Я опоздала в кабинет мафиозного босса, оставляя кровавый след, но когда он увидел мою рану, его лицо изменилось

Когда я вошла в кабинет Деклана Махера, на его светлом дубовом полу уже лежала дорожка моей крови.

Дождь закончился двадцать три минуты назад, но вода всё ещё стекала с моих волос за воротник рубашки. Правая нога почти не слушалась. Я держалась за латунную ручку двери и старалась не смотреть вниз, потому что знала: если увижу, сколько крови оставила по пути, то наконец испугаюсь.

Деклан стоял у окна Французского квартала, спиной ко мне. На его столе лежал старый латунный компас, а рядом — папка с моим отчётом о городском мосте.

Он обернулся.

— Вы опоздали, госпожа Ван.

Я попыталась улыбнуться.

— Простите. Пробки.

Его взгляд опустился на мой брючный костюм. Чёрная ткань промокла насквозь, а от бедра вниз была почти бордовой.

Деклан ничего не спросил. Просто пересёк комнату.

Я успела вытащить из внутреннего кармана флеш-накопитель, обмотанный жёлтой изоляционной лентой. Лента была испачкана кровью.

— Расчёты закончены, — прошептала я. — Подтвердите сделку. Скажите, что Петру отпустят.

— Откуда у вас эта рана?

— Сначала сделка.

Колени подломились. Деклан поймал меня прежде, чем я ударилась о мраморный порог. Его руки сомкнулись вокруг моей спины, и я услышала, как он резко втянул воздух.

— Серса.

Он произнёс моё имя так, будто впервые понял, что оно ему знакомо.

Я сунула накопитель ему в ладонь.

— Не потеряйте.

Потом всё вокруг качнулось.

Очнулась я на его кожаном диване. Под головой лежала свёрнутая подушка, пахнущая табаком и мятным мылом. Деклан разрезал ткань на моей ноге складным ножом и прижимал к ране белое полотенце.

— Уберите руки, — выдохнула я.

— Если уберу, вы истечёте кровью.

— Вы не врач.

— Зато знаю, как не дать человеку умереть до приезда врача.

— Очень утешает.

Он посмотрел мне прямо в глаза.

— Кто это сделал?

Я отвернулась к окну. По стеклу ползли последние капли, и каждая казалась мне маленькими часами, отсчитывающими остаток сил.

— Я сама упала.

— Ножом?

— Неудачно упала.

В дверях появился Реми, его огромная рука сжала дверную коробку.

— Здание закрыто, — сказал он. — Никто не вошёл и не вышел.

— Позвони Фонтено, — приказал Деклан. — И найди того, кто привёз её сюда.

— Я приехала одна.

— Это не вопрос.

Реми исчез.

Деклан усилил давление на рану. В глазах потемнело, но я не закричала. Две недели назад он предложил мне сделку: я передаю ему заключение о реконструкции моста, а он добивается освобождения моей сестры Петры, которую обвинили в подделке государственных документов.

Я не доверяла Деклану. Но знала, что он умеет исполнять обещания.

— Накопитель, — сказала я.

— Под шкафом.

— Возьмите его.

— Сначала вы останетесь в сознании.

— Деклан, если там то, что я думаю, за Петрой придут сегодня ночью.

На его лице впервые появилось что-то похожее на тревогу.

— Что именно вы нашли?

Я открыла рот, но в коридоре раздался грохот. Кто-то ударил в запертую дверь. Реми вытащил оружие.

Деклан медленно поднялся, не отпуская полотенце. За дверью послышался женский голос:

— Господин Махер, у нас распоряжение на обыск.

Я увидела, как Реми посмотрел на Деклана. Тот — на меня. Затем мужчина наклонился, поднял с пола окровавленный накопитель и протянул руку к папке на столе……

ЧАСТЬ 2

…Его пальцы почти коснулись папки, когда дверь распахнулась от удара.

В кабинет ворвались трое полицейских. Впереди стояла женщина в мокром плаще, с бумажным распоряжением в руке. Её звали инспектор Лора Бекетт. Я знала это имя: именно она подписала ордер на арест Петры.

— Всем отойти от стола! — крикнула она.

Реми поднял руки, но не выпустил оружие из кобуры. Деклан заслонил меня плечом.

— У вас нет права входить сюда без предупреждения.

— Предупреждение вы получили, когда моя сотрудница трижды постучала.

— Она ударила в дверь.

— Значит, дверь была крепче вашей выдержки.

Бекетт развернула лист.

— Обыск связан с возможным подкупом государственного инженера Серсы Ван и сокрытием доказательств по делу Петры Ван.

Я почувствовала, как холод от пола поднимается по спине.

— Это ложь, — сказала я.

— Тогда вам нечего бояться.

— Я боюсь не за себя.

Деклан бросил на неё такой взгляд, что молодой полицейский у стены невольно отступил.

— Выйдите, — сказал Деклан. — Врач уже едет.

— Пусть едет. А пока мы осмотрим помещение.

Фонтено появился через пять минут. Он принёс чёрный медицинский чемоданчик, пахнущий спиртом и камфорой. Пока он зашивал рану, я слышала, как полицейские открывают ящики и переворачивают документы.

— Порез глубокий, — сказал врач. — Ещё десять минут, и вы бы потеряли сознание окончательно.

— Я торопилась.

— Сюда люди обычно торопятся только по двум причинам: их преследуют или они очень глупые.

— Меня преследовали.

Деклан стоял у окна, сжимая накопитель в руке. На жёлтой ленте проступили красные пятна. Этот нелепый цвет вдруг показался мне единственной вещью в комнате, которая не пыталась притворяться чистой.

Инспектор подошла к столу.

— Господин Махер, передайте накопитель.

— Он принадлежит госпоже Ван.

— Она ранена и находится под подозрением.

— Она находится под моей защитой.

— Так вы подтверждаете связь?

Деклан улыбнулся без веселья.

— Я подтверждаю, что вы слишком долго говорите, пока человек истекает кровью.

Я потянулась к его руке.

— Отдайте ей копию.

Он резко повернулся.

— Вы понимаете, что на нём?

— Лучше, чем вы.

— Тогда объясните.

Фонтено закончил перевязку и отступил. Я села, чувствуя, как под бинтом пульсирует нога.

— Две недели назад я получила заказ на проверку опор старого моста Святого Армана. В официальных расчётах всё выглядело нормально. Но под слоем бетона кто-то заменил армирующие балки на более дешёвый сплав.

Бекетт нахмурилась.

— Вы должны были сообщить в управление.

— Я сообщила. На следующий день мой руководитель погиб в автомобильной аварии.

В кабинете стало тихо.

Деклан смотрел на меня, не моргая.

— А потом арестовали Петру, — сказал он.

— Ей подбросили документы. Она работала в архиве и случайно нашла счета подрядчика. Поэтому её сделали виновной.

— Почему вы пришли ко мне?

Я посмотрела на его отражение в окне.

— Потому что подрядчик принадлежит человеку, которого даже полиция боится назвать.

Бекетт шагнула вперёд.

— Достаточно. Накопитель на стол.

Деклан положил его рядом с компасом. Я заметила, что его большой палец прикрывает край жёлтой ленты.

— Там есть запись, — сказала я. — Разговор из подземного гаража.

— Чей разговор? — спросил он.

Я медленно вдохнула.

— Вашего брата.

Реми впервые побледнел.

Деклан не шелохнулся, но компас на столе дрогнул, когда его рука легла рядом.

— У меня нет брата, — произнёс он.

— Вы так думали.

Инспектор выхватила накопитель, но Деклан перехватил её запястье. В этот момент в коридоре зазвонил его телефон. Один раз. Второй. Третий.

Он отпустил Бекетт и ответил.

— Говори.

Лицо Реми изменилось раньше, чем лицо Деклана.

— Что случилось? — спросил Деклан.

На другом конце кто-то произнёс несколько слов.

Деклан медленно посмотрел на меня.

— Петру увезли из тюрьмы.

Я почувствовала, как под бинтом снова открывается рана.

— Кто?

Он выключил телефон.

— Люди, которые знали, что вы принесёте этот накопитель.

И тогда из динамика телефона, который он ещё не успел убрать, донёсся мужской голос:

— Если хотите увидеть сестру живой, пусть Махер приедет один…

ЧАСТЬ 3

…Деклан включил громкую связь.

Мужчина повторил:

— Один час. Старый элеватор у реки. Без людей, без полиции и без оружия.

— Дайте Петру, — сказал Деклан. — Я хочу услышать её голос.

В ответ раздался короткий смех.

— Ты всегда был слишком осторожным, Деклан. Именно поэтому я оставил тебе самое простое задание: выбери, кого спасать.

Связь оборвалась.

Деклан смотрел на потемневший экран. Потом протянул накопитель Фонтено.

— Откройте.

Инспектор Бекетт резко подняла подбородок.

— Я не позволяла.

— Тогда арестуйте меня после того, как увидите, почему вашу сотрудницу увезли из охраняемой тюрьмы.

Фонтено вставил накопитель в ноутбук. На экране появилось зернистое изображение подземного гаража. Время записи — три дня назад, половина второго ночи.

Я узнала место сразу. Это был гараж под зданием городского управления.

На записи стояли двое мужчин. Один — мой бывший начальник Артур Кейн. Второй повернулся к камере.

Деклан застыл.

— Кто это? — прошептала Бекетт.

— Лиам, — ответил он.

— Вы сказали, что у вас нет брата.

— Я сказал, что у меня нет брата, которого я знаю.

На экране Лиам Махер держал папку с печатью городского департамента. Он был моложе Деклана, с таким же резким подбородком и тем же шрамом над бровью.

— После обрушения всё спишут на Серсу Ван, — говорил Лиам. — Её сестра уже готова взять вину на себя.

Кейн нервно спросил:

— А Махер?

— Деклан получит отчёт и будет думать, что контролирует сделку. Он никогда не заметит, что след ведёт к нему.

Я вскочила, забыв о ноге.

— Вы слышали?

Деклан не ответил.

Запись продолжалась.

— Девушку не убивать, — сказал Лиам. — Пусть живёт. Шрам напомнит ей, что бывает с теми, кто слишком много считает.

У меня задрожали руки. Фонтено положил ладонь мне на плечо, но я не почувствовала прикосновения.

Кейн спросил:

— А если она принесёт доказательства Махеру?

Лиам усмехнулся.

— Тогда он сам привезёт нам и доказательства, и себя.

Экран погас.

Деклан стоял неподвижно. Только его пальцы медленно сжимались в кулак.

— Значит, это вы устроили аварию моего начальника, — сказала я.

— Не я.

— Но ваш брат использовал ваше имя.

— Я найду его.

— Сначала найдите Петру.

Бекетт забрала ноутбук.

— Теперь у нас есть основания для немедленного задержания Лиама и Кейна.

— У вас есть запись, — сказал Деклан. — Но не живой заложник.

Он достал телефон.

— Реми, собери людей.

— Вы слышали условие, — сказала я. — Он ждёт вас одного.

— Поэтому я поеду один.

— Нет. Он ждёт человека, которого можно шантажировать. А вы больше не такой человек.

Деклан посмотрел на меня.

— Вы едва стоите.

— Но я знаю схему моста. Элеватор связан с подземным тоннелем. Если Лиам прячет Петру там, главный вход — ловушка.

В этот момент телефон Бекетт завибрировал. Она ответила и сразу побледнела.

— Что? Повторите.

Несколько секунд она слушала.

— Нет, это невозможно. Мы проверяли камеры.

Она медленно опустила телефон.

— Что случилось? — спросил Деклан.

— Камеры у элеватора только что включились. На одной из них видна Петра.

— Живая?

Бекетт посмотрела на меня.

— Да. Но рядом с ней стоит человек в форме полиции.

Деклан взял пальто.

— Кто?

Инспектор сглотнула.

— Мой заместитель. И он только что направил оружие на вашу сестру…