ЧАСТЬ 4

— Если хотите увидеть мальчика живым, Кальветти должен приехать один…

Я едва не выронила телефон.

— Где мой сын?

В трубке раздался тихий детский плач. Потом голос Билли:

— Не задавай вопросов. Через двадцать минут Винсент приедет к старому складу у реки.

— Я тоже еду, — сказала я.

— Нет.

— Тогда Лео останется без меня.

Билли замолчал.

— Кальветти один.

— Если с моим сыном что-то случится, тебе не спрятаться ни в одном городе.

Я отключилась и повернулась к Винсенту.

— Я еду с тобой.

— Нет.

— Это мой ребёнок.

— И мой сын.

Слова повисли между нами.

Я впервые увидела, как страх прорвался сквозь его холодное лицо.

— Тогда не оставляй меня за дверью, — сказала я.

Кармайн уже отдавал распоряжения. Сэмюэль вызвал полицию, но Винсент остановил его.

— Без сирен. Если Билли увидит машины, он испугается.

— Он уже похитил ребёнка, — ответил юрист. — Испугаться должен он.

Марко попытался выйти из комнаты.

Кармайн перегородил ему дорогу.

— Вы останетесь здесь.

— Я член семьи.

— С сегодняшнего дня это не помогает.

Марко побледнел.

Винсент взял меня за руку. Его пальцы были холодными.

— Ты должна сделать именно то, что я скажу.

— А ты должен впервые довериться не только себе.

Он посмотрел на меня и кивнул.

Мы поехали к складу на двух машинах. Я сидела рядом с Винсентом, сжимая медный трамвайчик на ремешке сумки так крепко, что он впился в ладонь.

Снег превращал дорогу в белую пустыню.

У реки стоял старый склад с выбитыми окнами. Внутри горела одна лампа.

Винсент вышел первым.

— Билли! Я приехал один!

— Не совсем, — раздался голос из темноты.

Я вышла следом.

— Мама! — крикнул Лео.

Он сидел на деревянном ящике, связанный не был, но рядом стоял мужчина с ножом.

Я сделала шаг.

— Ещё один — и он упадёт, — предупредил Билли.

Винсент поднял руки.

— Чего ты хочешь?

— Деньги и безопасный выезд.

— Марко обещал тебе это?

Билли дёрнулся.

— Не произноси его имя.

— Он оставил тебя одного, — сказала я. — Как только всё пошло не по плану.

— Замолчи!

— Он подставил меня, а тебя сделал расходным материалом. Ты даже не понял, что долг никогда не собирались возвращать.

Билли на секунду отвёл взгляд.

Этого хватило.

Кармайн выскочил из-за колонны, выбил нож, а Винсент бросился к Лео. Я подбежала к сыну и прижала его к себе.

— Мама, я знал, что ты придёшь.

— Я всегда приду.

Билли лежал на бетонном полу, руки ему уже заломили за спину.

— Ты обещал мне деньги, — прошептал он.

Винсент посмотрел на него без торжества.

— Ты продал ребёнка за обещание, которое никогда не собирались выполнить.

Билли отвернулся.

Через час полиция забрала его и Марко. Сэмюэль передал следователям документы, записи разговоров и банковские выписки. Доктор Риццо тоже дал показания, когда понял, что Марко больше не сможет его защитить.

На следующий день Винсент собрал совет в главном зале.

Я стояла у двери, держа Лео за руку.

На длинном столе лежала запись разговора Марко с бухгалтерами.

— Ты сказал, что Клара ничего не поймёт, — раздался из динамика голос Марко.

— Она официантка, — отвечал другой мужчина.

— Именно. Люди видят форму, а не человека.

Марко слушал собственный голос, сидя напротив Винсента.

Сначала он пытался улыбаться.

Потом улыбка исчезла.

— Вы не можете использовать личный разговор, — сказал он.

— Можем, — ответил Сэмюэль. — Он подтверждён другими доказательствами.

Марко посмотрел на Винсента.

— Ты уничтожишь семью из-за этой женщины?

Винсент взглянул на меня, потом на Лео.

— Нет. Я прекращу позволять тебе уничтожать её ради семьи.

Совет лишил Марко всех полномочий. Через несколько месяцев суд признал его виновным в подделке документов, мошенничестве и организации похищения. Билли получил отдельный срок. Винсент не просил для них особого наказания.

Он просто перестал спасать их от последствий.

В первые дни после арестов дом казался слишком большим.

Комната Марко опустела. С книжной полки убрали фотографии, а на столе остался только один сломанный карандаш.

Винсент долго стоял в дверях.

— Я думал, что если стану достаточно сильным, никто не сможет отнять у меня семью, — сказал он.

— Сила не удерживает людей, — ответила я. — Она только показывает, кто остаётся рядом добровольно.

Он посмотрел на меня.

— Ты останешься?

Я не сразу ответила.

— Если это будет не частью договора.

Он достал из кармана брачный документ и разорвал его пополам.

— Тогда начнём сначала.

Не было музыки. Не было дорогих цветов. Только Лео, который сидел на ковре и приклеивал к картонному дому бумажную крышу.

Через три месяца мы переехали в собственный дом в тихом пригороде. Винсент продал часть предприятий и законно оформил остальные. Он больше не называл себя хозяином города. Теперь его дни начинались с кофе, школьных собраний и попыток собрать мебель по инструкции.

Я устроилась бухгалтером в благотворительный фонд, который помогал матерям, оказавшимся в долгах после мошенничества бывших супругов.

Первую зарплату я потратила на новую коробку карандашей для Лео.

Он нарисовал нас троих на листе бумаги: меня, себя и Винсента. Над нашими головами светило огромное жёлтое солнце.

— Почему у Винсента нет оружия? — спросил он.

— Потому что сегодня ему оно не нужно.

Винсент услышал и улыбнулся.

Настоящей улыбкой.

Зимой выпал первый снег. Мы стояли на крыльце, пока Лео пытался поймать снежинки языком.

Телефон Винсента зазвонил.

Он посмотрел на экран и передал его мне.

Сообщение было от Марко.

«Я могу всё исправить. Вернись. Ты разрушила не только мою жизнь, но и жизнь Винсента. Он никогда не будет свободен рядом с тобой».