Моя бухгалтерша ворвалась на закрытый бал и назвала меня мужем, а через секунду мой телохранитель побледнел

Я понял, что меня собираются убить, в тот момент, когда моя бухгалтерша прижалась ко мне посреди самого дорогого бала Манхэттена.

В зале отеля «Олден-Хаус» на Пятой авеню играли скрипки, под хрустальными люстрами смеялись миллиардеры, а официанты разносили шампанское на тонких серебряных подносах. Клара Уитмор пересекла зал против всех правил, схватила меня за руку и заставила танцевать.

Её изумрудное платье подчёркивало пышные формы, которые люди вроде тех, что окружали нас, привыкли недооценивать. На запястье у неё поблёскивали часы с треснувшим стеклом — единственная вещь, которую она не снимала даже во время аудитов. Дыхание Клары касалось моей щеки, но пальцы лежали на моём плече совершенно спокойно.

— Улыбайся, — прошептала она.

— Ты решила испортить мне вечер?

— Танцуй так, будто любишь меня.

Я успел усмехнуться, прежде чем увидел отражение в зеркальной панели за спиной моего начальника охраны.

На моём лбу дрогнула крошечная красная точка.

Снайпер.

Рука сама потянулась к пистолету под смокингом, но Клара резко сжала мои пальцы.

— Не двигайся.

Я наклонился к её уху.

— Веди.

Она повела меня назад, будто мы были влюблённой парой, решившей устроить представление перед всем залом. Скрипки взвились выше. Люди обернулись.

— Держи спину прямо, — сказала Клара. — Если дёрнешься, он выстрелит. Если я перестану улыбаться, Мейсон поймёт, что я его заметила.

Мейсон Раск охранял меня девять лет.

— Он замешан?

— Он расчистил стрелку обзор. Трое охранников на террасе за четыре минуты сменили позиции. Все подчиняются ему.

Она крутанулась под моей рукой и увела нас дальше от высоких окон. Я чувствовал запах её духов — горький апельсин и горячая бумага, странное сочетание, которое почему-то всегда напоминало мне о её кабинете.

Для гостей я был Адрианом Вейлом, богатым владельцем логистических компаний. Для людей из более тёмных кругов — человеком, которому не отказывали дважды.

Но сейчас я был всего лишь мишенью.

— Кто нанял стрелка? — спросил я.

— Пока не знаю.

— Тогда что ты знаешь?

Её улыбка не дрогнула.

— Мейсон украл четыре миллиона семьсот тысяч долларов из твоих резервов.

Я едва не сбился с шага.

— Деньги прошли через фиктивные перевозочные фирмы в Делавэре, Неваде и Джерси-Сити, — продолжила она. — Вчера я заблокировала файлы аудита. Сегодня он встречался с людьми Патрика Слоуна.

Имя Слоуна ударило сильнее красной точки.

Патрик шесть лет пытался протолкнуть в Манхэттен свой бизнес, связанный с наркотиками, замаскированными под обычные таблетки. Я никогда не считал себя хорошим человеком, но этот товар запретил даже своим врагам.

— Почему не сказала раньше?

— Мне нужны были доказательства, которые переживут твой характер.

Я посмотрел ей в глаза.

— Ты считаешь меня несдержанным?

— Я считаю тебя человеком, который сначала ломает дверь, а потом спрашивает, где ключ.

Впервые за вечер я почти рассмеялся.

На другом конце зала Мейсон коснулся двух пальцев гарнитуры. Его взгляд скользнул по нам и тут же исчез за плечом пожилой меценатки.

Клара впилась ногтями в мою ладонь.

— Назови меня своей женой.

— Что?

— Сейчас.

Я притянул её ближе.

— Моя жена, — громко сказал я, вкладывая в голос насмешку. — Ты снова устраиваешь сцену.

Несколько гостей повернули головы. Клара красиво рассмеялась и прижалась губами к моей щеке.

— Хорошо. Теперь наклони меня.

— Зачем?

Её взгляд метнулся к отражению в люстре.

— Красная точка только что переместилась с твоего лба на мою грудь.

Я начал опускать её в танцевальном движении, а за окнами террасы Мейсон поднял руку, словно собирался дать кому-то сигнал…

ЧАСТЬ 2

…Я продолжил наклон, не меняя улыбки. Клара оказалась почти у самого мраморного пола, а моя рука удерживала её за спину. Подол изумрудного платья скользнул по лакированному ботинку, и в отражении люстры красная точка исчезла с её груди.

Выстрела не было.

— Он потерял линию, — прошептала Клара.

Я поднял её и закружил так резко, что у меня хрустнули пальцы.

— Где он?

— Восточная галерея. За третьей колонной. Но стрелок не главный вопрос.

— Мне очень не нравится, когда ты так говоришь.

— Тогда тебе не понравится ещё меньше. В серверной кто-то только что попытался открыть архив аудита.

В этот момент к нам приблизилась официантка с подносом. Её серьга зацепилась за воротник, и она едва не уронила бокалы.

— Господин Вейл, шампанское?

Клара улыбнулась ей и взяла один бокал.

— Спасибо.

Когда официантка ушла, Клара незаметно передала мне тонкий ключ, спрятанный под салфеткой.

— Это от старого служебного лифта. Спустимся через кухню.

— Ты заранее подготовила побег?

— Я заранее подготовила возможность не умереть.

В полночь в кухне пахло жареным шалфеем, кофе и горячим металлом. Повара кричали друг другу через пар, официанты толкали тележки, а мы с Кларой прошли между ними, не снимая праздничных улыбок.

У двери служебного лифта я остановил её.

— Почему ты доверяешь мне этот ключ?

Клара посмотрела на мою руку, где всё ещё лежал её маленький ключ.

— Я не доверяю тебе. Я доверяю тому, что ты не позволишь Слоуну продавать смерть в моём городе.

Лифт дёрнулся и пошёл вниз.

— Это не ответ.

— Другого у меня нет.

На уровне подземной парковки нас встретил Мейсон.

Он стоял у чёрного автомобиля, держа ладонь возле кобуры. На его белой манжете была свежая капля крови.

— Адриан, — спокойно сказал он. — Я приказал всем оставаться наверху.

Клара встала рядом со мной.

— А мы не любим приказы, которые звучат как просьбы.

Мейсон улыбнулся ей.

— Ты бухгалтер. Не лезь в дела, которых не понимаешь.

— Я понимаю цифры. Например, что четыре миллиона семьсот тысяч исчезли не сами.

Его улыбка стала тоньше.

— Адриан, она пытается настроить тебя против меня.

— Мейсон, — сказал я, — где моя охрана?

— Временно задержана наверху.

— Кем?

Он чуть склонил голову.

— Людьми, которые хотят поговорить.

Из вентиляционной шахты донёсся глухой удар. Потом второй. Клара побледнела, но не отступила.

— Там кто-то есть, — прошептала она.

Мейсон резко вытащил пистолет.

Я ударил его запястьем по руке. Оружие отлетело под машину, но Мейсон оказался быстрее, чем я ожидал, и врезался плечом в мою грудь. Мы рухнули на бетон.

Клара бросилась к служебной двери, но замок уже был закрыт.

— Адриан!

Мейсон навалился сверху.

— Ты должен был подписать передачу компании ещё месяц назад, — процедил он. — Но всё испортил своей глупой верностью старым правилам.

Я ударил его в челюсть.

— Ты продал меня Слоуну?

— Я продал ему будущее.

Мейсон достал из кармана маленький передатчик. На его красной лампочке отражался мокрый бетон.

— Через тридцать секунд люди наверху услышат выстрел и решат, что ты погиб.

Клара вдруг перестала стучать в дверь.

— Адриан, — сказала она очень тихо. — Посмотри на камеру над лифтом.

Я повернул голову. Индикатор камеры горел зелёным.

Но Клара смотрела не на индикатор, а на маленький объектив.

— Я подключила её к архиву до начала бала, — прошептала она. — И всё, что он сейчас скажет, уже записывается.

Мейсон замер.

Вдалеке загудел лифт. Кто-то спускался к нам.

Клара достала из корсажа плоскую папку, перевязанную медной лентой.

— Здесь не только деньги, — сказала она. — Здесь причина, по которой Мейсон решил, что ты никогда не узнаешь правду.

Двери лифта начали расходиться, и за ними показалась рука человека в чёрной перчатке…

ЧАСТЬ 3

…Рука исчезла, и вместо неё в проёме появился мужчина в форме федерального следователя. За ним стояли двое вооружённых агентов.

Мейсон медленно поднялся с бетона.

— Адриан, не делай резких движений.

— Это ты сейчас мне говоришь? — спросил я.

Клара прижала папку к груди. Медная лента тихо звякнула о металлическую застёжку.

Следователь посмотрел на меня.

— Адриан Вейл, мы получили ордер на обыск ваших компаний и задержание Мейсона Раска. Но сначала Клара должна открыть папку.

Мейсон побледнел.

— Она не имеет права.

— Имеет, — ответила Клара. — Потому что оригиналы лежат не в ваших серверах.

Она разорвала ленту.

Внутри оказались распечатки переводов, фотографии встреч и небольшой накопитель, спрятанный между листами. Клара поставила его в переносной компьютер следователя. Экран осветил её лицо снизу, и впервые за весь вечер она перестала улыбаться.

— Что это? — спросил я.

— Полная цепочка платежей, — сказала она. — Но главное не деньги.

Она открыла аудиофайл.

Из динамика раздался голос Мейсона.

«Если Вейл не подпишет бумаги, стрелок уберёт его на балу. После этого компания перейдёт Слоуну. А Клару заставьте замолчать. Она знает, что именно произошло в порту три года назад».

В подземном гараже стало так тихо, что я услышал каплю воды, упавшую с трубы.

Мейсон качнул головой.

— Это подделка.

Следователь поднял глаза.

— Запись получена с вашего защищённого телефона. Вместе с отпечатками и журналом соединений.

Я смотрел на Мейсона, а в голове вспыхнула ночь трёхлетней давности: пожар в порту, исчезнувший груз, погибший водитель и слова Мейсона о том, что это была случайность.

— Что произошло тогда? — спросил я.

Клара ответила не сразу.

— Водитель не погиб случайно. Он обнаружил, что Мейсон прятал в наших контейнерах таблетки Слоуна. Когда водитель попытался сообщить тебе, Мейсон приказал закрыть ворота склада.

Мейсон отступил.

— Ты ничего не знаешь.

— Знаю, — сказала Клара. — Потому что водитель был моим братом.

Я повернулся к ней.

— Почему ты никогда не говорила?

Её глаза блеснули, но голос остался ровным.

— Потому что сначала мне нужны были доказательства. А потом я поняла, что ты тоже мог быть частью этого.

Эти слова ударили сильнее любого кулака.

Я вспомнил её треснувшие часы, её ночи в пустом кабинете, её привычку пересчитывать каждую цифру трижды. Она не работала рядом со мной. Она расследовала меня.

Мейсон вдруг рассмеялся.

— Думаешь, победила? Слоун уже внутри здания. Если я не выйду отсюда через пять минут, он нажмёт кнопку.

— Какую кнопку? — спросил следователь.

Мейсон посмотрел на Клару.

— Ту, после которой архив сгорит вместе с людьми наверху.

А затем у Клары зазвонил телефон.

Она взглянула на экран, и кровь отхлынула от её лица.

— Это номер моего дома, — прошептала она.

Я забрал телефон, но звонок уже оборвался. Через секунду пришло сообщение с фотографией.

На снимке была её пустая квартира, распахнутая дверь и детская коробка с вещами её брата.

Под фотографией стояли всего четыре слова: «Ты опоздала. Он у нас».

Клара подняла на меня глаза.

— Адриан, если они нашли моего племянника, я отдам им всё.

В этот момент за стеной раздался первый взрыв, и свет в гараже погас…