Я танцевал с бухгалтером на закрытом приёме, когда она назвала меня мужем — и охрана внезапно побледнела

В тот вечер моя бухгалтерша обвила меня руками посреди самого закрытого благотворительного приёма Манхэттена и громко назвала мужем, а через секунду я увидел красную точку на своём лбу.

В бальном зале отеля «Олден-Хаус» на Пятой авеню играли скрипки. Под хрустальными люстрами смеялись люди, способные купить остров, судью и целую газету. Я стоял у окна с бокалом воды, когда Клара Уитмор вдруг пересекла зал, схватила меня за руку и потянула в танец.

Никто не успел остановить её. Даже моя охрана.

На Кларе было изумрудное платье, подчёркивавшее её мягкие, тяжёлые изгибы. В таких залах её обычно недооценивали. Люди видели пышную женщину с папкой и спокойной улыбкой, а не человека, который однажды за три часа уничтожил чужой многомиллионный бизнес одними таблицами и банковскими выписками.

Её ладонь легла мне на плечо.

— Улыбайтесь, — прошептала она.

Я почувствовал запах мяты и дорогих духов. Её пальцы были холодными, но не дрожали.

— Что происходит?

— Танцуйте.

Она развернула меня под звуки вальса. В зеркале за спиной начальника моей охраны я увидел крошечный красный отблеск. Он двигался по моему лбу.

Снайпер.

Рука сама потянулась к пистолету под пиджаком, но Клара резко сжала моё запястье.

— Не надо.

— Веди.

Я наклонился к её уху, продолжая улыбаться гостям.

— Держите спину ровно, — сказала она. — Если дёрнетесь, он выстрелит. Если я перестану улыбаться, Мейсон поймёт, что я его заметила.

Имя ударило сильнее, чем возможная пуля.

Мейсон Раск охранял меня семь лет. Он знал мои привычки, маршруты и слабости. Он стоял в трёх метрах от нас, в безупречном смокинге, с пальцами возле наушника.

— Он замешан?

— Я пока не могу доказать.

— Тогда что вы знаете?

Клара изящно повернулась, и зелёная ткань платья скользнула по моим ногам.

— За последние месяцы он вывел из ваших резервов четыре миллиона семьсот тысяч долларов.

Я едва не сбился с шага.

— Через подставные логистические компании, — продолжила она. — Часть зарегистрирована в Делавэре, часть в Неваде. Ещё одна работает в Джерси-Сити. Вчера я заблокировала аудиторские файлы. Сегодня Мейсон встречался с людьми Патрика Слоуна.

Я стиснул зубы.

Слоун шесть лет пытался протолкнуть свою сеть в Манхэттен. Он продавал запрещённые таблетки, спрятанные среди обычных лекарств. Я никогда не называл себя хорошим человеком, но эту грязь запрещал даже тем, кто работал на меня.

— Почему вы не сказали мне раньше?

— Потому что мне нужны были доказательства, которые переживут вашу вспыльчивость.

Я посмотрел ей в глаза.

— Вы считаете меня вспыльчивым?

— Адриан, вы много кто. Терпеливый — точно нет.

Я почти рассмеялся. Почти.

На другом конце зала Мейсон коснулся двух пальцев наушника. В ту же секунду Клара сильнее прижалась ко мне.

— Назовите меня своей женой.

— Что?

— Сейчас.

Я притянул её ближе.

— Моя жена, — громко произнёс я, заставив улыбку появиться на лице. — Ты опять устраиваешь сцену.

Несколько гостей обернулись. Клара рассмеялась, будто ей действительно было весело, и прижалась губами к моей щеке.

— Хорошо. Теперь наклоните меня.

— Зачем?

Её взгляд метнулся к отражению в хрустальной люстре.

— Потому что красная точка только что переместилась с вашего лба на мою грудь…

ЧАСТЬ 2

Я не спросил, откуда Клара знала, что движение точки означало смену прицела. Просто положил ладонь ей под лопатку и медленно наклонил её в танце.

Изумрудная ткань скользнула по мраморному полу. Клара оказалась ниже линии огня, а я повернулся так, чтобы закрыть её собой. Вокруг продолжали играть скрипки. Люди улыбались, не понимая, что смотрят не на танец, а на несколько секунд между жизнью и смертью.

— Теперь слушайте, — прошептала Клара. — На левом балконе есть дверь для прислуги. За ней лестница вниз.

— А стрелок?

— Его удерживает ваш человек на линии огня.

— Мейсон?

— Возможно. Именно поэтому мы не можем бежать.

Я выпрямил её и повёл к центру зала. На её пальце блеснул тонкий медный перстень с маленькой выемкой в форме полумесяца. Я видел его раньше, но никогда не спрашивал, зачем бухгалтеру нужна такая странная вещь.

— Что внутри файлов? — спросил я.

— Не файлы. Копии.

— Где оригиналы?

— У меня.

— В сумочке?

— Вы думаете, я пришла на приём с уликами в сумочке?

— Я думаю, что вы пришли сюда без предупреждения и обняли вооружённого человека посреди зала.

— Тогда думайте быстрее.

Мы прошли мимо стола с шампанским. Хрустальный бокал на краю дрогнул от чьего-то локтя и упал. Звон стекла заглушил тихий щелчок, донёсшийся с террасы.

Клара едва заметно вздрогнула.

— Это был выстрел?

— Нет. Холостой звук отвода затвора.

— Вы уверены?

— Я слишком часто слышал настоящий.

Мейсон уже шёл к нам. Его лицо оставалось спокойным, но большой палец всё время двигался по металлическому кольцу на руке. Когда-то он сказал мне, что носит его в память о погибшем брате. Теперь я заметил на внутренней стороне кольца крошечную царапину, похожую на букву «Р».

Патрик Слоун любил ставить такую метку на вещах своих людей.

— Господин Вейл, — произнёс Мейсон. — Всё в порядке?

— Более чем.

Клара улыбнулась ему.

— Мы просто решили сообщить всем, что поженились.

Мейсон посмотрел на неё слишком долго.

— Поздравляю, миссис Вейл.

— Вы не выглядите удивлённым.

— Я умею держать лицо.

— А я умею считать, — ответила она.

Уголок его рта дёрнулся.

Я почувствовал, как внутри поднимается холодная ярость. Но Клара незаметно провела ногтем по моей ладони: один раз. Предупреждение.

— Нам нужно поговорить в кабинете, — сказал Мейсон. — Наедине.

— Конечно, — ответил я. — После того как моя жена закончит танец.

— У вас нет времени на танцы.

— Ошибаетесь. Сегодня у меня его больше, чем у вас.

Мы направились к боковой двери. В этот момент официант с подносом врезался в одного из охранников. Бокалы посыпались на пол, гости закричали, музыка оборвалась. На секунду зал погрузился в хаос.

Клара толкнула меня плечом.

— Сейчас.

Мы нырнули за тяжёлую бордовую портьеру и оказались в узком коридоре. Там пахло воском, пылью и нагретыми проводами.

— Где доказательства? — спросил я.

Она сняла медный перстень и нажала на выемку. Внутри оказался крошечный ключ.

— Камера хранения на вокзале Гранд-Сентрал.

— Вы спрятали всё на вокзале?

— В месте, где ваш человек не стал бы искать бухгалтерские бумаги.

— А если я ваш враг?

Клара посмотрела на меня без улыбки.

— Тогда вы уже убили бы меня.

За дверью послышались шаги.

— Мейсон, — сказал я.

— Нет, — ответила она. — Их больше.

Дверь распахнулась. В коридор вошли двое мужчин в форме охраны отеля. Один поднял руку, и на его запястье я увидел ту же метку, что на кольце Мейсона.

Клара толкнула меня к лестнице.

— Бегите вниз!

— А вы?

— Я догоню.

— Я не оставлю вас.

Она впервые за вечер испугалась.

— Адриан, если мы оба останемся, они получат всё.

Один из мужчин достал оружие. Я ударил его локтем, услышал хруст и вырвал пистолет. Второй бросился на Клару. Она ударила его металлическим перстнем в горло.

Мы побежали вниз, а сверху уже гремели выстрелы.

В хранилище Гранд-Сентрал Клара открыла ячейку номер двести девятнадцать и достала тонкую папку, перевязанную красной лентой. Но прежде чем я успел спросить, что в ней, её телефон зазвонил.

Она посмотрела на экран и стала белой.

— Кто звонит?

Клара включила громкую связь.

Из динамика раздался голос Мейсона:

— Если хотите узнать, кто действительно отдал приказ стрелять, приезжайте в старый грузовой терминал через двадцать минут. И приезжайте один…

ЧАСТЬ 3

— Он врёт, — сказал я.

Мы стояли в пустом проходе Гранд-Сентрал. За стеклянной стеной часы показывали без пяти одиннадцать. На полу возле ячейки блестела капля крови: моя или чужая, я не понял.

Клара закрыла папку и прижала её к груди.

— Возможно. Но он знает, что стрелок не выстрелил.

— Потому что стрелок получил новый приказ.

— Или потому что Мейсон хочет, чтобы мы так думали.

Я выхватил телефон.

— Натан, перекройте все выходы из терминала. Никому не входить без моего приказа.

Клара перехватила мою руку.

— Вы не поедете туда без этого.

Она раскрыла папку. Внутри лежали распечатки переводов, фотографии встреч и флеш-накопитель, прикреплённый к листу скрепкой. Но главным был небольшой диктофон с красной кнопкой.

— Я записывала разговор Мейсона вчера, — сказала Клара. — Он признался, что вывел деньги и передал Слоуну списки ваших складов.

— А приказ убить меня?

— На записи он говорит, что приказ пришёл не от Слоуна.

Я посмотрел на неё.

— От кого?

Клара включила диктофон.

Сначала послышался гул ресторана, звон посуды и голос Мейсона:

— Адриан должен исчезнуть до полуночи. Иначе он узнает, кто подписал перевод.

Другой голос ответил:

— Он никогда не узнает. Вы слишком долго были рядом с ним, чтобы он заподозрил вас.

Я узнал этот голос.

Мейсон.

Он разговаривал сам с собой через устройство, изменяя тембр. Затем запись продолжилась его обычным голосом:

— А если он выживет?

— Тогда стреляйте в Клару. Он остановится, чтобы спасти её.

Клара закрыла глаза. Я почувствовал, как во мне что-то обрушилось.

— Это не всё, — прошептала она.

Она достала из папки последний лист. На нём стояла копия моего распоряжения о передаче контроля над холдингом в случае моей смерти. Подпись была моей, но я её не ставил.

— Мейсон подделал документы, — сказала Клара. — Он хотел получить ваши активы через доверенное лицо. Но есть ещё одна строка.

Я прочитал её и замер.

Получателем была указана компания «Северный мост», зарегистрированная на имя Патрика Слоуна.

— Значит, Слоун был заказчиком.

— Не главным.

Она перевернула лист. На обороте стояла фамилия, от которой у меня пересохло во рту.

— Кто это? — спросил я.

Клара не ответила.

В этот момент в зал вошёл Натан, мой начальник охраны. Он держал пистолет обеими руками.

— Адриан, отойдите от неё.

— Натан?

— Папку на пол.

Клара медленно подняла взгляд.

— Вы тоже?

— Я не хочу причинять вам вред.

— Тогда почему направили оружие?

Натан побледнел.

— Потому что у меня приказ.

— От кого? — спросил я.

Он посмотрел на оборот листа.

— От человека, который двадцать лет назад создал этот холдинг. От человека, которого вы считали погибшим.

В проходе стало так тихо, что я услышал гудение ламп.

Клара осторожно развернула страницу и повернула её ко мне.

Там было написано имя моего отца — Виктор Вейл.

— Это невозможно, — сказал я.

— Вот почему Мейсон не хотел, чтобы вы дожили до полуночи, — ответил Натан. — Ваш отец жив. Он вернулся в город. И он уже находится в старом грузовом терминале.

Телефон Клары снова зазвонил.

На экране высветился неизвестный номер.

Она ответила.

— Клара Уитмор? — спросил незнакомый голос. — Если вы хотите увидеть человека, которого Адриан потерял двадцать лет назад, приезжайте немедленно. Но приезжайте без полиции.

Я забрал у неё телефон.

— Передайте ему, что я уже знаю правду.

В трубке тихо рассмеялись.

— Нет, Адриан. Вы знаете только ту часть правды, которую вам разрешили увидеть…