Я уснула в доме мафиозного босса после ночной уборки, а проснулась, сжимая его руку — и его лицо изменилось

В ту ночь я проснулась в чужой постели, сжимая руку человека, которого весь город боялся назвать по имени.

Сначала я услышала часы. Три глухих удара разнеслись по дому, и я решила, что всё ещё лежу на ковре в библиотеке. Потом почувствовала тепло под щекой, запах древесного дыма и тяжёлую ладонь, в которую вцепились мои пальцы.

Я открыла глаза.

Надо мной был потолок спальни Деклана Уолша.

Его шёлковые простыни стоили больше, чем моя квартира, а сам он сидел на краю кровати в расстёгнутой рубашке. На его правом запястье темнела свежая царапина. Я держала его за руку так крепко, будто от этого зависела моя жизнь.

Он смотрел на меня молча.

— Я… как сюда попала? — прошептала я.

Голос сорвался. В горле было сухо, а левое плечо горело после падения.

Деклан не вырвал руку.

— Вы потеряли сознание.

— Я заметила.

— Вы пролежали на ковре почти двадцать минут.

Я резко отпустила его, и он впервые отвёл взгляд. На тумбочке рядом стоял стакан воды, а под ним лежала моя резинка для волос — дешёвая, чёрная, с треснувшей металлической застёжкой. Я всегда носила её на запястье. Теперь она была аккуратно расправлена возле лампы.

— Вы принесли меня сюда? — спросила я.

— Да.

— Зачем?

— Потому что вы замерзали.

Обычно Деклан Уолш говорил так, будто каждое слово уже было приказом. Но сейчас в его голосе слышалась усталость, почти такая же, как у меня.

Я села и тут же пожалела об этом. В висках вспыхнуло белое, пальцы задрожали. Деклан мгновенно подался вперёд.

— Не вставайте.

— Я должна закончить уборку.

Он посмотрел на меня так, словно я сказала, что собираюсь голыми руками остановить поезд.

— В три часа ночи?

— Утром миссис Гейбл проверяет комнаты.

— Миссис Гейбл может проверить их сама.

Я почти рассмеялась, но смех застрял в груди. У Деклана не было привычки защищать прислугу. У него вообще не было привычки защищать кого-то без причины.

За окном ливень хлестал по стеклу. На стуле лежала моя тонкая серая форма, мокрая и испачканная чистящим средством. Рядом стояли ботинки, из которых вытекала вода. На подоле фартука виднелось рыжее пятно.

Я вспомнила библиотеку. Хрустальный стакан. Ковер. Боль в плече.

И ещё кое-что.

Перед тем как потерять сознание, я увидела под книжным шкафом чёрную папку. Её край выглядывал из тени, а на застёжке блестела капля крови.

Я спустила ноги на пол.

— Где моя корзина?

Деклан не ответил.

— Господин Уолш, где мои вещи?

— В библиотеке.

— Тогда мне нужно туда.

Он поднялся. Высокий, неподвижный, почти пугающий в слабом свете лампы.

— Вы не пойдёте туда.

— Я не спрашивала разрешения.

Впервые за два года я сказала ему это прямо. Его лицо стало жёстче.

— София, сегодня вечером в этом доме произошло то, о чём вам лучше ничего не знать.

— Я каждый день оттираю последствия того, о чём мне лучше не знать.

Между нами повисла тишина.

Потом в коридоре раздались шаги. Медленные. Уверенные. Кто-то остановился у двери.

Деклан посмотрел на замок, затем на меня и тихо сказал:

— Если сейчас войдёт тот, кого я ожидаю, вы будете молчать.

Дверная ручка начала опускаться, а его рука уже тянулась к папке, которую кто-то оставил на столе…

ЧАСТЬ 2

Деклан успел схватить папку за секунду до того, как дверь распахнулась.

В комнату вошла миссис Гейбл. Ей было за шестьдесят, но держалась она прямо, как солдат. В одной руке она несла поднос с кофе, в другой — связку ключей. На её безымянном пальце блестел тяжёлый рубиновый перстень, который я раньше никогда не видела.

— Господин Уолш, я услышала шум, — сказала она.

— Выйдите.

— Я хотела проверить девушку.

— Я сказал выйти.

Миссис Гейбл посмотрела на меня. Не на моё плечо, не на мокрую форму, а прямо на мои руки.

На правой ладони осталась тонкая тёмная полоска от папки.

Её лицо едва заметно изменилось.

— София, вы нашли что-нибудь в библиотеке?

Я почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Я нашла только разбитый стакан.

Деклан перевёл взгляд на меня. В его глазах мелькнуло удивление.

— Тогда почему вы так испугались? — спросила миссис Гейбл.

— Потому что я проснулась в спальне хозяина дома, — ответила я. — Обычно это считается странным.

Несколько секунд никто не говорил. Затем Деклан поставил папку на стол и встал между нами.

— Уведите себя сами, Гейбл.

— Вы слишком поздно начали её защищать.

— А вы слишком много себе позволяете.

Старуха улыбнулась, но в этой улыбке не было ни капли доброты.

— Иногда люди защищают не тех, кого нужно.

Она ушла, оставив после себя запах горьких духов. Деклан запер дверь и только тогда позволил себе выдохнуть.

— Она знала о папке, — сказала я.

— Да.

— Что в ней?

— Пока я не уверен.

— Но вы взяли её.

— Потому что она была спрятана под вашим именем.

У меня похолодели пальцы.

Он раскрыл папку на столе. Внутри лежали фотографии, копии банковских переводов и лист с моим адресом. На верхнем снимке была моя сестра Елена.

Я не видела её почти три года — с того дня, когда она погибла в аварии по дороге из клиники. По крайней мере, так мне сказали.

— Где вы это нашли? — спросила я.

— В библиотеке.

— Почему там фотографии Елены?

Деклан замолчал.

Я схватила снимок. Елена стояла возле старого кирпичного склада, живая, серьёзная, в своей зелёной вязаной шапке. На обороте была дата, поставленная за неделю до её смерти.

— Вы знали её?

— Да.

Комната поплыла перед глазами.

— Насколько хорошо?

— Достаточно, чтобы понимать: она не погибла случайно.

Я ударила его ладонью по груди. Удар вышел слабым, но он даже не пошатнулся.

— Три года вы молчали?

— Я пытался найти тех, кто её убил.

— И поэтому наняли меня в этот дом?

— Я нанял вас, потому что после смерти Елены за вами начали следить.

Я отступила, наткнувшись на край стола. Медная застёжка папки звякнула.

— Кто следил?

— Люди, которые думали, что у неё осталось доказательство.

— Какое доказательство?

Он протянул руку к внутреннему карману папки, но остановился.

— Елена передала мне одну вещь перед смертью. Я был уверен, что она исчезла вместе с ней.

— А теперь?

Деклан посмотрел на мой рабочий фартук, лежавший на стуле.

— А теперь я думаю, что она спрятала её там, где никто не станет искать.

В этот момент внизу хлопнула дверь. Затем раздался крик охранника. Деклан мгновенно достал пистолет и встал передо мной.

— Оставайтесь здесь.

— Я не буду сидеть, пока вы снова что-то скрываете.

— София, если это те люди, о которых я думаю, они пришли не за мной.

Он распахнул шкаф, достал мой фартук и распорол подол коротким ножом. Из узкого потайного шва выпал маленький латунный ключ, потёртый до матового блеска.

Я узнала его сразу.

Елена подарила его мне в день, когда я получила эту работу. Тогда она сказала, что некоторые двери открываются только тем, кто не привык просить разрешения.

Деклан поднял ключ, но не успел ничего сказать. Из коридора донёсся голос мужчины:

— Уолш! Мы знаем, что девушка у тебя. Отдай её, и всё закончится.

Деклан посмотрел на меня, затем на ключ.

— Теперь я понимаю, какую дверь Елена хотела открыть. Но если мы откроем её сегодня, назад уже не вернёмся…

ЧАСТЬ 3

Ключ подошёл к маленькому замку в нижней части книжного шкафа.

Мы добрались до библиотеки через потайной проход за гардеробной. В коридорах уже гремели шаги, охранники перекрикивались, а дождь бил в окна так, будто хотел ворваться внутрь. Я шла за Декланом, прижимая больное плечо, и слышала, как латунный ключ стучит о его пальцы.

— Если там ничего нет, — прошептала я, — вы расскажете мне всё.

— Если там что-то есть, я расскажу ещё больше.

— Вы всегда говорите загадками?

— Только когда рядом могут быть предатели.

Мы вошли в библиотеку. На ковре всё ещё лежал разбитый стакан. Моя корзина стояла у стены, бутылка чистящего средства вытекала на паркет. Под книжным шкафом темнел тот самый угол.

Деклан вставил ключ. Замок щёлкнул.

Внутри оказался узкий металлический ящик. В нём лежали карта памяти, несколько распечатанных писем и фотография Елены с Декланом у ворот клиники.

Я взяла первое письмо.

На нём стояла подпись Елены.

Она писала, что обнаружила в клинике поддельные счета и переводы, через которые деньги от продажи лекарств уходили на счета людей Маркуса Вейла — главного соперника Деклана. Но ниже было самое страшное: Елена обвиняла не Вейла, а миссис Гейбл. Та подделывала документы, передавала расписание дома и знала, когда Деклан оставался один.

— Она работала на Вейла, — сказала я.

— Да.

— А вы знали?

Деклан опустил голову.

— Я знал только часть. Елена собирала доказательства и попросила меня спрятать их. В ночь аварии она должна была встретиться со мной здесь. Она не приехала.

— Почему вы позволили мне работать в этом доме?

— Потому что после её смерти Вейл искал вас. Я хотел держать вас рядом, где мог защитить.

— Защитить? Вы заставляли меня мыть кровь с пола и молчали о моей сестре!

— Я думал, что молчание сохранит вам жизнь.

— Оно лишило меня трёх лет правды.

В дверях появилась миссис Гейбл. За ней стояли двое вооружённых мужчин. Её рубиновый перстень блеснул в свете лампы.

— Как трогательно, — сказала она. — Сестра и телохранитель наконец нашли друг друга.

Деклан поднял оружие.

— Ты убила Елену.

— Нет. Я лишь сообщила, где она будет. Остальное сделал Вейл.

Я включила карту памяти в старом проигрывателе, стоявшем возле камина. Раздался хриплый голос Елены:

— Если со мной что-то случится, миссис Гейбл передала мой маршрут Вейлу. Деклан, не верь никому, кто скажет, что это была авария. А Софии скажи, что я не бросила её.

Мои ноги подкосились. Деклан поймал меня за локоть.

Миссис Гейбл побледнела.

— Это подделка.

— Запись отправлена нотариусу, — сказал Деклан. — Копия уже у полиции.

— Вы не посмеете.

— Посмею.

Снаружи завыли сирены. Мужчины у двери медленно опустили оружие, услышав крики подъехавших полицейских.

Я смотрела на фотографию сестры и плакала молча. Деклан не пытался меня утешить. Он просто стоял рядом, позволяя мне впервые не быть сильной.

Но телефон в его кармане зазвонил.

Он взглянул на экран и сразу изменился в лице.

— Кто это? — спросила я.

Деклан ответил не сразу.

— Вейл.

Он включил громкую связь.

— Ты думаешь, что победил, Уолш? — раздался голос. — Ты забыл, кто подписывал счета клиники. Если меня посадят, документы уйдут журналистам. И там есть имя Софии…

Связь оборвалась.

Деклан посмотрел на меня так, будто услышал новый выстрел.

— Какие документы? — спросила я.

Он сжал телефон.

— Те, которые могут сделать тебя виновной в смерти Елены…