Я приехала на дачу за тихими выходными, а у ворот меня встретила родня мужа — и его улыбка исчезла

— Раз привёз всю родню — сам и корми! — сказала я Андрею, забрала из багажника пакеты с продуктами и снова села за руль.

Он застыл посреди двора, будто я ударила его не словами, а ладонью. На крыльце замолчали сразу все. Свекровь Галина Петровна держала в руках мою любимую белую кружку с нарисованным домиком, а рядом с ней тётя Зоя уже раскладывала по ступенькам обувь.

Я ещё утром думала, что эти выходные будут только нашими.

В багажнике лежали курица, фарш, сыр, яйца, овощи, фрукты и продукты для рабочих обедов на неделю. Я потратила девять тысяч триста сорок рублей, хотя деньги пришлось снять со своей карты: Андрей накануне взял средства с общего счёта на срочный ремонт машины и обещал вернуть их после оплаты заказа.

В салоне рядом со мной стоял старый красный термос с белой потёртой полосой. Его подарил мне отец перед моей первой поездкой в институт. Я всегда брала его на дачу, потому что чай из него пах лесом и спокойствием.

В этот раз спокойствия не было.

— Оль, ну ты чего? — Андрей подбежал к водительской двери. — Люди уже приехали. Мы же всё обсудили.

— Что именно?

— Что проведём выходные вместе.

— Вместе — это ты, я и, кажется, двадцать человек, о которых я узнала у калитки?

Сестра Андрея, Лена, неловко кашлянула, но её муж Сергей продолжил выгружать из машины складные стулья. Двое мальчишек тащили спортивные сумки, а тётя Зоя уже спрашивала, где здесь душ.

— Не устраивай сцену, — тихо сказал Андрей.

— Сцену устроил ты, когда привёз сюда людей без моего согласия.

Галина Петровна поставила кружку на перила и поджала губы.

— Мы не чужие, Ольга. Или теперь родным людям надо приглашение выписывать?

— Родным людям обычно сообщают, что они приезжают.

— Андрей сказал, ты всё приготовишь, — вмешалась Лена. — Он даже говорил, что продукты уже куплены.

Я посмотрела на мужа. Он отвёл взгляд.

Вот тогда внутри у меня что-то медленно оборвалось.

Не потому, что пришлось бы готовить. Я могла накормить и десять человек. Но Андрей знал: на эти два дня мы собирались впервые за несколько месяцев остаться вдвоём. Он сам просил меня не брать телефон, обещал пожарить мясо и починить качели у веранды.

— Я ничего готовить не буду, — сказала я. — Продукты забираю.

— Ты не посмеешь, — прошипел он.

— Уже посмела.

Я открыла багажник. Пакеты один за другим исчезли в салоне. В руках у меня дрожал красный термос, и металлическая крышка тихо постукивала о край сиденья.

— Ольга, ты ставишь меня в ужасное положение, — Андрей схватил меня за локоть.

Я вырвала руку.

— Нет. В ужасное положение ты поставил себя сам.

Он понизил голос:

— Если сейчас уедешь, всё разрушишь.

— Что именно?

Андрей посмотрел на окна дома. За стеклом стояли его родственники и слушали каждое слово.

— Ты пока не понимаешь, что происходит.

— Так объясни.

Он открыл рот, но не успел ответить. Из кармана у него зазвонил телефон. Андрей взглянул на экран и побледнел.

А потом быстро убрал аппарат за спину.

Я заметила только первые слова сообщения: «Если до понедельника не будет подписи, дом…»

— Кто тебе пишет? — спросила я.

— Никто.

— Андрей.

Он шагнул к крыльцу, будто хотел закрыть от меня экран. Но в этот момент из дома вышел незнакомый мужчина в мокрых ботинках, с кожаной папкой под мышкой.

— Андрей Викторович? — спросил он. — Я приехал за документами. Вы обещали, что жена будет здесь.

Муж снова посмотрел на меня.

Мужчина раскрыл папку и потянулся к верхнему листу……

ЧАСТЬ 2

Мужчина уже вынул из папки прозрачный файл, но Андрей резко захлопнул её ладонью.

— Не здесь, — процедил он. — Мы поговорим внутри.

— Мы поговорим при всех, — сказала я.

У меня пересохло во рту. На пластиковой обложке я успела увидеть знакомую строчку: «Собственник — Ольга Сергеевна Мельникова». Ниже стояла моя фамилия, напечатанная с ошибкой в отчестве.

Незнакомец представился Романом Игоревичем, представителем агентства недвижимости. Он поправил мокрый рукав и нервно посмотрел на Андрея.

— Вы сказали, что согласие уже получено.

— Я сказал, что всё будет получено.

— Но вы назначили встречу на сегодня.

— Замолчите, — прошептал Андрей.

Лена спустилась с крыльца.

— Андрей, что происходит? Какое агентство?

— Ничего, — ответил он слишком быстро. — Это по ремонту.

— По ремонту не показывают документы на дом, — сказала я.

Сергей перестал улыбаться. Галина Петровна, наоборот, сжала губы и встала рядом с сыном.

— Ольга, не надо устраивать допрос. Андрей хотел сделать сюрприз.

— Какой?

Никто не ответил.

Роман Игоревич неловко кашлянул.

— Андрей Викторович сообщил, что дача будет переоформлена на его мать. Мы должны были подготовить договор дарения.

Ветер хлопнул ставней. Красная краска на деревянном крыльце осыпалась под моими пальцами, когда я вцепилась в перила.

— Переоформлена? — переспросила я.

Галина Петровна подняла подбородок.

— Ты всё равно почти не бываешь здесь. А нам нужен нормальный дом. Мы бы следили за участком.

— Это моя дача.

— Семейная, — поправил Андрей.

— Нет. Моя. Я получила её после смерти бабушки. У тебя есть только ключи, которые я сама тебе дала.

Андрей шагнул ближе.

— Ты обещала, что мы будем пользоваться ею вместе.

— Пользоваться — не значит дарить.

Из дома донёсся детский плач. Один из племянников уронил стеклянную банку с вареньем, и осколки разлетелись по кухонному полу. Лена бросилась его успокаивать, а Галина Петровна раздражённо крикнула, чтобы кто-нибудь принёс веник.

Я вдруг поняла: для них мой дом уже стал их домом.

— Ты сказал, что всё согласовано, — обратилась Лена к брату.

— Так и есть.

— Но Ольга ничего не знала.

— Она бы всё равно согласилась, если бы не капризничала.

Эти слова прозвучали тихо, однако услышали их все.

Я достала телефон.

— Сейчас позвоню нотариусу.

Андрей перехватил мой взгляд.

— Не надо.

— Почему?

— Потому что будет поздно.

— Для чего?

Роман Игоревич побледнел и открыл папку снова.

— Андрей, вы должны были предупредить супругу. Без её личного присутствия и паспорта договор не оформят.

— Я знаю.

— Тогда зачем вы меня сюда вызвали? — спросил тот.

Андрей молчал.

Я набрала номер нотариуса Веры Павловны, у которой хранились документы на участок. Она ответила не сразу, и каждый гудок отдавался у меня в висках.

— Ольга? — услышала я наконец.

— Вера Павловна, Андрей пытался оформить дарение дачи на свою мать?

На другом конце повисла пауза.

— Откуда у вас эта информация?

— Он привёз сюда агентство и всю семью.

— Тогда приезжайте ко мне завтра утром. И возьмите паспорт. Есть ещё один документ, который я обязана вам показать лично.

— Какой?

Вера Павловна вздохнула.

— Заявление от вашего имени. С вашей подписью. Но вы его не писали, правда?

Я посмотрела на Андрея.

Он стоял у ступеней и медленно белел.

— Нет, — сказала я. — Я ничего не подписывала.

В этот момент на телефон пришло новое сообщение с неизвестного номера: «Если хотите узнать, куда ушли деньги с общего счёта, проверьте шкаф в мастерской».

Я подняла глаза на тёмное окно пристройки.

Андрей бросился к двери первым……

ЧАСТЬ 3

Андрей рванул к пристройке, но Сергей успел перегородить ему дорогу.

— Отойди, — сказал Андрей.

— Сначала объясни, что в шкафу.

— Это моя мастерская.

— А деньги наши? — спросила я.

Голос прозвучал спокойнее, чем я себя чувствовала. Внутри всё тряслось, словно я стояла на краю крыши.

Мы вошли в мастерскую. Пахло машинным маслом, пылью и нагретой проводкой. На стене висели отвёртки, а под окном стоял железный шкаф с облупившейся зелёной дверцей.

Андрей достал ключ.

— Оль, давай поговорим без них.

— Мы восемь лет разговаривали без них. И вот к чему это привело.

— Ты не понимаешь, я хотел спасти нас.

— От кого?

Он не ответил.

Ключ повернулся в замке. На верхней полке лежали квитанции, несколько договоров займа и распечатка банковского счёта. Я взяла её первой.

С моего общего счёта Андрей перевёл четыреста восемьдесят две тысячи рублей на карту, о которой я никогда не слышала. Переводы уходили небольшими суммами в течение пяти месяцев.

— Это что? — спросила я.

— Временная мера.

— Ты украл наши деньги.

— Я возвращал долги.

— Какие долги?

Лена закрыла рот ладонью. Галина Петровна отступила к стене.

На дне шкафа лежала папка нотариуса. Внутри были копии моего паспорта, заявление о выдаче доверенности и договор дарения дачи Галине Петровне. На заявлении стояла подпись, похожая на мою, но буква «О» в фамилии была выведена другим нажимом.

— Я этого не подписывала, — сказала я.

— Подписывала, — резко ответил Андрей. — Просто забыла.

— Я никогда не забываю такие вещи.

— Ты была уставшая. Я попросил тебя подписать бумаги на ремонт.

— В тот день я была на работе до девяти вечера. Это подтвердят камеры.

Роман Игоревич медленно снял очки.

— Андрей Викторович, если подпись поддельная, вы подвергли меня серьёзному риску.

— Я никого не подставлял.

— Вы привезли меня сюда для оформления сделки без согласия собственника.

Я открыла последний лист. Там было написано, что после дарения Галина Петровна получает право распоряжаться домом, а Андрей становится её представителем. Внизу стояла дата — следующий понедельник.

— Ты хотел отдать мою дачу, чтобы расплатиться с долгами? — спросила я.

Андрей опустил глаза.

— Я хотел получить залог.

— Под мой дом.

— Я собирался всё вернуть.

— Ты собирался поселить сюда свою мать, привести родственников и заставить меня согласиться под давлением.

— Они бы помогли убедить тебя.

Галина Петровна резко повернулась к сыну.

— Ты сказал, что Ольга сама решила подарить мне дом.

— Мам, я всё исправлю.

— Ты сказал, что деньги уже у тебя.

Сергей тихо выругался. Лена заплакала, прижимая к себе сына.

Я достала из сумки телефон и включила запись разговора, которую начала делать ещё у машины. Голос Андрея прозвучал из динамика:

— Если сейчас уедешь, всё разрушишь.

— Что именно?

— Ты пока не понимаешь, что происходит.

В мастерской стало так тихо, что мы услышали, как в стене щёлкнул остывающий обогреватель.

Андрей смотрел на собственное лицо в чёрном экране телефона.

— Ты записывала меня?

— После того как ты схватил меня за руку — да.

Вера Павловна прислала сообщение: «Я проверила архив. Доверенность не выдавалась. Но сегодня утром кто-то пытался получить её копию по поддельному запросу».

Я показала экран всем.

Андрей качнулся, будто потерял равновесие.

И тут зазвонил мой телефон. Номер был из банка.

— Ольга Сергеевна, — сказал незнакомый голос, — мы обязаны предупредить: по вашему паспорту сегодня подана заявка на новый кредит под залог недвижимости. А завтра утром назначена встреча с оценщиком…

Андрей ещё не знал, что следующим утром к нему придут не за подписью…