ЧАСТЬ 4

…Роман медленно опустил телефон.

Виктор снова постучал.

— Роман, я знаю, что ты внутри.

Титан встал между дверью и нами. Его лапы скользнули по кафелю, но он не отступил.

Роман посмотрел на меня.

— Позвоните в полицию.

— Вы сами только что сказали, что половина города работает на вас.

— Не половина. Но достаточно, чтобы я больше никому не доверял.

Я набрала номер, а Лида заперла внутреннюю дверь. На экране телефона Романа появилось ещё одно сообщение: «Десять минут. Потом ангар загорится».

— Он там? — спросила я.

— Если мой брат жив, он там.

— А если это ловушка?

— Тогда я всё равно должен проверить.

— Не один.

Роман покачал головой.

— Анна, вы спасли Титана. Не заставляйте меня спасать вас.

— Тогда не заставляйте меня всю жизнь гадать, почему я позволила вам уйти.

Полиция приехала через семь минут. Не сирены, не мигалки — две неприметные машины остановились у соседнего магазина. Из первой вышла женщина в тёмном плаще.

— Детектив Сара Кин, — представилась она. — Роман, если вы действительно хотите вернуть брата и передать нам запись, сейчас самое время.

Роман усмехнулся без радости.

— Вы знали о Викторе?

— Мы подозревали. Доказательств не хватало.

— Теперь хватит.

— Если запись подлинная, да. Но нам нужно, чтобы вы не уничтожили её и не попытались решить всё сами.

Он вынул карту памяти и протянул ей.

— Я не буду ничего решать сам.

В этот момент дверь магазина распахнулась.

Виктор стоял на пороге с поднятыми руками. За ним никого не было.

— Роман, ты действительно поверил собаке и продавщице?

Титан зарычал.

— Не называй её продавщицей, — сказал Роман.

Виктор криво улыбнулся.

— Ты всегда был сентиментальным, когда дело касалось семьи.

Детектив Кин шагнула вперёд.

— Виктор Селин, вы задержаны для допроса по делу об убийстве Марка Кальдера, незаконном удержании человека и покушении на свидетеля.

— Где он? — спросил Роман.

Виктор посмотрел на него.

— Ты правда хочешь узнать?

— Где мой брат?

— В ангаре. Пока ещё.

Роман рванулся к нему, но я схватила его за рукав.

— Не отдавайте ему то, чего он хочет.

Он остановился.

И впервые послушал меня.

Через двадцать минут мы ехали к ангару под охраной. Дождь превратился в мокрый снег. Титан лежал в машине рядом со мной, положив голову мне на колени. Его дыхание было тяжёлым, но спокойным.

Двери ангара оказались заперты. Полиция взломала замок.

Внутри пахло бензином и ржавым железом. В дальней комнате нашли Марка — живого, обезвоженного, с перевязанным плечом. Он поднял глаза на Романа и тихо сказал:

— Ты долго.

Роман опустился перед ним на колени.

— Я думал, ты умер.

— Виктор хотел, чтобы ты так думал. Он годами управлял твоими решениями через эту ложь.

Марк рассказал, что семь лет назад Виктор организовал нападение, похитил его и заставил нескольких людей подтвердить смерть. Он хотел получить доступ к портовым счетам и убрать обоих братьев. Титан тогда был молодой служебной собакой и единственным свидетелем, который помнил его голос и запах.

Запись окончательно разрушила защиту Виктора. В тот же вечер его адвокат отказался представлять его, а утром следователи провели обыски в его доме, офисе и на складах. Нашли поддельные документы, платежи свидетелям и список людей, которых он собирался заставить замолчать.

Виктор впервые услышал собственные слова на записи через три дня, в комнате для допросов.

— Уберите контейнер до приезда Кальдера.

Его голос звучал спокойно. Почти буднично.

Следователь остановил запись.

— Это вы сказали?

Виктор смотрел на динамик.

— Это вырезано.

— Следующая фраза тоже?

«Собака видела всё. Пока она жива, риск остаётся».

Виктор закрыл глаза.

— Я не хотел никого убивать.

— Но приказали ударить собаку.

Он ничего не ответил.

Тогда до него дошло самое страшное: его предавала не чужая запись, а его собственный голос.

Через неделю я вернулась в магазин одна. Полиция сняла ленту с двери, но внутри всё казалось чужим. На полу возле стеллажа лежала пустая коробка из-под капсулы. Я подняла её, потом увидела на крючке свой фартук.

Медный свисток в форме желудя всё ещё висел на нём.

Титан уехал с Романом и Марком на лечение, но каждый вечер Роман звонил и спрашивал, можно ли привезти его ко мне. Я отвечала, что дверь для него открыта.

Через три недели Титан действительно вернулся.

Он вошёл медленно, остановился посреди магазина и посмотрел на меня. Потом подошёл и сел на мою правую ступню, как в тот первый вечер.

На этот раз он не дрожал.

Миша обнял его за шею.

— Он теперь наш друг?

— Похоже, он сам так решил.

Роман стоял у двери и держал в руках новый договор. Он предлагал выкупить мой магазин, оплатить ремонт и открыть рядом большой центр помощи животным.

— Я не хочу быть частью вашей империи, — сказала я.

— Это не империя. Это попытка исправить то, что я слишком долго не замечал.

— Тогда помогите без вывески со своим именем.

Он посмотрел на меня и кивнул.

Так появился небольшой приют за городом. Роман оплатил его, но имя на воротах поставили другое: «Дом Титана». Марк иногда приезжал помогать с собаками. Лида стала нашим постоянным ветеринаром.

Моя жизнь изменилась не громко.

Я стала просыпаться раньше, варила кофе в старой жёлтой турке, открывала магазин в восемь и записывала в тетрадь имена животных, которым нужен был дом. Миша рисовал на упаковках смешных собак и сердитых котов.

Первый снег выпал в ноябре.

Титан лежал у двери, а на его шлейке больше не было ни капсулы, ни металлических застёжек. Только мягкая ткань и маленькая нашивка, которую Миша пришил криво: «Не трогать без разрешения».

В декабре мне пришло письмо от Виктора.

Он писал, что раскаивается. Что хотел бы поговорить. Что Роман разрушил его жизнь, хотя сам много лет закрывал глаза на происходящее.

Я прочитала письмо до конца.

Потом ответила одной строкой:

— Я больше не буду спасать вас от последствий ваших решений.

И закрыла конверт.

Через несколько дней Роман спросил, не жалею ли я, что вмешалась тогда, в дождливый вечер.

Я посмотрела на Титана. Он спал у кассы, положив морду на лапы. Миша сидел рядом и раскрашивал новую игрушку.

— Нет, — сказала я. — Я жалею только о том, что он слишком долго боялся.

Медный свисток в форме желудя тихо звякнул, когда я наклонилась над ним.

Титан открыл глаза и снова положил лапу мне на ногу.

На этот раз я стояла не между ним и опасностью.