.

Он понятия не имел, что я прилетела.

Три недели назад Брэндон позвонил мне из Шарлотта и сказал, что международная конференция выпала прямо на нашу четвёртую годовщину.

— Я ненавижу, что тебя рядом не будет, — произнёс он тогда.

— Это же работа, — ответила я. — Я понимаю.

Я действительно понимала. Даже купила ему дорогие часы с тонким металлическим браслетом и записала на внутренней крышке дату нашей свадьбы. Хотела вручить подарок в гостиничном номере, когда он вернётся после заседаний.

Вместо этого я увидела, как он поправляет воротник платья Хлои Вэнс.

Хлои я знала по рассказам Брэндона. Его деловая партнёрша. Умная, влиятельная, «незаменимая для проекта». Он произносил её имя так часто, что оно стало частью нашей кухни, наших ужинов и его поздних телефонных разговоров.

Но я никогда не видела, как она кладёт ладонь ему на грудь.

Я уже шагнула вперёд, когда чья-то рука мягко, но крепко сомкнулась на моём локте.

— Не сейчас, — прошептал мужчина рядом.

Я резко повернула голову.

— Уберите руку.

Он немедленно отпустил меня. Ему было около сорока, с коротко подстриженными тёмными волосами и серебряной булавкой на лацкане. На булавке был выгравирован маленький маяк.

— Простите. Но если вы подойдёте сейчас, они назовут это случайностью.

— Я только что видела, как мой муж целовал другую женщину.

— Я тоже.

Он посмотрел не на Брэндона, а на Хлою.

— И это моя жена.

От этих слов в ушах у меня стало пусто.

— Вы кто?

— Джулиан Вэнс.

Я знала это имя. Брэндон однажды назвал его владельцем инвестиционной группы, с которой они работали. Но ни разу не сказал, что Джулиан и Хлои женаты двенадцать лет.

— Она не говорила, что вы приехали, — прошептала я.

— А ваш муж не говорил, что вы здесь?

Я посмотрела на сообщение. «С годовщиной из Норвегии».

Джулиан заметил мой взгляд.

— Дайте им десять минут.

— Зачем?

— Чтобы они успели показать, что это не один необдуманный поцелуй.

Я хотела ударить его за спокойствие. Хотела ударить Брэндона за ложь. Но через несколько секунд Хлои взяла бокал, а Брэндон положил ладонь ей на поясницу так естественно, будто делал это тысячу раз.

Они вошли в бальный зал.

Мы пошли следом.

За белыми скатертями сидели гости конференции, официанты разносили шампанское, а живая музыка пряталась за тяжёлыми портьерами. Пожилая пара приветливо кивнула Хлои и Брэндону. Один мужчина похлопал Брэндона по плечу и что-то сказал ему на ухо.

Никто не удивился, увидев их вместе.

У меня похолодели пальцы.

— Они выглядят как пара, — сказал Джулиан.

— Замолчите.

— Я бы предпочёл ошибиться.

Брэндон поднял два бокала. Хлои рассмеялась, и они коснулись краями стекла.

В этот момент ведущий вечера вышел к сцене и постучал по микрофону.

Хлои наклонилась к Брэндону, что-то прошептала и первой направилась к свету. Он пошёл рядом, не выпуская её руку.

Джулиан поправил серебряную булавку на лацкане.

— Что вы собираетесь делать?

— Представлю свою жену всем, кто сегодня пришёл.

Он направился к сцене.

Я осталась у прохода, с телефоном в одной руке и коробкой с часами в другой. Брэндон уже поднялся на первую ступеньку, когда Джулиан заговорил с сотрудником у микрофона и указал на него.

Ведущий отступил.

Джулиан взял микрофон.

— Хлоя, дорогая, поднимись сюда, пожалуйста.

Она медленно обернулась.

Её лицо изменилось ещё до того, как она увидела меня.

Джулиан улыбнулся без радости.

— Я хочу познакомить этот зал с моей женой. А потом, возможно, Брэндон представит нам свою…

Он протянул руку к папке, которую держал сотрудник сцены, и начал раскрывать её…

ЧАСТЬ 2

…но прежде чем Джулиан успел вынуть первый лист, Хлои поднялась на сцену.

— Не надо, — сказала она тихо.

Её голос услышали только первые ряды, но в зале уже стало так тихо, что я различила звон ложки о фарфоровую чашку.

Джулиан посмотрел на неё.

— Почему? Ты ведь так хорошо умеешь знакомить людей.

Брэндон шагнул вперёд.

— Джулиан, это деловое мероприятие. Тебе нужно уйти.

— Ты прав, — ответил тот. — Но сначала объясни, почему моя жена держит тебя за руку перед половиной твоих деловых партнёров.

Брэндон бросил взгляд в зал и наконец увидел меня.

Я шла к сцене.

Каждый шаг отдавался в груди тяжёлым ударом. Подарочная коробка с часами впивалась в ладонь острым углом. Я не плакала. Это пугало меня сильнее, чем слёзы.

— Эмили, — сказал Брэндон.

Всего одно слово. Такое знакомое, что на мгновение мне захотелось поверить: сейчас он объяснит всё, и мир снова станет обычным.

— С годовщиной, — ответила я.

В зале кто-то неловко кашлянул.

Брэндон спустился со сцены.

— Давай выйдем и поговорим.

— Мы уже разговаривали. Три недели назад. Ты сказал, что будешь в Норвегии один.

— Я не говорил, что буду один.

— Ты написал, что работа не оставит тебе времени даже позвонить.

— Эмили, ты сейчас не понимаешь контекста.

Джулиан коротко рассмеялся.

— Контекста? Она видела, как ты целовал мою жену.

Хлои закрыла глаза. Её пальцы сжали край чёрной папки, лежавшей на кафедре.

— Джулиан, я собиралась сказать тебе.

— Когда? После следующей конференции? Или когда он переведёт ещё одну сумму?

Брэндон резко повернулся к нему.

— Следи за словами.

— Я следил за ними четыре месяца. Потом начал следить за счетами.

Эта фраза заставила меня взглянуть на папку.

— О каких счетах он говорит?

Брэндон побледнел.

— Ни о каких. Джулиан пытается унизить Хлою из-за семейной ссоры.

— Тогда почему ты так испугался? — спросила я.

Он замер.

Лицо Брэндона я знала лучше собственного. Сейчас я увидела на нём не стыд, а расчёт. Он быстро оценивал, кто в зале на его стороне, кому можно улыбнуться, кого отвести в коридор.

И вдруг я вспомнила все его вопросы за последние месяцы.

«Ты ведь не подписывала новые бумаги по ипотеке?»

«Тебе не приходило письмо от банка?»

«Если позвонят из бухгалтерии, скажи, что я всё объясню».

Тогда я считала это рабочими мелочами.

Теперь они собрались в одну страшную картину.

— Брэндон, — сказала я, — почему ты спрашивал про мою подпись?

— Потому что ты нервничаешь и придумываешь связь там, где её нет.

Хлои резко повернулась к нему.

— Ты сказал, что она ничего не знает.

В зале словно выключили воздух.

Брэндон посмотрел на Хлои.

— Замолчи.

— Нет, — ответила она. — Я больше не буду молчать ради тебя.

Джулиан подошёл к кафедре и взял папку.

— В ней не только фотографии. Там выписки, договоры и письма от бухгалтеров.

— Ты следил за мной? — спросила Хлои.

— Я пытался понять, почему деньги нашей компании исчезают, а ты каждую неделю летаешь к этому человеку.

Брэндон схватил его за запястье.

— Отдай папку.

Джулиан не отступил.

— При всех?

— Ты не знаешь, что делаешь.

— Я знаю достаточно.

Хлои спустилась со сцены и подошла ко мне. На её лице не осталось прежней уверенности.

— Эмили, я должна была предупредить вас раньше.

— О чём именно?

Она открыла рот, но слова не вышли.

Вместо неё ответил Джулиан. Он достал из папки сложенный лист и протянул его мне.

— Посмотрите на подпись внизу.

Я взяла документ.

На первой странице стояло название нашей семейной компании, номер банковского счёта и моя фамилия.

Внизу красовалась подпись, похожая на мою.

Но я никогда не видела этот договор.

— Что это? — спросила я.

Брэндон сделал шаг ко мне.

— Эмили, не читай.

— Почему?

— Потому что ты не понимаешь последствий.

Джулиан раскрыл папку шире.

— Последствия начнутся через два дня. Если сегодня она не узнает, что именно ты сделал, ей будет нечем защищаться…

ЧАСТЬ 3

…Я перевернула страницу, и у меня перехватило дыхание.

В договоре говорилось, что я якобы согласилась использовать нашу квартиру и личные сбережения как обеспечение для займа на развитие нового проекта. Сумма была такой большой, что я несколько секунд не могла прочитать цифры.

— Я этого не подписывала, — сказала я.

— Подписывала, — быстро ответил Брэндон. — Просто забыла. Ты подписывала документы в банке, когда мы переоформляли ипотеку.

— Там была одна форма. На продление кредита.

— Ты была уставшей.

— Я не была настолько уставшей, чтобы заложить собственный дом на два миллиона долларов.

Хлои опустила голову.

Джулиан достал из папки ещё несколько листов.

— Здесь копии переводов. Деньги ушли со счёта нашей компании на фирму, зарегистрированную три месяца назад.

— На чьё имя? — спросила я.

Он посмотрел на Брэндона.

— На имя его двоюродного брата. Но управлял всем Брэндон.

— Это ложь, — сказал Брэндон.

— Тогда объясни, почему адрес фирмы совпадает с адресом квартиры, которую ты снимал для Хлои.

Хлои вздрогнула.

— Ты сказал, что это временное жильё для сотрудников.

— Я сказал то, что нужно было сказать.

Он произнёс это слишком быстро.

И сам понял, что выдал себя.

В зале поднялся гул. Кто-то отодвинул стул, кто-то достал телефон, но никто не уходил. Вокруг нас собирались люди, ещё недавно улыбавшиеся Брэндону за деловым столом.

— Эмили, — сказал он, — всё не так. Я хотел вернуть деньги до того, как ты узнаешь.

— Ты подделал мою подпись.

— Я временно использовал документы.

— Ты подделал мою подпись.

— Я спасал компанию.

Джулиан резко повернулся к Хлои.

— Ты знала?

Она подняла глаза.

— Я знала, что Брэндон выводит деньги. Но не знала, что он использовал имя Эмили.

— Почему ты молчала?

Хлои посмотрела на меня.

— Потому что он обещал вернуть всё. И потому что я тоже была виновата. Я поверила ему, когда он сказал, что ваш брак давно закончился и вы живёте только ради имущества.

Меня обожгло не признание в романе. Хуже было услышать, что мою жизнь обсуждали как удобное препятствие.

— Ты знала, что сегодня годовщина? — спросила я.

Хлои кивнула.

— Да.

— И всё равно приехала с ним.

— Я думала, он собирается объявить о нашем сотрудничестве. Не о том, что он украл у нас обеих.

Джулиан положил передо мной последний лист.

— Вот подпись свидетеля. Её поставил нотариус, который заверял документы.

Я вгляделась в фамилию.

— Маркус Эллер?

— Он работает в банке, который оформлял займ. Я нашёл его вчера в гостинице для сотрудников. Он согласился приехать сюда, если я больше не буду скрывать дело.

В этот момент боковая дверь открылась.

В зал вошёл невысокий пожилой мужчина с металлическим футляром для очков в руке.

— Я должен кое-что сказать, — произнёс он.

Брэндон отступил.

— Маркус, не смей.

Нотариус снял очки и посмотрел на меня.

— Мисс Харпер, вы не подписывали этот договор в моём присутствии. Я заверил подпись, потому что Брэндон принёс мне заранее заполненные бумаги и сказал, что вы находитесь в соседней комнате.

— Вы знали, что это неправда?

— Я понял это через неделю. Камера у входа показала, что в тот день вас в банке не было. Я испугался и молчал.

— Почему заговорили сейчас?

Он посмотрел на Хлою.

— Потому что она передала мне копии настоящих платежей и сказала, что Брэндон собирается обвинить во всём вас.

Я повернулась к Хлои.

— Ты собирала доказательства?

— Сначала для Джулиана. Потом для вас.

Брэндон схватил со стола бокал и швырнул его в стену. Стекло рассыпалось у сцены.

— Вы все думаете, что победили?

Он вытащил телефон, взглянул на экран и усмехнулся.

— Через сорок восемь часов банк заберёт квартиру. А вместе с ней исчезнут все ваши доказательства.

Джулиан нахмурился.

— Что ты сделал?

Брэндон посмотрел прямо на меня.

— Эмили, ты ведь не знала, что в договоре есть ещё один пункт. Если займ не погашен до пятницы, залог переходит новому владельцу.

Телефон Джулиана зазвонил.

Он ответил, выслушал несколько секунд и медленно опустил руку.

— Новым владельцем уже числится фирма, — сказал он.

— Какая фирма? — спросила я.

Джулиан посмотрел на меня так, будто боялся произнести ответ.

— Та, которая зарегистрирована на твоё имя…