Я сорвалась с горной дороги вслед за чужой машиной, но когда спасённый мужчина увидел меня, его охрана подняла оружие

— Не стреляйте! — крикнул Данте Моретти, и сразу три ствола замерли в нескольких шагах от моего лица.

Дождь стекал по его вискам, смешиваясь с кровью. Я стояла на коленях в грязи, прижимая ладонь к его плечу, а под нами чернела пропасть, куда только что рухнула машина. На моём запястье болтался медный компас отца — единственная вещь, которую я носила не ради работы. Он зацепился за мокрую ветку и больно впился в кожу.

— Вы слышали меня? — спросил Данте.

— Я слышала, как собирались убить вас.

Один из мужчин шагнул ближе. На его пальце блеснуло массивное кольцо, а голос был холоднее дождя:

— Босс, она могла сама устроить аварию.

— Тогда почему я лежу здесь, а она вытянула меня из машины? — Данте попытался подняться и застонал.

Я подхватила его под локоть.

— Не двигайтесь. У вас, кажется, сломано ребро.

— Кажется?

— Я официантка, а не врач.

Он посмотрел на меня так, будто впервые за много лет услышал честный ответ. Потом его лицо стало жёстким.

— Как вы узнали про тормоза?

В тот момент наверху завыла сирена. Между деревьями показалась машина спасателей, но люди Данте уже окружили дорогу. Я поняла: с этой минуты моя обычная жизнь закончилась. Если он умрёт, я стану свидетелем. Если выживет, стану подозреваемой.

В полицейской машине, у подножия перевала, было почти одиннадцать ночи. Фельдшер перебинтовывал мне ладонь, а я смотрела, как Данте уносят к чёрному внедорожнику. Его водитель, высокий мужчина по имени Марко, остановился рядом.

— Откуда вы знали? — повторил он.

— Я услышала разговор в ресторане.

— Чей разговор?

— Вашей хозяйки.

Марко резко поднял глаза.

В этот момент Данте, уже сидевший в машине, произнёс:

— Привезите её в дом.

— Я никуда не поеду, — сказала я.

Он повернул ко мне голову.

— Мисс Филдс, люди, которые пытались меня убить, теперь знают, что вы слышали их. Вы думаете, они позволят вам вернуться домой?

Я хотела ответить, что у меня нет дома — только тесная квартира над прачечной и просроченная квитанция за электричество. Но в кармане зазвонил мой телефон.

Номер был неизвестным.

— Кара? — раздался женский голос.

Я узнала его сразу. Ванесса.

— Если ты скажешь Данте хоть слово о том, что услышала, — прошептала она, — твой младший брат не доживёт до утра.

У меня перехватило дыхание.

Данте протянул руку.

— Дайте телефон.

Я не успела ничего сказать. Вдали хлопнула дверца машины, и Марко достал из внутреннего кармана тонкую чёрную папку. Он раскрыл её прямо под дождём, вынул один лист и положил палец на строку с моим именем.

— Босс, это невозможно, — сказал он. — Она не просто официантка. Её отец был…

Данте резко поднял руку, заставляя его замолчать. Затем сам потянулся к папке, и его пальцы коснулись первой страницы…

ЧАСТЬ 2

— Её отец был человеком, которого я приказал найти? — спросил Данте.

Марко замолчал. Дождь барабанил по крыше внедорожника, а я стояла рядом, чувствуя, как медный компас на браслете холодеет на коже. Когда-то отец подарил его мне перед последним рейсом и сказал: «Если потеряешь дорогу, стрелка всё равно покажет, откуда ты пришла». Я не видела его двенадцать лет.

— Говорите, — потребовала я.

Данте забрал папку у Марко.

— В машине. Сейчас.

— Сначала скажите, где мой брат.

Он посмотрел на меня без раздражения. Это было хуже.

— Как его зовут?

— Ной. Ему девятнадцать.

— Марко, проверьте дом Филдс. Немедленно.

Через двадцать минут мы ехали по мокрой трассе. Я сидела напротив Данте, прижав разбитую ладонь к колену. Его рубашка была разорвана у плеча, но он держался так, будто падение с обрыва было всего лишь неприятной задержкой.

— Вы знали моего отца? — спросила я.

— Я знал человека по имени Элиас Филдс.

— Он был автомехаником.

— Он ремонтировал машины для моей семьи.

— А потом исчез.

Данте сжал челюсть.

— Я думал, его убили.

— Кто?

— Именно это я пытаюсь выяснить.

В половине двенадцатого мы подъехали к моей квартире. Дверь была распахнута. Внутри горел свет, а на полу лежала перевёрнутая кружка с нарисованной жёлтой звездой — подарок Ноя на мой двадцать первый день рождения.

— Ной! — крикнула я и бросилась внутрь.

В комнате пахло мокрой шерстью и дешёвым табаком. Окно было открыто. На подоконнике лежал телефон брата, раздавленный каблуком.

Я почувствовала, как внутри всё провалилось.

— Они забрали его, — прошептала я.

Данте осмотрел комнату, не касаясь вещей.

— Нет. Если бы хотели забрать, оставили бы следы борьбы.

— Вы хотите сказать, что он ушёл сам?

— Я хочу сказать, что они заставили его выйти.

На кухне Марко нашёл клочок бумаги под сахарницей. Там был адрес и время: гостиница «Северная», номер четыреста двенадцать, двенадцать тридцать.

— Это ловушка, — сказал он.

— Я иду, — ответила я.

— Вы останетесь здесь, — приказал Данте.

— Мой брат там.

— И именно поэтому вы не должны идти одна.

— А если он уже мёртв?

Эти слова повисли между нами. Данте отвёл взгляд первым.

В гостинице мы поднялись на четвёртый этаж ровно в половине первого. Дверь номера была приоткрыта. Внутри горела только лампа у кровати. Ноя не было. На покрывале лежал его красный шарф, а рядом — фотография отца, которую я хранила в кухонном ящике.

На обратной стороне фотографии кто-то написал: «Спроси Данте, почему Элиас не вернулся».

— Что это значит? — спросила я.

Данте побледнел.

Из ванной донёсся звук работающего крана. Марко поднял оружие, но Данте остановил его.

— Не стреляй.

Он сам открыл дверь. За зеркалом была спрятана маленькая камера, направленная на комнату. На столе лежал диктофон.

Из него раздался голос Ванессы:

— Кара, если ты это слушаешь, значит, Данте уже рассказал тебе не всё. Твой отец оставил после себя кое-что, чего мой муж боится больше смерти. И это находится не у него, а у тебя…

В этот момент телефон Данте зазвонил. Он ответил, выслушал несколько секунд и медленно поднял на меня глаза.

— Ной нашёлся, — сказал он.

— Где?

— В больнице. Его сбила машина.

Я шагнула к нему.

— Он жив?

Данте не ответил сразу. Потом в трубке раздался мужской голос, который слышала и я:

— Передайте Каре, что её брат выживет, если она принесёт вещь, которую Элиас спрятал перед исчезновением. Но принесёт её должна именно она…

Связь оборвалась, а Данте посмотрел на мой медный компас так, будто только сейчас понял, что я всё это время носила ответ на своей руке…

ЧАСТЬ 3

— Компас, — произнёс Данте. — Снимите его.

Мы стояли в пустом гостиничном номере в половине первого ночи. За окном мигала вывеска, а на ковре темнели следы грязи от моих ботинок. Я закрыла ладонью браслет.

— Это подарок отца.

— Он оставил внутри тайник.

— Откуда вы знаете?

— Потому что именно такой компас я когда-то передал Элиасу.

Я не сразу поняла его слова.

Данте достал из папки старую фотографию. На ней отец стоял рядом с чёрным автомобилем, моложе, чем я его помнила, а на его запястье блестел тот же медный компас.

— Он работал на меня, — сказал Данте. — Двенадцать лет назад он обнаружил, что мои бухгалтеры переводят деньги через фиктивные фирмы. Он собирался рассказать мне, но исчез раньше.

— Вы обвиняете его в краже?

— Нет. Я обвиняю себя в том, что не поверил ему вовремя.

Он протянул руку.

— Дайте компас.

Я сняла браслет. Данте поддел ногтем тонкую крышку на обратной стороне. Крошечная медная пластина щёлкнула и открылась. Внутри лежал свёрнутый кусочек прозрачной плёнки.

Марко включил настольную лампу. На плёнке были видны цифры, фамилии и даты переводов. Внизу стояла подпись: «В. Моретти».

— Ванесса, — прошептала я.

— Не только она, — ответил Данте.

Он включил диктофон из ванной. Сначала послышалось шипение, потом голос Виктора — любовника Ванессы:

— Тормоза сработают на третьем повороте. После падения все решат, что это авария.

Ванесса засмеялась.

— А потом ты станешь моим мужем. Только сначала убери механика и его дочь, если она знает хоть что-то.

Я закрыла рот рукой. Меня затошнило.

— Она знала, кто я? — спросила я.

— Знала, — сказал Данте.

Марко включил вторую запись. На ней Ванесса говорила с кем-то ещё, уже после аварии:

— Девушку нужно запугать. Мальчишку — использовать. Если Данте доберётся до плёнки, мы потеряем всё.

Данте слушал неподвижно. Только пальцы на его колене медленно сжимались.

— Босс, у нас есть признание и финансовые документы, — сказал Марко. — Этого достаточно, чтобы начать дело.

— Где мой брат? — спросила я.

Данте достал телефон и включил видеосвязь. На экране лежал Ной в больничной палате. У него была рассечена бровь, рука зафиксирована, но он был в сознании.

— Кара, не приезжай, — сказал он. — Здесь какой-то мужчина спрашивал про тебя.

В дверь палаты вошла медсестра, но за ней в отражении стекла появился знакомый силуэт.

Виктор.

Данте резко поднялся.

— Марко, заблокируй больницу.

На экране Ной повернул голову. Виктор уже стоял у его кровати и держал в руке шприц.

— Если вы хотите увидеть брата живым, — произнёс он, — приезжайте без охраны. И привезите плёнку.

Связь оборвалась. Данте схватил пистолет, но я остановила его.

— Если мы приедем так, он убьёт Ноя.

— Если не приедем, тоже.

На телефоне снова вспыхнуло сообщение. Адрес был не больницы, а старого гаража Элиаса Филдса. Внизу стояла одна фраза: «Приезжайте до двух. После этого вам останется только тело»…