Я услышал, как невеста угрожала служанке моей усадьбы, но когда вошёл в комнату, её улыбка исчезла

В три года Миа уже знала, как ходить бесшумно, чтобы взрослая женщина не успела закрыть рот.

— Тише, дядя Лоренцо. Иди за мной.

Её маленькая ладонь обхватила мой палец, и я позволил ей повести себя наверх. На Мии была красная юбка с криво пришитым карманом, из которого торчал деревянный кубик. Она ступала по ковру так осторожно, будто каждый скрип половиц мог стоить её матери работы, а ей — жизни.

Это было в половине шестого вечера, в моей усадьбе на окраине города. Внизу слуги накрывали стол к ужину, звенели фарфоровые тарелки, пахло воском и свежими лилиями. Всё выглядело привычно. Только Миа не должна была так бояться в доме, где я сам считал себя хозяином.

Она остановилась у спальни Изабеллы. Дверь была приоткрыта. Девочка подняла палец к губам, а потом спряталась за мою ногу.

Я наклонился и услышал голос Вивьен.

— Сегодня ты скажешь Лоренцо, что моя мать одобрила наш брак.

Елена, мать Мии, ответила едва слышно:

— Я не стану лгать ему.

— Тогда завтра ты уйдёшь отсюда без рекомендации. А через неделю ни один приличный дом не возьмёт тебя на работу.

— Пожалуйста, мисс Вивьен. Я ничего вам не сделала.

Я увидел Елену через щель. Она стояла у стены, прижимая к груди белое кухонное полотенце. На её запястье темнели следы пальцев. Вивьен держалась спокойно, даже ласково. Именно это напугало меня сильнее крика.

— Ты видела слишком много, Елена.

— Я никому не скажу.

— Уже говорила. Той девочке всё рассказываешь.

Миа вцепилась в мою брюку. Её деревянный кубик выпал из кармана и тихо ударился о пол.

Вивьен замолчала.

Я мог распахнуть дверь, схватить её за горло и заставить повторить каждую угрозу. Люди, знавшие мою фамилию, обычно не заставляли меня просить дважды. Но Вивьен заплакала бы, обняла Елену и заявила, что я сошёл с ума от ревности. К вечеру исчезли бы следы на запястье, а Елена испугалась бы ещё сильнее.

Я поднял Мию на руки и унёс в кабинет.

— Сколько времени она пугает твою маму?

Миа подняла три пальца.

— Три дня?

Она покачала головой.

— Три недели?

Снова нет.

Я почувствовал, как холодеют ладони.

— Три месяца?

Девочка кивнула и прижалась лбом к моей рубашке.

В кабинет вошёл Рокко, мой доверенный человек. В половине шестого он всегда проверял охрану, но одного взгляда на меня хватило, чтобы он запер дверь.

— Что случилось?

— Проверь всех, кто был связан с этим домом за последние четыре месяца, — сказал я. — Слуги, подрядчики, счета, визиты, переводы. Особенно Вивьен.

Рокко посмотрел на Мию.

— Она видела что-то ещё?

— Она поняла больше, чем мы.

Девочка вдруг потянулась к моему пиджаку и нащупала в кармане маленькую латунную пуговицу. Я носил её с детства на старом жилете отца, как талисман, хотя давно не помнил зачем. Миа вытащила пуговицу, сжала в кулачке и прошептала:

— Она прячет такое же.

— Где?

Миа показала вверх, в сторону комнаты Вивьен.

В этот момент внизу прозвучал гонг к ужину.

Через десять минут Вивьен вошла в столовую в светло-зелёном платье и улыбнулась мне так, словно не угрожала ребёнку за стеной.

— Ты выглядишь уставшим, дорогой.

— День был длинным.

— Тогда после ужина поговорим о свадьбе.

Я поцеловал её руку. Под пальцами у неё была холодная кожа.

— Обязательно.

Вивьен села напротив и не заметила, что Миа смотрит не на неё, а на лестницу.

Рокко вернулся перед десертом. Он положил на край стола тонкую папку, но не открыл её.

— Нашёл кое-что, — сказал он.

Вивьен подняла глаза.

Я положил ладонь на папку и улыбнулся ей.

— Покажи мне всё, Рокко…

❤️ Спасибо, что дочитали эту часть. Продолжение уже ждёт вас в первом комментарии. 👇
Если комментарий не виден, нажмите «Показать все комментарии».
Поставьте лайк и напишите «Да», если хотите узнать, что было дальше.

ЧАСТЬ 2

— Покажи мне всё, Рокко…

Он не открыл папку. Вместо этого поднял бокал с водой и сделал вид, что меняет салфетку. Вивьен следила за каждым его движением. На серебряной вилке дрожала капля соуса, и я вдруг понял: она тоже заметила папку.

— После ужина, — сказал Рокко.

— Разумеется, — ответил я.

Мы продолжили есть. Вивьен говорила о цветах для свадьбы, о гостях и о том, что моя мать наконец перестала относиться к ней холодно. Я слушал и видел перед собой не невесту, а женщину, которая несколько минут назад произнесла имя Мии с такой лёгкостью, будто речь шла о сломанной вазе.

В половине восьмого я поднялся в кабинет. Рокко вошёл следом и запер дверь на внутренний засов.

— За последние три месяца с семейного счёта ушли деньги, — сказал он. — Небольшими суммами, чтобы бухгалтерия не заметила. Всего почти двести тысяч.

— Куда?

Он разложил на столе копии платежей. Получатели были разными: мастерская, частный архив, фирма по охране, медицинский консультант. Но во всех документах стояла одна и та же подпись поручителя — моя.

Я смотрел на неё и чувствовал, как во мне поднимается не ярость, а неприятное, почти физическое отвращение.

— Я этого не подписывал.

— Знаю. Подпись сняли с вашего старого распоряжения. Но есть ещё кое-что.

Рокко положил рядом фотографию с камеры у чёрного входа. На снимке Вивьен стояла рядом с мужчиной в кепке. Его лицо скрывала тень, зато на руке блестели часы с квадратным циферблатом.

— Кто он?

— Пока не знаю. Но он приезжал шесть раз. Всегда после полуночи.

В дверь постучали.

Елена вошла, прижимая к груди полотенце. Она побледнела, увидев папку.

— Господин Дука, я должна вам кое-что сказать.

— Садитесь.

— Нет. Если сяду, я не смогу уйти.

Она посмотрела на окно, потом на дверь.

— Вивьен заставляла меня открывать старую кладовую под лестницей. Там за панелью был тайник. Она искала ключ.

— Какой ключ?

— Маленький, латунный. С круглой головкой. Она говорила, что его оставил ваш отец.

Я вспомнил пуговицу в кармане. Миа сказала, что Вивьен прячет такое же.

— Вы видели ключ?

Елена кивнула.

— Однажды. Он лежал у неё в шкатулке. Потом исчез.

— Почему вы молчали три месяца?

Елена стиснула полотенце так, что костяшки побелели.

— Потому что она показала мне фотографию Мии возле бассейна. На снимке она была одна. Вивьен сказала, что достаточно одной ошибки охраны.

В этот момент за дверью скрипнула половица.

Рокко резко повернул голову, но коридор был пуст. Только на ковре лежала маленькая красная заколка Мии.

Я поднял её и почувствовал, как внутри всё оборвалось.

— Где девочка? — спросил я.

Елена побежала первой. Мы нашли Мию в игровой комнате. Она сидела под столом и держала в руках бумажную салфетку. На салфетке детским почерком были нарисованы три кружка, лестница и чёрный прямоугольник.

— Она приходила, — прошептала Елена.

— Кто?

Миа показала на картинку.

— Дядя с часами.

Рокко присел перед ней.

— Ты видела его сегодня?

Девочка кивнула и указала на стену за книжным шкафом.

Мы отодвинули шкаф. За ним обнаружилась узкая дверца, которой я не видел много лет. Замок был свежим, а на дереве остались царапины.

Рокко достал инструменты.

— Не надо, — сказал я. — Если Вивьен ищет ключ, значит, внутри есть причина.

Снизу раздался голос Вивьен:

— Лоренцо? Ты где?

Она поднималась по лестнице.

Елена прижала Мию к себе. Рокко встал у дверцы. Я спрятал папку под жилет и вышел навстречу Вивьен.

Она улыбалась, но её взгляд сразу скользнул к закрытой панели.

— Дорогой, почему все собрались здесь?

— Я хотел спросить тебя о человеке с квадратными часами.

Улыбка осталась на её лице, но уголок губ дёрнулся.

— Ты ревнуешь к каждому мужчине?

— Только к тем, кто приходит в мой дом ночью.

Вивьен сделала шаг ко мне.

— Ты начинаешь пугать меня.

— Хорошо. Теперь ты понимаешь, что чувствовала Елена.

Она подняла руку, будто собиралась ударить меня, но остановилась. За её спиной внизу зазвонил телефон.

Вивьен взглянула на экран и впервые за весь вечер не ответила.

Телефон зазвонил снова.

На дисплее высветилось имя, которое я не видел в своей семье десять лет: Адриано Дука…

❤️ Спасибо, что дочитали! Если готовы узнать финал, поставьте лайк и напишите «Да» 👇

ЧАСТЬ 3

— Адриано Дука…

Имя моего дяди повисло между нами, как запах дыма в закрытой комнате.

Адриано уехал из города после смерти моего отца. Он забрал свою долю бизнеса, поклялся больше не возвращаться и с тех пор общался со мной только через бухгалтеров. Я сам запретил произносить его имя за этим столом.

Вивьен медленно опустила телефон.

— Это ничего не значит.

— Тогда ответь.

— Мне не о чем с ним говорить.

Телефон снова завибрировал. На этот раз Рокко перехватил его раньше неё и включил громкую связь.

— Лоренцо, — раздался хриплый голос Адриано. — Если ты нашёл тайник, не открывай его при Вивьен.

Вивьен отшатнулась.

— Адриано, ты не имеешь права…

— Я имею право на правду, пока ещё жив, — оборвал он. — Позови Паоло. Старого садовника. Он видел, кто входил в подвал.

Связь оборвалась.

Вивьен бросилась к телефону, но я перехватил её запястье.

— Ты знала, что он позвонит?

— Отпусти меня.

— Что в тайнике?

Она посмотрела на меня, и в её глазах впервые исчезла привычная мягкость.

— Ты всё равно ничего не поймёшь.

В девять вечера мы нашли Паоло в теплице. Старик сидел на перевёрнутом ящике и чистил садовые ножницы. На большом пальце у него была глубокая царапина, перевязанная полоской ткани.

— Я не хотел вмешиваться, господин Дука, — сказал он. — Ваш отец просил меня молчать до тех пор, пока вы сами не начнёте искать.

— Что искать?

Паоло посмотрел на Вивьен.

— Не её. Того, кто стоит за ней.

Вивьен побледнела.

— Не смей.

— Вы приходили в подвал вместе с господином Адриано, — продолжил Паоло. — Три месяца назад. Вы искали металлический футляр. Потом нашли документы и решили, что можете переписать долю Лоренцо.

Рокко открыл папку.

— Здесь переводы на счёт Адриано. Все деньги проходили через фирмы Вивьен.

— Он обещал, что после свадьбы вернёт мне всё, — прошептала Вивьен.

Я повернулся к ней.

— Ты украла у меня двести тысяч и угрожала ребёнку ради обещания?

— Я не хотела причинять ей вред.

— Ты показывала Елене фотографию у бассейна.

— Я хотела, чтобы она молчала!

Её крик ударился о стеклянную крышу теплицы. Миа, стоявшая рядом с матерью, вздрогнула.

Паоло достал из кармана связку ключей и один маленький латунный ключ с круглой головкой.

— Ваш отец спрятал его в старом фонаре. Он оставил записку: «Отдать Лоренцо, когда рядом с ним окажется человек, который боится не его, а его наследства».

Я вставил ключ в замок панели.

За ней оказался металлический футляр. Внутри лежали оригинал завещания моего отца, список переводов Адриано и нотариальное заявление, которым тот признавал: он подделал часть документов на семейную долю.

Адриано не был жертвой Вивьен. Он нанял её.

Но последний лист заставил меня остановиться. Это была записка моего отца, написанная за две недели до смерти.

«Если Адриано вернётся, не отдавай ему бизнес. Отдай ему возможность признаться самому. Он расскажет правду, если поймёт, что теряет не деньги, а имя».

Вивьен закрыла лицо руками.

— Я думала, он любит меня.

— Он купил твой страх, — ответил я. — А ты решила продать ему мой.

Телефон Рокко зазвонил. Он посмотрел на экран и нахмурился.

— Это банк. Кто-то только что активировал доверенность на продажу южного участка. Если мы не остановим сделку до полуночи, подпись Лоренцо признают действительной.

На часах было без десяти двенадцать.

Вивьен подняла глаза.

— Адриано уже у нотариуса.

Рокко достал ключи от машины.

Я сжал в ладони латунный ключ и понял: тайник раскрыл прошлое, но человек, который собирался забрать моё будущее, всё ещё ждал меня в городе…