Я застала мужа с любовницей у себя дома, но после одной моей улыбки его новая женщина перестала улыбаться

Когда я вошла в спальню, любовница моего мужа спряталась за дверью ванной, а Игорь попытался убедить меня, что это всего лишь случайность.

Я вернулась из командировки на день раньше и специально никому не позвонила. Хотела удивить мужа. Вместо этого меня удивил запах дешёвого ванильного освежителя, которым кто-то пытался заглушить чужой парфюм.

В спальне царил ненормальный порядок. Кровать была заправлена так ровно, будто её натягивали чужие руки. На кухонном столе стояли две чашки. Моя любимая, с нарисованным гранатом и тонкой золотой трещиной по краю, была испачкана красной помадой.

Я налила себе виски и села напротив чашек.

Через сорок минут щёлкнул замок.

Игорь вошёл в новой рубашке, с биркой под воротником, и замер.

— Ань, ты же завтра должна была приехать, — сказал он.

— Я тоже рада тебя видеть.

Он снял ботинки мимо коврика, потом зачем-то поправил вазу с сухими ветками.

— Кофе пил?

— Что?

— На столе две чашки.

— Колян забегал. Помнишь Коляна? Он был проездом.

— У Коляна диабет. Он не пьёт кофе. И не пользуется помадой цвета клубничного заката.

Игорь открыл рот, но слова не вышли. От него пахло дорогим одеколоном, который я подарила ему на сорокалетие, и чужим потом.

Я встала.

— Позови её.

— Кого?

— Ту, которая сейчас держит дверь ванной, чтобы не скрипнула.

На несколько секунд в квартире стало так тихо, что я услышала, как остывает чайник. Потом дверь медленно открылась.

Она вышла босиком, в моей белой рубашке, которую я оставляла для поездок за город. Высокая, ухоженная, с влажными волосами и тем же оттенком помады на губах. В руке она держала мою чашку с гранатом, словно это был её дом.

— Игорь сказал, что вы почти не живёте вместе, — произнесла она.

— Игорь много чего говорит.

— Меня зовут Марина.

— А меня Анна. Жена человека, который, кажется, забыл предупредить вас о некоторых подробностях.

Игорь шагнул между нами.

— Не начинай, пожалуйста. Всё давно закончилось.

— Тогда почему она в моей рубашке?

Марина скрестила руки.

— Он сказал, что квартира скоро будет нашей.

Я посмотрела на мужа. Он побледнел, но быстро взял себя в руки.

— Анна, не устраивай сцен. Мы всё равно разводимся.

— Разводимся? — переспросила я.

— Я хотел сказать тебе спокойно.

— Ты привёл её в нашу спальню, пока я была в командировке. Это и есть твой спокойный разговор?

Марина поставила чашку на стол. Золотая трещина блеснула под светом.

— Игорь, ты говорил, что дом принадлежит тебе.

Он резко повернулся к ней.

— Марина, замолчи.

И тогда я улыбнулась.

— Наверное, муж не сказал тебе, что у нас написано в брачном контракте?

Игорь рванулся ко мне, но я уже доставала телефон. На экране высветилось имя человека, которого он не ожидал увидеть.

— Подожди, — сказала я. — Пусть сначала войдёт нотариус. Он привёз копию договора…

ЧАСТЬ 2

— Анна, ты с ума сошла? — Игорь схватил меня за запястье.

Я медленно посмотрела на его пальцы.

— Убери руку.

— Ты не понимаешь, что делаешь.

— Наоборот. Впервые за последние два года понимаю всё.

В этот момент в дверь позвонили. Один раз. Потом второй, коротко и настойчиво.

Марина отступила к кухонному окну. На её босой ноге блестела капля воды, а моя белая рубашка была застёгнута не на те пуговицы.

Игорь прошептал:

— Ты никого не вызывала.

— Вызывала.

— Кого?

— Человека, который знает, что ты подписывал.

Я открыла дверь. На лестничной площадке стоял нотариус Павел Сергеевич, с кожаной папкой под мышкой. Рядом находилась моя бухгалтер Елена, бледная и напряжённая.

— Вы вовремя, — сказала я.

Игорь перегородил проход.

— Это семейный разговор.

— Тогда почему здесь нотариус и бухгалтер? — спросила Марина.

Павел Сергеевич спокойно достал удостоверение.

— Я приехал по просьбе Анны Викторовны. Мне необходимо вручить документы обоим супругам.

— Никаких документов я получать не буду, — бросил Игорь.

— Можете не получать. Но факт вручения будет зафиксирован.

Елена протянула мне тонкий конверт. Он был не серым и не белым, а цвета тёмной сливы, с моей подписью на клапане.

Я почувствовала, как холод поднимается от ладоней к плечам.

— Ты всё это подготовила заранее? — спросил Игорь.

— Я начала готовиться, когда ты попросил меня продать бабушкину квартиру и вложить деньги в твоё дело.

— Это было наше общее дело.

— Нет. Моими были деньги. Твоим было только название.

Марина вскинула голову.

— Какое ещё дело?

Игорь посмотрел на неё так, будто впервые увидел.

— Не вмешивайся.

— Ты сказал, что фирма приносит миллионы и после развода всё достанется тебе.

Я услышала собственное дыхание. Именно эта фраза заставила меня нанять Елену для тайной проверки счетов.

— Он говорил тебе, что у него есть компания, — сказала я Марине. — Но не говорил, что контрольный пакет принадлежит мне.

— Это ложь, — процедил Игорь.

— Тогда позвони своему юристу.

Он достал телефон. Сначала набрал номер, потом ещё один. Никто не ответил.

Павел Сергеевич раскрыл папку.

— Игорь Андреевич, в брачном соглашении есть пункт о раздельном владении активами и компенсации при доказанной супружеской измене. Кроме того, все сделки с долей Анны Викторовны требуют её личного присутствия.

Марина побледнела.

— Но он сказал, что уже всё оформил.

— Он мог многое сказать, — ответила я.

Игорь вдруг усмехнулся.

— Ты думаешь, один договор меня остановит? Я перевёл деньги, Анна. Их уже нет. И завтра утром ты сама подпишешь бумаги, потому что без меня не сможешь удержать фирму.

Елена достала из сумки флешку и положила её на стол рядом с чашкой.

— Деньги не исчезли, — сказала она. — Мы нашли, куда они ушли.

Игорь замер.

Я впервые увидела в его лице настоящий страх.

— Что ты нашла? — спросила Марина.

Елена посмотрела на меня, словно ждала разрешения.

— Покажи, — сказала я.

Она подключила устройство к ноутбуку. На экране открылась запись с камеры в кабинете Игоря. В кадре он стоял у сейфа и говорил по телефону, но звук ещё не включался.

Павел Сергеевич наклонился к экрану.

— Анна, вам нужно знать, с кем он разговаривал.

Елена нажала на значок воспроизведения, и из динамиков прозвучал голос Игоря:

— Завтра она подпишет доверенность. А если не подпишет, Марина поможет мне сделать так, чтобы её признали недееспособной…

ЧАСТЬ 3

— …потому что после этого всё перейдёт под мой контроль, — закончил запись голос Игоря.

В комнате никто не шевельнулся.

Даже холодильник, который обычно гудел без остановки, будто замолчал вместе со всеми.

Марина медленно повернулась к нему.

— Ты хотел признать её недееспособной?

— Это вырвано из контекста.

— Какого контекста? — спросила я. — Того, где ты обсуждаешь, как забрать мою компанию?

Игорь резко подошёл к ноутбуку и попытался закрыть крышку, но Елена перехватила его руку.

— Не трогайте технику.

Павел Сергеевич встал между ними.

— Запись сохранена у нотариуса и передана следователю. Сейчас вы только ухудшаете своё положение.

Я смотрела на экран. В кадре Игорь открывал мой сейф. На его запястье были часы с треснувшим стеклом — подарок, который я купила ему после нашей первой большой сделки.

— Ты всё время думал, что я ничего не замечаю, — сказала я.

— Ты была занята своими поездками.

— Я работала, чтобы у нас был дом.

— Ты работала, чтобы командовать мной!

Марина отступила к раковине.

— Ты говорил, что она слабая и ничего не понимает.

— Марина, не лезь!

— А ты говорил, что любишь меня.

Игорь замолчал.

Елена открыла второй файл.

— Это выписки со счетов. За восемь месяцев Игорь перевёл почти семь миллионов рублей на фирму, оформленную на Мариныну двоюродную сестру.

— Я не знала, — прошептала Марина.

— Знала, — сказал Игорь. — Ты подписывала документы.

— Ты сказал, это обычные бумаги для рекламного проекта.

— Потому что ты ничего не понимаешь в бизнесе.

Марина сняла с пальца тонкое золотое кольцо и положила его на стол.

— Я тебе верила.

— Ты сама пришла ко мне.

— А ты сам обещал, что Анна ничего не получит!

Я закрыла глаза. Боль была странной — не острой, а усталой. Как будто внутри меня наконец опустили тяжёлый чемодан, который я слишком долго несла одна.

Павел Сергеевич достал из папки брачный контракт.

— Анна Викторовна, пункт четырнадцать подтверждает: при доказанной измене супруг, нарушивший обязательства, отказывается от прав на имущество, приобретённое на средства второго супруга. В пункте семнадцать указано, что доля в компании и квартира на Лесной улице принадлежат вам полностью.

Марина посмотрела на Игоря.

— Ты привёл меня сюда, чтобы я поверила, что это скоро станет моим домом.

— Я собирался всё исправить.

— После того как украл у неё деньги?

— Я не крал.

— Тогда почему деньги ушли на счёт моей родственницы? — спросила Марина.

У него задрожала рука.

Я подписала заявление о расторжении брака и передала Павлу Сергеевичу ключ от кабинета.

— С этого момента ты не входишь туда без моего разрешения.

Игорь рассмеялся, но смех получился сухим.

— Ты думаешь, выиграла? У тебя нет людей. Нет связей. Я уничтожу тебя раньше, чем ты успеешь открыть рот.

В ту же секунду у меня зазвонил телефон.

На экране был неизвестный номер.

— Анна Викторовна? — спросил мужской голос. — Если вы сейчас не приедете в банк, ваш муж подпишет продажу здания по доверенности, которую вы ему когда-то выдали.

Я посмотрела на Игоря.

Он впервые перестал улыбаться.

Но голос продолжил:

— И ещё одно. В сейфе нашли не только финансовые документы. Там лежит письмо, которое ваш муж собирался отправить именно вам…