ЧАСТЬ 4

…Я резко повернулась к нему.
— Моя мать?
Леонид понял, что сказал лишнее. Но фраза уже прозвучала, и Римма Павловна услышала её так же ясно, как я.
— При чём здесь её мать? — спросила она.
Леонид провёл ладонью по лицу.
— Ничего. Я оговорился.
— Ты слишком много оговариваешься, — сказала я.
Телефон в его руке снова зазвонил. Он сбросил вызов, но через несколько секунд пришло сообщение. Леонид прочитал его и сел.
— Что там? — спросила Римма Павловна.
— Покупатель моей квартиры требует подтверждение задатка.
Я почувствовала, как в груди стало пусто.
— Покупатель твоей квартиры?
— Я сказал «моей» в переносном смысле.
— Кто продаёт квартиру, Леонид?
Он не ответил.
Римма Павловна выхватила у него телефон. Прочитала сообщение. Потом подняла взгляд.
— Почему покупатель пишет тебе, если квартира Софьи?
Леонид потянулся за телефоном, но мать отодвинула руку.
— Отвечай.
— Я только собирал предложения.
— Ты назначил встречу с покупателем? — спросила я.
— Нет.
— На четверг, в одиннадцать утра, в нотариальной конторе на улице Лесной?
Он замолчал.
Я знала эту дату. Четверг был через день после свадьбы.
Марина Сергеевна прислала мне копию ещё одного листа, который нашла среди бумаг Леонида. Там не было моей подписи, зато имелась его собственноручная запись: «После регистрации получить доверенность. Перевести расчёт на общий счёт. Студию оставить как резерв».
Общий счёт означал счёт Леонида.
А слово «резерв» означало его квартиру.
— Ты не собирался покупать дом для нас, — сказала я. — Ты собирался продать мою квартиру, оставить свою студию и назвать результат семейным.
— Я собирался всё исправить потом.
— Что именно?
— Мы бы жили лучше.
— Кто «мы»?
Он посмотрел на меня, но ответила Римма Павловна:
— Ты, сынок, и твоя выгода.
Леонид вскочил.
— Мама, не лезь!
— Я продала квартиру из-за твоих обещаний. Подписала договор, потому что ты сказал, что Софья согласна. Теперь покупатель требует передачу денег, а у меня нет ни регистрации, ни новой квартиры.
— Ты получишь деньги завтра.
— И куда я пойду сегодня?
Он открыл рот, но слова не нашлись. Римма Павловна медленно сняла перстень, который купила на задаток за новую квартиру, и положила его на стол.
— Я внесла за него половину суммы. Если сделка сорвётся, потеряю деньги.
— Мы всё решим, — сказал Леонид.
— Нет, — ответила она. — Ты решал только до тех пор, пока расплачивались другие.
Я позвонила в банкетный зал при них. Голос администратора дрогнул, когда я попросила отменить заказ.
— Софья Андреевна, но до торжества два дня…
— Я знаю. Оформите расторжение. Оплату верните на мой счёт.
— А жених уже подтвердил перенос меню.
— Больше он ничего не подтверждает.
Леонид схватил меня за запястье.
— Ты не можешь вот так всё отменить.
Я посмотрела на его пальцы.
— Убери руку.
Он отпустил.
В этот момент к столику подошёл официант и положил передо мной конверт.
— Вам просили передать. Женщина оставила утром.
На конверте было написано: «Софье. От Риммы Павловны».
Римма Павловна нахмурилась.
— Я ничего не оставляла.
Я открыла конверт. Внутри лежал старый листок из школьной тетради и короткая записка.
«Я не знала, что он использует ваш адрес. Но знала, что он уже пытался продать студию два года назад. Я остановила его, потому что там жили мои племянники. Простите, что сказала не сразу».
Подписи не было.
— Кто это? — спросила я.
Леонид стал серым.
— Не имеет значения.
— Имеет.
Я позвонила по номеру, который был приписан внизу. Ответил молодой мужчина.
— Это вы сдавали студию?
— Да. Мы с женой. Простите, что вмешиваюсь, но ваш жених приходил к нам с риелтором. Хотел расторгнуть договор и продать квартиру. Мы отказались съезжать, потому что у нас ребёнок и договор до конца года.
— Почему вы прислали мне записку?
— Потому что вчера он пришёл снова. Сказал, что после свадьбы квартира станет частью общего имущества и нас выселят. Я понял, что вы можете не знать.
Леонид закрыл глаза.
Римма Павловна медленно повернулась к сыну.
— Ты хотел продать и свою квартиру.
— Я хотел вложиться в дом.
— Ты хотел, чтобы никто из нас не мог тебе помешать.
Он ударил кулаком по столу, но теперь этот жест выглядел не страшным, а беспомощным.
— Я устал быть человеком, у которого ничего не получается! У всех вокруг есть семьи, дома, планы. Я хотел один раз сделать всё правильно.
— Правильно — это спросить, — сказала я. — А не подделывать подпись и продавать чужое.
Он посмотрел на меня.
— Я люблю тебя.
— Может быть. Но ты любил ещё и жизнь, которую можно было построить за мой счёт.
Римма Павловна встала.
— Завтра я расторгну сделку с покупателем. Потеряю задаток, но не стану участницей твоего обмана.
— Мама, ты не можешь!
— Могу. Я уже позвонила покупателю, пока ты разговаривал с банком. Он согласился подождать, если я верну задаток из своих накоплений.
Она достала телефон.
— А квартиру ты будешь искать сама? — спросила я.
Римма Павловна посмотрела на меня устало.
— Если позволишь, я поживу у сестры. Не у тебя.
Это было самое честное решение за весь день.
Леонид попытался остановить её.
— Ты из-за неё отказываешься от новой квартиры?
— Нет, — сказала Римма Павловна. — Из-за тебя я отказываюсь от сделки, которой не понимаю. А из-за Софьи я наконец увидела, что происходило.
Через час я подписала отмену свадьбы и забрала из банкетного зала папку с договором. Администратор извинилась за то, что Леонид успел внести изменения в меню и список гостей. Я не стала объяснять ей всё. Некоторые истории не помещаются даже в свадебный зал.
Вечером я встретилась с жильцами студии. Они принесли с собой папку и маленькую пластиковую машинку, которую их сын нашёл под батареей.
— Это, кажется, вашего жениха, — сказал мужчина.
Я узнала игрушку. Леонид когда-то купил её для племянника, а потом забыл в студии.
— Оставьте себе, — сказала я. — Он всё равно больше туда не вернётся.
— Вы точно не будете нас выселять?
— У вас есть договор. Он действует.
Я связалась с нотариусом и отозвала все устные согласия, которые Леонид успел где-либо предъявить. Поддельную подпись Марина Сергеевна передала специалисту для проверки, но я не стала превращать свою жизнь в бесконечную череду кабинетов. Мне было важно не наказать его любой ценой, а остановить то, что он уже запустил.
Банк отказал ему в кредите. Покупатель квартиры Риммы Павловны забрал задаток после расторжения сделки. Новую квартиру она не купила и уехала к сестре в соседний город, чтобы начать поиски без его участия.
Леонид остался в своей студии один. Арендаторы не съехали. Они только попросили сменить замок на почтовом ящике, потому что он несколько раз приходил за письмами.
Через неделю он приехал ко мне на работу. Я увидела его через стеклянную перегородку переговорной. В руках он держал ту самую папку, которую пытался спрятать под полотенцем.
— Я принёс документы, — сказал он.
— Оставь их на стойке.
— Софья, выслушай меня.
— Я выслушала тебя в кафе.
— Я могу всё вернуть.
— Верни Римме Павловне деньги за задаток. Верни жильцам студии спокойствие. И уничтожь все копии моих документов.
Он опустил взгляд.
— А нас?
Я долго смотрела на него. Когда-то этот вопрос разбил бы меня. Теперь он звучал как просьба вернуть не любовь, а удобство.
— Нас уже нет в тех бумагах, которые ты подготовил.
Он положил папку на стойку и ушёл.
Я дождалась, пока он скроется за поворотом, и открыла её. Внутри лежала карточка рассадки с фамилией дяди Геннадия. Леонид, видимо, забрал её случайно вместе с документами.
На обороте я написала новый адрес для Риммы Павловны — адрес сестры, куда отправила ей копию договора и список проверенных риелторов.
Потом убрала карточку в папку с документами на квартиру.
Не как память о свадьбе.
Как напоминание о том, что любой семейный план начинается с одного простого вопроса: «Ты согласна?»
И в этот раз ответ прозвучал не за свадебным столом, а на обороте карточки с рассадкой: «Нет, Леонид».

Пропустили начало?

← Читать историю с первой части

ЧАСТЬ 4

Вам также могут понравиться эти истории: