Я вырвала отравленное блюдо из рук хозяина поместья, и человек рядом с ним вдруг перестал улыбаться

— Не ешьте это!

Моя ладонь накрыла фарфоровую тарелку за секунду до того, как Винсент Калдер поднёс вилку к губам.

Я рванула её на себя так резко, что серебряные приборы звякнули о край стола. Соус плеснул на белую скатерть, а двенадцать мужчин в дорогих костюмах одновременно замолчали.

В столовой поместья стало так тихо, что я услышала, как в камине лопнуло полено.

Охранники у стен подняли оружие.

Я держала тарелку обеими руками, чувствуя, как фарфор впивается в пальцы. Передо мной сидел Винсент Калдер — человек, которого в округе боялись даже те, кто никогда не произносил его имени вслух. Я три года работала на его кухне и за всё это время обращалась к нему только по необходимости.

А сейчас я стояла рядом с его креслом и фактически отняла у него ужин.

— Поставьте тарелку, — спокойно сказал он.

От этого спокойствия мне стало страшнее, чем от направленных на меня стволов.

— Не могу.

— Лена, ты с ума сошла? — вскочил его двоюродный брат Натан Калдер. — Немедленно отдай блюдо.

Я почти не слышала его. Мой взгляд был прикован к ломтикам оленины и густому соусу, блестевшему под светом люстры.

Розмарин. Красное вино. Лук-шалот. Чёрный перец.

И ещё один запах.

Сладковатый, влажный, горький. Такой появляется, если раздавить стебель болотной травы и оставить его на камне после дождя.

Я знала этот запах. В детстве моя мать лечила им мышечные судороги, но однажды соседский мальчик выпил слишком крепкий настой и едва не умер. Некоторые растения не убивают сразу. Они просто заставляют сердце забыть, как нужно биться.

— Что с блюдом? — спросил Винсент.

— В соус попало не то растение.

Главный повар Эверетт Прайс резко отодвинул стул.

— Это невозможно. Я лично проверил все продукты.

— Я готовила первую порцию, — ответила я, не поворачивая головы. — Но этот соус не из моей кастрюли.

Натан усмехнулся.

— Удобно. Ошиблась — и сразу обвиняешь кухню.

Винсент взял вилку, но не прикоснулся к тарелке.

— Позовите Аарона.

Официальный дегустатор стоял у окна. Он побледнел, когда два охранника забрали у меня блюдо и поставили его перед ним.

— Господин Калдер… — начал я.

— Если это просто ошибка, с ним ничего не случится, — сказал Винсент.

Аарон попытался пошутить:

— Я переживал ужины и похуже.

Он отрезал маленький кусок мяса, обмакнул его в соус и проглотил.

Прошла минута.

Потом вторая.

Я уже почти убедила себя, что ошиблась, когда рука Аарона дёрнулась. Стакан выпал, разбившись о мраморный пол. Он схватился за грудь и рухнул лицом на стол.

Кто-то закричал. Двери заперли. Охрана окружила Винсента.

Я стояла неподвижно, пока доктор Сэмюэл Рид вводил Аарону лекарство. На белой скатерти расползалось красное пятно от вина, похожее на кровь.

— Он жив, — сказал доктор. — Но сердце сбилось с ритма. Нужно выяснить, что он съел.

Винсент медленно поднялся.

— Все выйдут. Останутся Натан, Эверетт, доктор и повар.

Когда двери закрылись, он посмотрел на меня.

— Что именно вы почувствовали?

Я рассказала о сладковатом запахе, о горечи и о том, что тарелка Винсента пахла сильнее всех остальных.

Эверетт шагнул ко мне.

— Она врёт. Соус готовила она.

— Первую кастрюлю, — сказала я. — Но кто-то заменил её после того, как я ушла из кухни.

Винсент повернул голову к Нтану.

— Кто имел доступ к плите?

Натан уже не улыбался. Он положил ладонь на спинку стула, и я заметила, как побелели его пальцы.

Доктор наклонился над тарелкой.

— Если это то, о чём я думаю, лекарство от сердечной аритмии могло усилить действие вещества.

Винсент снова посмотрел на меня.

— Я принимаю такое лекарство?

Я открыла рот, но ответить не успела. В коридоре раздались тяжёлые шаги, а затем дверь начала медленно открываться. В руке вошедшего человека была тонкая кожаная папка, и он уже тянулся к застёжке…

ЧАСТЬ 2

…Папка раскрылась прямо передо мной.

Из неё выпал небольшой прозрачный пакет с засохшими зелёными стеблями. Он упал на стол рядом с тарелкой, и я сразу почувствовала тот же запах — сладкий, влажный, горький.

Вошёл управляющий поместья Оливер Грант. Его лицо было напряжённым.

— Камеры кухни отключались сегодня в восемь сорок две, — сказал он. — Я нашёл это у мусорного выхода.

Натан медленно повернулся к нему.

— Ты обвиняешь кого-то из присутствующих?

— Я сообщаю то, что обнаружил.

Винсент поднял пакет двумя пальцами.

— Где именно ты его нашёл?

— В ведре для стекла. Его положили сверху, чтобы его быстро заметили.

У меня пересохло во рту. Кто-то хотел, чтобы этот пакет нашли. Но почему тогда спрятал его так небрежно?

Эверетт ткнул пальцем в мою сторону.

— У неё был доступ к травам. Она знала привычки господина Калдера. Она могла выбрать именно его тарелку.

— Я не подходила к столу до того, как почувствовала запах, — ответила я.

— Ты сама это утверждаешь.

— А вы сами утверждаете, что проверяли кухню.

На несколько секунд мы смотрели друг на друга. У Эверетта дрогнула щека.

Винсент жестом остановил спор.

— Аарон принимал лекарства?

— Средство от разжижения крови и препарат от перебоев сердца, — сказал доктор Рид.

Он взял пакет щипцами и осторожно понюхал его.

— Некоторые растения усиливают действие обоих препаратов. Но без анализа я не назову вещество.

— А если его съел я? — спросил Винсент.

Доктор посмотрел на него.

— Вы принимаете средство от сердца. Если да, последствия могли быть смертельными.

В комнате стало холодно, хотя камин горел.

Натан резко подошёл к Винсенту.

— Тебе нужно уехать. Здесь больше нельзя оставаться.

— Почему?

— Потому что тот, кто сделал это, всё ещё внутри дома.

Винсент перевёл взгляд на его руку. Натан всё ещё держался за спинку стула. На манжете его рубашки виднелось маленькое зелёное пятно.

Я заметила его одновременно с ним.

— Это что? — спросила я.

Натан опустил глаза.

— Соус. Я наклонился над тарелкой.

— Вы не подходили к столу, — сказала я. — Вы сидели напротив Винсента.

Натан посмотрел на меня так, будто впервые увидел не повара, а угрозу.

— Осторожнее, Лена.

Винсент снял с его рукава салфеткой зелёный след и передал доктору.

— Оливер, запри кухню. Никто не покидает поместье.

— Даже вы? — спросил Натан.

— Особенно я.

Через десять минут в подвале кухни работал переносной анализатор. Я стояла у металлического стола и наблюдала, как доктор раскладывает образцы по стеклянным пластинам. Лампа над нами мигала, а от вытяжки пахло старым жиром.

— Ты уверена, что соус изменили после твоего ухода? — тихо спросил Винсент.

— Уверена. Я оставила на ручке кастрюли маленький бумажный колпачок. Так проверяю, открывал ли кто-нибудь крышку.

— И он исчез?

— Да.

Винсент долго молчал.

— Почему ты вообще заметила разницу?

Я коснулась медной мерной ложки, висевшей у плиты. Она была моей первой вещью на этой кухне. Я носила её на шнурке под фартуком и всегда использовала для пробных соусов.

— Мой отец не различал людей по голосам, — сказала я. — Он различал их по запаху. Я научилась у него.

В этот момент анализатор издал короткий звуковой сигнал.

Доктор нахмурился.

— В стеблях есть сердечный токсин. Но в соусе его концентрация была намного выше.

— Значит, кто-то его растворил? — спросил Винсент.

— Не просто растворил. Добавил после приготовления.

Дверь подвала захлопнулась.

Натан стоял на пороге.

— Винсент, нам нужно поговорить без свидетелей.

— Нет, — ответил Винсент.

— Ты не понимаешь, что происходит. Она пытается стравить нас.

Натан достал телефон и положил его на стол.

— Я нашёл запись с камеры. На ней видно, как Лена возвращается на кухню перед ужином.

Я почувствовала, как подкашиваются ноги.

— Это неправда.

Он нажал на экран. На записи женщина в белом поварском халате входила в кухню, наклонялась над кастрюлей и уходила.

Лицо было скрыто волосами, но фигура казалась моей.

Винсент смотрел на экран, потом на меня.

— Вы возвращались на кухню?

Я вспомнила, что в тот момент действительно заходила туда. Но не для соуса.

— Да. Но я не прикасалась к кастрюле.

— Что вы там делали?

Я открыла рот, однако в коридоре зазвонил телефон доктора Рида. Он ответил, выслушал несколько слов и медленно поднял на нас глаза.

— Аарон пришёл в сознание, — сказал он. — И назвал имя человека, который передал ему тарелку…

ЧАСТЬ 3

…— Он назвал имя Натана, — продолжил доктор. — Но сказал, что Натан не передавал ему блюдо лично. Он приказал охраннику поставить его на стол.

Натан застыл.

— Это ложь, — произнёс он.

Винсент смотрел на него без выражения.

— Аарон был без сознания.

— Он мог перепутать меня с кем угодно.

Я вспомнила зелёное пятно на его манжете и бумажный колпачок, исчезнувший с кастрюли. Всё сходилось слишком быстро, почти пугающе.

— Покажите запись целиком, — сказала я.

Натан усмехнулся.

— Ты теперь следователь?

— Нет. Но на видео у женщины другая обувь.

Он перестал улыбаться.

Оливер принёс увеличенную копию записи. На экране женщина в белом халате проходила к плите. На её ногах были чёрные туфли с узким каблуком.

Я всегда работала в кухонных сабо с толстой подошвой. В тот вечер они стояли у входа, и их белые носы были испачканы мукой.

— Это не я, — сказала я.

Винсент кивнул охраннику.

— Найдите женщину с такой обувью.

Натан резко повернулся к нему.

— Ты серьёзно собираешься верить повару?

— Я верю фактам.

Доктор Рид поставил на стол новый образец.

— Я получил результаты анализа следа на манжете. Это то же вещество, что было в соусе.

Натан посмотрел на зелёное пятно, словно видел его впервые.

— Я касался стола.

— На столе не было этого растения, — сказала я.

Винсент подошёл к нему вплотную.

— Зачем ты хотел меня убить?

Натан сжал челюсть.

— Я ничего не делал.

— Тогда объясни, почему три недели назад ты оформил перевод денег с моих счетов на фирму, зарегистрированную на имя твоего водителя.

В комнате стало тихо.

Я даже перестала дышать.

Натан повернул голову.

— Ты проверял мои счета?

— После того как исчезли деньги из порта.

— Я пытался защитить компанию.

— Ты пытался получить контроль над ней после моей смерти.

Натан отступил. На его лице впервые появилась не злость, а настоящий страх.

Оливер включил запись с другой камеры. На ней Натан входил в кухню в восемь тридцать семь, а через пять минут выходил, держа в руке маленький флакон. Он остановился у мусорной двери, спрятал пакет со стеблями и посмотрел прямо в объектив.

— Я знал, что камера там, — прошептал Натан.

— Именно поэтому ты оставил улику, — сказала я. — Ты хотел подставить меня, но не заметил вторую камеру.

Винсент взял телефон.

— Позвоните полиции.

Натан вдруг рассмеялся. Смех вышел сухим и чужим.

— Ты думаешь, это всё? Даже если я сяду, документы уже подписаны. Завтра утром порт, клубы и строительные фирмы будут принадлежать людям, которых ты не контролируешь.

— Какие документы? — спросил Винсент.

Натан посмотрел на него.

— Те, что ты сам подписал месяц назад.

Винсент замер.

Я увидела, как он достал из внутреннего кармана телефон, проверил сообщение и побледнел.

На экране было всего несколько слов: «Передача завершена. Наследница подтверждена».

— Что значит «наследница»? — спросила я.

Винсент медленно поднял глаза на меня.

— Лена, где вы были двадцать семь лет назад?

Я почувствовала, как медная ложка под фартуком ударилась о ребро.

Натан перестал сопротивляться. Он смотрел на меня так, будто знал ответ задолго до Винсента.

И в этот момент за дверью раздался новый звонок. Звонил не телефон Винсента и не аппарат доктора. Это был мой старый мобильник, который я не включала почти десять лет.

На экране высветилось имя моей матери…