Бывший унизил меня перед всем рестораном, но после одного поступка незнакомца его улыбка внезапно исчезла

В тот вечер мой бывший жених поднял бокал за свою новую любовь, а потом заставил меня стоять рядом и слушать, как он смеётся над моим телом.

В ресторане «Мраморный сад» было почти девять вечера. Под хрустальными люстрами блестели бокалы, на белых скатертях остывало ризотто, а я держала серебряный поднос так крепко, что тонкий край впивался в ладонь.

— Кто вообще сможет полюбить такую женщину? — громко спросил Тайлер.

Он сидел рядом с Ванессой, блондинкой в облегающем платье, и демонстративно держал её руку. На пальце Ванессы сияло кольцо, которое ещё час назад Тайлер прятал в кармане.

Я сама подала им шампанское.

— Поздравляю, — сказала я тогда.

Это было в семь сорок. Теперь на часах у бармена было восемь пятьдесят семь, и Тайлеру, очевидно, стало мало одного унижения.

— Ты ведь три года твердила, что главное — душа, Эмили, — продолжил он. — Но у мужчин есть глаза.

За соседним столиком кто-то хихикнул. Двое молодых парней подняли телефоны. Я почувствовала, как жар поднимается от шеи к щекам, но заставила себя не опускать голову.

Маме нужны были лекарства. Аренду требовалось внести через восемь дней. Я не могла позволить себе уйти красиво.

— Желаете ещё что-нибудь, сэр? — спросила я.

— Да. Честный ответ, — Тайлер наклонился вперёд. — Как ты думаешь, кто выберет тебя, если есть женщины вроде Ванессы?

Стул у окна резко отодвинулся.

В ресторане стало так тихо, что я услышала, как лёд ударился о стенку бокала.

Винсент ДеЛука поднялся из-за отдельного стола. О нём говорили шёпотом: самый опасный человек города, хозяин ночных клубов, складов и компаний, перед которым даже влиятельные люди переставали улыбаться. Он всегда приходил один, заказывал чёрный кофе и оставлял чаевые, равные моей недельной зарплате.

Он подошёл ко мне, не торопясь.

— Мистер ДеЛука? — выдохнула я.

Его взгляд остановился на моих пальцах. Я только заметила, что из-за напряжения порвала бумажную салфетку, и белые клочки прилипли к коже.

Винсент забрал у меня поднос и поставил его на соседний стол.

— Эй, — Тайлер усмехнулся. — Я разговариваю с ней.

Винсент даже не повернул головы.

Он осторожно коснулся моего подбородка и поцеловал меня.

Всего на мгновение.

Но этого хватило, чтобы смех умер, телефоны замерли в воздухе, а Ванесса выпустила руку Тайлера.

Я отступила, не понимая, дышу ли вообще.

— Что вы делаете? — прошептала я.

Винсент положил на стол несколько купюр и направился к выходу.

— Стойте!

На улице моросил холодный дождь. У чёрной машины его ждали трое мужчин в тёмных пальто. Я выбежала следом, чувствуя, как каблук застревает между каменными плитами.

— Вы не имели права! — сказала я. — Теперь все решат, что я жалкая женщина, которую пожалел богатый человек.

Винсент посмотрел на меня так, будто мои слова задели его сильнее, чем должны были.

— Я не жалел вас.

— Тогда зачем?

— Потому что они решили, будто могут сделать вашу боль развлечением.

— И вы решили показать им спектакль получше?

На его лице дрогнул мускул.

— Я остановил их единственным способом, который пришёл мне в голову.

Один из его людей подошёл с телефоном.

— Господин ДеЛука, запись уже разошлась по городу.

Мой желудок сжался. К утру люди обсуждали бы не Тайлера, а меня.

В квартире мама спала под вязаным покрывалом. Я спрятала телефон и улыбнулась, хотя внутри всё дрожало.

— У тебя глаза красные, — заметила Маргарет.

— Просто устала.

В это же время в кабинете на верхнем этаже Винсент открыл папку с моим именем. В ней были счета за лекарства, расписания двух работ и фотографии, сделанные издалека.

Его советник положил рядом маленький латунный ключ на красной ленте.

— Вы уверены, что хотите втянуть её в это?

Винсент провёл пальцем по краю папки.

— Она уже втянута.

На следующий день я получила приглашение на благотворительный бал «Блэкстоун». Там должны были появиться Тайлер и Ванесса. Я почти выбросила карточку, но вечером увидела их фотографию в городской газете.

Я устала убегать.

Через два дня я вошла в зал в借 borrowed navy gown — no, need Russian only. Let’s fix: «взятое напрокат тёмно-синее платье». Тайлер стоял у лестницы, окружённый камерами.

Он увидел меня и улыбнулся.

— Эмили, — сказал он, перекрывая музыку. — Надеюсь, ты пришла не за тем, чтобы снова испортить мне вечер.

Я хотела ответить, но в этот момент к нам подошёл Винсент. В его руке была тонкая кожаная папка, а лицо стало непривычно жёстким. Он положил ладонь на крышку папки и начал её открывать…

ЧАСТЬ 2

Кожаная папка раскрылась с тихим щелчком, и я увидела внутри не бумаги, а несколько распечатанных фотографий. На первой был Тайлер, выходящий из служебного входа нашего ресторана. На второй — управляющий мистер Харрис, передающий ему толстый конверт.

Я подняла глаза.

— Что это?

— Не здесь, — ответил Винсент.

Тайлер засмеялся, но смех прозвучал слишком громко.

— Как трогательно. Эмили нашла себе защитника.

Ванесса коснулась его локтя.

— Тайлер, давай уйдём.

— Нет. Пусть господин ДеЛука объяснит, почему следит за моей бывшей невестой.

Музыка продолжала играть, но гости уже не притворялись, что не слушают. На стеклянном столике рядом с нами дрожал огонь свечи, отражаясь в золотой рамке.

Винсент медленно повернулся к Тайлеру.

— Ты хочешь, чтобы я объяснил это при всех?

Улыбка Тайлера исчезла всего на секунду.

— Мне нечего скрывать.

— Тогда тебе нечего бояться.

Он взял меня за локоть, не сжимая, и повёл к боковому коридору. Я не сопротивлялась, хотя сердце колотилось так, словно пыталось вырваться наружу.

В маленькой библиотеке пахло воском и старой бумагой. За окнами лил дождь, а на полке тикали часы в форме корабля.

— Вы знали Тайлера раньше? — спросила я.

— Я знал о нём.

— Вы месяцами собирали сведения обо мне. Почему?

Винсент поставил папку на стол.

— Потому что после вашего увольнения из бухгалтерии ресторана он начал использовать ваше имя.

Я почувствовала, как холодеют пальцы.

— Моё имя для чего?

— Для переводов, которых вы не совершали.

Он показал мне лист с моей подписью. Я узнала почерк, но подпись была подделана: буква «К» в моей фамилии имела лишний завиток. Такой завиток Тайлер когда-то высмеивал, копируя мою подпись на открытках.

— Я никогда не видела этот документ.

— Знаю.

— Откуда?

— Потому что проверил каждую выплату, каждый счёт и каждую запись с камер.

Я отступила к книжному шкафу. Дерево холодило спину.

— Зачем человеку вроде вас защищать официантку?

Винсент долго молчал.

— В первый раз я увидел вас семь месяцев назад. Вы вынесли еду бездомному ветерану, хотя управляющий приказал выставить его на улицу. Вы заплатили из своих чаевых.

— Вы следили за мной из-за этого?

— Сначала я хотел понять, кто вы. Потом понял, что за вами наблюдает Тайлер.

Я вспомнила его внезапные звонки, машину у аптеки, вопросы о маминых лекарствах. Тогда я считала это ревностью.

— Он угрожал мне?

— Не напрямую. Он хотел, чтобы вы боялись потерять работу и мать.

Дверь библиотеки распахнулась. На пороге стоял Тайлер, красный от ярости.

— Убирайся от неё, ДеЛука.

Винсент даже не вздрогнул.

— Ты пришёл за ней или за папкой?

Тайлер посмотрел на стол, и я увидела, как его пальцы сжались.

— Эмили, он использует тебя. Такие люди ничего не делают бесплатно.

— А ты делал? — спросила я.

Он замер.

Винсент достал из папки карту памяти в прозрачном пакете.

— Здесь запись разговора, который состоялся три недели назад.

— Какого разговора? — спросила я.

— Того, где Тайлер обсуждает, как обвинить вас в краже денег фонда.

Мой голос сорвался.

— В краже?

— Если вы начнёте задавать вопросы о счетах, вас арестуют вместо него, — сказал Винсент.

Тайлер шагнул вперёд.

— Ты лжёшь!

— Тогда послушаем вместе.

Он вставил карту памяти в переносной проигрыватель. В библиотеке щёлкнуло устройство. Раздалось шипение, затем голос Тайлера.

«Она ничего не заметит. Если заметит — всё спишем на её мать. Кто станет слушать толстую официантку?»

Я перестала чувствовать ноги.

Тайлер побледнел.

— Это смонтировано.

— Возможно, — спокойно ответил Винсент. — Поэтому завтра утром оригинал будет у следователя.

— Ты не посмеешь.

— Уже посмел.

Тайлер бросился к столу, но Винсент мгновенно встал между нами. Его люди появились в дверях, и воздух стал плотным, как перед грозой.

Я смотрела на запись и слышала собственное дыхание.

— Почему вы не сказали мне раньше? — спросила я.

— Потому что хотел сначала найти всё. Не кусок правды. Всю.

— А теперь нашли?

Винсент достал последний лист.

— Нет. Я нашёл человека, который помогал ему.

Он перевернул страницу. Там стояла фамилия, от которой у меня перехватило дыхание.

Маргарет Картер.

— Моя мать? — прошептала я.

Винсент посмотрел на меня, и впервые за всё время в его глазах появился настоящий страх.

— Ваша мать не сообщница. Но сегодня вечером она исчезла из дома…

ЧАСТЬ 3

— Что значит «исчезла»? — спросила я.

У меня задрожали колени, и я ухватилась за край стола. Латунные часы на полке отбили один удар, хотя было всего десять минут девятого.

Винсент сразу достал телефон.

— Позвоните ей.

Я набрала номер. Сначала шли гудки, потом включилась голосовая запись. Я позвонила снова. То же самое.

— Она никогда не выходит без телефона, — сказала я. — Ей нужны лекарства каждые четыре часа.

Винсент кивнул своему человеку.

— Проверьте квартиру.

Тайлер попытался отступить к двери.

— Я понятия не имею, где её мать.

— А вот это мы сейчас проверим, — ответил Винсент.

Он открыл папку и достал ещё один лист. На нём были сведения о банковских переводах, сделанных с благотворительного счёта ресторана. Деньги уходили на фирму, зарегистрированную на имя Тайлера, а затем возвращались через подставные счета.

— Ваша подпись использовалась на каждом распоряжении, — сказал Винсент мне. — Но есть одна проблема. В день первого перевода вы были в больнице рядом с матерью. Ваша карта посещений и запись с камеры это подтверждают.

Я смотрела на строки, и внутри меня поднималась не радость, а ужас.

— Зачем ему было подставлять меня?

— Потому что вы единственная заметили несоответствие в чаевых. И потому что он думал, что вы никогда не пойдёте против него.

Тайлер ударил ладонью по столу.

— Она ничего не заметила!

— Я заметила, — тихо сказала я.

Он повернулся ко мне.

— Ты не понимаешь, во что лезешь.

— Нет. Это ты не понимал, с кем разговариваешь.

Винсент включил запись полностью. Теперь голос Тайлера звучал в библиотеке громче, чем в наушниках.

«Сначала заберём деньги фонда. Потом заставим её подписать признание. Если упрётся, мать сама попросит её молчать».

После этих слов в комнате стало тихо.

Тайлер смотрел на проигрыватель, будто надеялся, что тот загорится и исчезнет.

— Это не я, — прошептал он.

— Ты сказал это сам, — ответила я.

Ванесса медленно сняла с пальца обручальное кольцо.

— Ты говорил, что у тебя проблемы с бизнесом, — сказала она. — Ты говорил, что Эмили сумасшедшая и преследует тебя.

— Ванесса, замолчи.

— Ты привёл меня в ресторан, чтобы унизить её, пока забирал документы из кабинета управляющего?

Тайлер побледнел сильнее.

Винсент посмотрел на меня.

— Вашу мать увезли сорок минут назад. Камера у подъезда зафиксировала автомобиль, но номер закрыт. Я уже отправил людей по следу.

— А если он с ней что-то сделал?

— Не сделал, — резко сказал Тайлер.

Все повернулись к нему.

Он понял, что выдал себя, и замолчал.

Я подошла ближе.

— Ты знаешь, где она.

— Я знаю только, что она должна была передать мне одну вещь.

— Какую?

Тайлер сжал губы.

Винсент достал из внутреннего кармана фотографию. На ней была моя мать, молодая, стоящая рядом с женщиной, которую я никогда не видела. У обеих на шее висели одинаковые кулоны в форме маленькой звезды.

— Кто это? — спросила я.

Винсент посмотрел на снимок.

— Моя сестра София.

Я не понимала.

— Как моя мать связана с вашей сестрой?

— Семнадцать лет назад София передала вашей матери доказательства против людей, которые хотели убить её. После этого София исчезла. А Маргарет всю жизнь молчала, потому что обещала спрятать её дочь.

Мне стало трудно дышать.

— Какую дочь?

Винсент встретил мой взгляд.

— Вас.

Слова не сразу обрели смысл.

— Вы хотите сказать, что я…

— Вы дочь Софии. Моя племянница.

Тайлер отшатнулся, словно получил удар.

— Нет, — прошептал он. — Это невозможно.

Винсент достал из папки старую медицинскую справку и лист с результатами генетической экспертизы.

— Я не поверил семейным рассказам. Поэтому сделал проверку. Совпадение подтверждено.

Я смотрела на цифры, а в ушах гремел голос матери: «Некоторые тайны хранят не ради лжи, а ради спасения».

— Почему вы целовали меня? — спросила я.

Винсент отвёл взгляд.

— Не из-за родства. Я узнал правду только неделю назад. Я целовал женщину, которую любил ещё до того, как понял, кем она мне приходится. После этого я собирался исчезнуть из вашей жизни.

Он замолчал.

— Но не исчезли.

— Потому что Тайлер начал действовать.

В этот момент телефон Винсента зазвонил. Он ответил, и его лицо стало каменным.

— Говорите.

Мы услышали только его короткое «понял». Затем он медленно опустил телефон.

— Мы нашли автомобиль.

— Мама внутри?

— Да. Но люди Тайлера уже уехали, оставив её в закрытом доме за городом.

— Она жива?

— Жива. Однако рядом с ней нашли записку.

Винсент передал мне фотографию записки. На ней было написано: «Если хотите увидеть Маргарет, привезите оригинал доказательств в старый порт до полуночи».

Тайлер смотрел на меня и впервые не пытался улыбаться.

— Они думают, что доказательства у меня, — сказал он.

Винсент резко повернулся к нему.

— Кто «они»?

Тайлер закрыл глаза.

— Люди, которым я задолжал. И если до полуночи мы не принесём им папку, вашу мать убьют…