Я подписала брачный договор ради спасения семьи, но когда дверь спальни открылась, мой отец внезапно побледнел

В тот момент, когда глаза моего новоиспечённого мужа начали открываться, дверь спальни распахнулась, и я поняла: в этом доме за мной следили с самого первого шага.

Я вскочила так резко, что стул ударился о мраморный пол. Пальцы Итана всё ещё лежали на моей ладони. Его большой палец едва заметно дрогнул, будто он пытался подать мне знак.

Но в комнату уже входила Вивьен Торнтон.

За ней стоял Джейсон, двоюродный брат Итана, а следом — высокий мужчина в белом халате.

— Почему вы закрыли дверь? — спросила Вивьен.

— Я не закрывала, — ответила я, хотя голос предательски дрожал.

Джейсон посмотрел на кровать и усмехнулся.

— Кажется, нашей невестке стало скучно в первый же вечер.

Я убрала руку Итана под одеяло. Его пальцы мгновенно расслабились.

Слишком быстро.

Сердце у меня заколотилось ещё сильнее. Если он действительно просыпался, почему снова замер? Если нет, почему я чувствовала его прикосновение так ясно?

Доктор подошёл к монитору и поправил тонкую трубку возле его шеи. Пластиковая застёжка холодно блеснула в свете лампы.

— Давление без изменений, — сказал он. — Реакции сознания нет.

— Вы уверены? — спросила я.

Он даже не посмотрел на меня.

— Я наблюдаю мистера Торнтона девять месяцев. Уверен.

Вивьен медленно подошла к кровати.

— Эмма, тебе следует запомнить одну вещь. Итан слышит только то, что ему разрешено услышать.

Я почувствовала, как под воротником свадебного платья липнет кожа.

— Что это значит?

— Это значит, что не нужно разговаривать с ним о семейных делах.

Джейсон тихо рассмеялся.

— Особенно о деньгах.

Я повернулась к нему.

— Я вышла за вашего кузена, а не за ваши деньги.

Улыбка исчезла с его лица всего на секунду.

— Разумеется. Твой отец именно это и говорил.

От этих слов внутри у меня всё похолодело.

В кармане платья лежала маленькая серебряная заколка в форме ласточки — единственная вещь, оставшаяся от матери. Я сжала её сквозь ткань, чтобы не показать, как дрожат руки.

Три недели назад отец положил передо мной на кухонный стол стопку уведомлений о долгах.

— Если ты откажешься, банк заберёт дом, — сказал он.

— А если соглашусь, ты продашь меня семье Торнтонов?

— Я пытаюсь спасти тебя.

— Нет, папа. Ты пытаешься спасти себя.

Тогда он отвернулся. Сегодня он стоял внизу среди гостей и улыбался так, будто выиграл счастливый билет.

Вивьен взяла со стола флакон с лекарством.

— Тебе пора отдыхать.

— Я хочу остаться.

— Это не просьба.

— Я его жена.

Вивьен наклонилась ко мне. От неё пахло лавандой и дорогим табаком.

— Пока ты остаёшься полезной, ты его жена.

Джейсон шагнул ближе.

— А если станешь слишком любопытной, Эмма, этот брак закончится так же быстро, как начался.

Он коснулся моего плеча. Я отступила, и его рука повисла в воздухе.

— Не трогайте меня.

На кровати Итан снова едва заметно шевельнул пальцами.

Я увидела это.

И, кажется, Джейсон тоже.

Его лицо на миг стало пустым. Затем он кивнул доктору.

— Увеличьте дозу.

— Не думаю, что это необходимо, — осторожно сказал врач.

— Я сказал — увеличьте.

В этот момент из коридора донёсся звон разбитого стекла. Все повернули головы. Я воспользовалась секундой и сунула серебряную ласточку под подушку Итана.

Если он действительно слышал меня, он должен был понять: я не на их стороне.

Вивьен уже открывала дверь.

— Что происходит? — спросила она.

Из коридора раздался голос моего отца:

— Эмма, немедленно выйди. Нам нужно поговорить о том, что ты подписала…

Он не успел закончить. Вивьен резко повернулась к доктору, а Джейсон потянулся к верхнему ящику письменного стола. Я увидела, как его пальцы легли на кожаную папку, спрятанную под пачкой документов, и поняла, что сейчас узнаю, зачем на самом деле понадобилась этому дому…

ЧАСТЬ 2

…понадобилась этому дому.

Джейсон вытащил папку и прижал её к груди.

— Все выйдите, — сказал он.

— Я останусь, — ответила я.

— Ты не поняла?

— Я всё прекрасно поняла. Вы испугались того, что Итан пошевелился.

В комнате стало так тихо, что я услышала равномерный писк монитора и скрип кожи на кресле.

Джейсон посмотрел на доктора.

— Скажите ей, что она ошибается.

Врач сглотнул.

— Это мог быть непроизвольный мышечный спазм.

— А его глаза?

— Рефлекторная реакция.

Я подошла к кровати.

— Итан, если ты меня слышишь, сожми мою руку.

Вивьен резко схватила меня за запястье.

— Достаточно.

Её кольца впились в кожу.

— Отпустите меня.

— Ты ещё не понимаешь, куда попала.

— Тогда объясните.

— Твой отец объяснил всё, что требовалось.

В дверях появился мой отец, Генри Картер. В руках он держал мокрое пальто, а на лице — ту самую виноватую улыбку, которую я знала с детства.

— Эмма, пойдём домой.

Я рассмеялась.

— Домой? После того как ты отдал меня человеку, который не может даже открыть глаза?

Отец побледнел.

— Я сделал это ради тебя.

— Ради меня ты подписал брачный договор, не показав мне последнюю страницу?

Джейсон замер.

— Какую страницу? — спросил он.

Отец бросил на меня предупреждающий взгляд.

— Эмма, не здесь.

— Именно здесь. Я случайно увидела приложение в кабинете нотариуса. Там было написано, что после моей свадьбы долги семьи погашаются из личного фонда Итана. Но если он умирает или брак признают недействительным, обязательства возвращаются мне.

Вивьен медленно выпрямилась.

— Кто дал тебе этот документ?

— Никто. Я прочитала его сама.

Итан лежал неподвижно, но под одеялом его рука снова нашла мою.

На этот раз он сжал пальцы дважды.

Два коротких сигнала.

Я едва не выдала себя вскриком.

Он слышал.

Он понимал.

— Доктор, — сказала Вивьен, не отрывая взгляда от его руки, — принесите успокоительное.

— Нет, — ответила я.

Джейсон шагнул ко мне.

— Ты не имеешь права вмешиваться в лечение.

— Я имею право знать, что вводят моему мужу.

— Твой муж ничего не подписывал.

— Зато вы подписали многое за него.

Впервые его лицо стало по-настоящему злым.

— Следи за словами.

— А вы следите за своими руками.

Под подушкой, рядом с серебряной ласточкой, я нащупала маленькую металлическую коробочку. Её не было там раньше. Я осторожно вытащила её, прикрыв ладонью.

На крышке виднелась глубокая царапина в форме полумесяца.

Внутри лежала карта памяти и короткая записка: «Не доверяй тем, кто называет это заботой».

Подписи не было.

Я подняла взгляд на Итана.

Его веки не двигались.

— Ты оставил это мне? — прошептала я.

Два сжатия пальцев.

Джейсон заметил коробочку.

— Отдай.

— Почему?

— Потому что это собственность семьи Торнтонов.

— Тогда вам нечего бояться.

Он кинулся вперёд, но дверь распахнулась. На пороге стоял пожилой мужчина с тростью и папкой под мышкой.

— Хватит, Джейсон, — произнёс он.

Вивьен закрыла глаза.

— Артур.

— Я слышал достаточно.

Это был Артур Белл, семейный адвокат. Я видела его фотографию на стене внизу, рядом с портретом основателя компании.

Артур подошёл к кровати и посмотрел на Итана.

— Если ты действительно вернулся, моргни дважды.

Несколько секунд ничего не происходило.

Затем Итан моргнул.

Раз.

Два.

Отец отшатнулся.

Джейсон выругался.

А Вивьен прошептала:

— Он проснулся ещё месяц назад.

Артур открыл папку.

— Нет, Вивьен. Он проснулся девять недель назад. И всё это время притворялся беспомощным.

Я почувствовала, как пол уходит из-под ног.

— Зачем?

Итан снова сжал мои пальцы.

Артур повернулся к Джейсону.

— Потому что человек, который устроил аварию, до сих пор находится в этом доме.

За окном над рекой сверкнула молния. Джейсон медленно опустил руку к карману пиджака, и я увидела там блеск небольшого флакона…

ЧАСТЬ 3

…небольшого флакона.

— Не двигайтесь, — сказал Артур.

Джейсон застыл.

Вивьен закрыла дверь и повернула ключ в замке. Мой отец прижался спиной к стене, словно только сейчас понял, что оказался заперт вместе со всеми.

— Это успокоительное, — процедил Джейсон.

— Для кого? — спросила я.

Он посмотрел на меня.

— Для твоего мужа.

Итан открыл глаза.

Медленно. Тяжело. Но сам.

Его взгляд остановился на мне, и в нём было столько усталости, что у меня перехватило дыхание.

— Эмма, — прошептал он.

Я наклонилась к нему.

— Я здесь.

— Не верь… моему голосу.

— Что?

— Здесь… могут слушать.

Артур достал из папки тонкий пульт и нажал кнопку. Из старого радиоприёмника на книжной полке донёсся треск, а затем голос Итана.

— Я проснулся шестнадцатого марта. Я слышал, как Джейсон сказал доктору: если я заговорю, он введёт мне дозу, после которой я уже не проснусь.

На записи послышался второй голос.

— А девушка?

— Девушку привезёт её отец. Она подпишет всё, если думает, что спасает семью.

Я узнала голос отца.

— Она ничего не узнает.

В комнате стало душно.

— Нет, — прошептал он. — Это не так.

Запись продолжилась.

— После свадьбы контрольный пакет перейдёт через доверительный фонд. Эмма станет законной супругой, а значит, её подпись понадобится для окончательного перевода.

Джейсон бросился к радиоприёмнику, но Артур ударил тростью по его руке.

— Ещё шаг — и я вызываю полицию.

— Эта запись ничего не доказывает, — выкрикнул Джейсон.

— Запись сделана на вашем телефоне, — ответил Артур. — Вместе с отметками времени, копиями переводов и перепиской с доктором.

Мой отец опустил голову.

— Генри, — сказала я. — Скажи, что это неправда.

Он поднял на меня глаза. В них уже не было попытки оправдаться.

— Я не знал, что они собираются убить его.

— Но ты знал, что меня используют.

— Я хотел закрыть долги.

— Ты продал мою жизнь.

Итан с трудом приподнялся на локте. Артур помог ему сесть.

— Я попросил Вивьен привести Эмму, — сказал Итан.

Я посмотрела на пожилую женщину.

— Вы знали?

— Я знала, что Джейсон опасен. Но не знала, кому можно доверять.

— Поэтому позволили мне войти в этот дом?

— Поэтому позволила. И потому что твоя мать когда-то спасла моего сына.

Я сжала серебряную ласточку в ладони.

— Моя мать знала вашу семью?

Вивьен кивнула.

— Она была бухгалтером фонда Торнтонов. Перед смертью она передала мне копию отчёта, доказывающего хищения. Я спрятала его, но Джейсон узнал.

Артур открыл вторую папку.

— Отчёт находится здесь. И в нём есть имя человека, который помогал Джейсону выводить деньги.

Он протянул мне лист.

Внизу стояла подпись Генри Картера.

Отец задрожал.

— Я подписал только несколько переводов.

— Ты подписал всё, — сказала я.

Итан взял меня за руку.

— Эмма, я не знал, станешь ли ты такой же, как они.

— Поэтому притворялся беспомощным?

— Я слышал каждое слово. В первую ночь ты сказала, что не хотела этого брака. Тогда я понял, что, возможно, у меня появился союзник.

Я заплакала, но не отвернулась.

— Ты мог сказать мне.

— Если бы сказал, ты бы не дожила до утра.

В этот момент снаружи послышался гул машин. Джейсон улыбнулся.

— Вы думаете, победили? Мои люди уже у ворот. Через двадцать минут совет директоров проголосует за передачу компании. А если я не выйду отсюда, они уничтожат доказательства.

Артур достал телефон.

— Доказательства уже отправлены.

Джейсон побледнел.

Но тут телефон Итана зазвонил. Он посмотрел на экран и впервые за весь вечер по-настоящему испугался.

— Кто звонит? — спросила я.

Он включил громкую связь.

Из динамика раздался голос, которого я не слышала много лет, но узнала сразу.

— Эмма, это Лора Миллер. Твоя мать оставила мне не только отчёт. У меня есть письмо, которое она просила передать тебе, если Торнтоны когда-нибудь заставят тебя выйти замуж…

Итан резко сжал мою руку, а за дверью раздался первый удар плечом в замок…