В день свадьбы дочери водитель спрятал меня под пледом, а жених, сев в машину, вдруг перестал улыбаться

В день свадьбы моей единственной дочери водитель заставил меня лечь на пол за передним сиденьем и накрыл тяжёлым пледом.

— Не задавайте вопросов, дон Евгений, — прошептал Томас Сальгадо. — Если услышите то, что услышите, не выдавайте себя.

Я смотрел на него снизу вверх и не узнавал человека, который двадцать шесть лет возил нашу семью по Монтеррею. Томас отвёз Люсию в роддом, когда родилась Мариана, а потом вёз меня на кладбище, когда пять лет назад моя жена умерла. Он знал, как я молчу, когда мне больно, и как держу левую руку, когда начинаю злиться.

Но таким испуганным я его не видел никогда.

— Ты понимаешь, что сегодня свадьба? — спросил я. — Через три часа моя дочь выйдет замуж.

— Именно поэтому вы должны лечь в машину.

Он распахнул заднюю дверь чёрного седана. На металлическом брелоке в форме ласточки, который Люсия подарила мне на годовщину, дрогнуло маленькое медное крыло. Я машинально сжал его в ладони.

— Люсия просила меня защищать вас, если её не станет, — сказал Томас. — Сегодня я выполняю её просьбу.

Имя жены остановило меня сильнее любого приказа.

Я лёг на пол, подтянул колени и позволил накрыть себя пледом, пахнувшим мятой и дождём. В шестьдесят два года я управлял крупной транспортной компанией, привык отдавать распоряжения сотням людей. Но тогда я лежал в собственной машине, как мальчишка, который спрятался от взрослых.

Через двенадцать минут открылась передняя дверь.

В салон вошёл Родриго Наварро.

Я узнал его по дорогому аромату ещё до того, как он заговорил. Он сел рядом с Томасом и сразу набрал номер.

— Доброе утро, любовь моя, — произнёс он мягко. — Я уже еду. Ты будешь самой красивой невестой во всём городе. Я тоже тебя люблю.

У меня сжалось сердце. Я представил Мариану в белом платье, её нервную улыбку и сапфировое кольцо Люсии на тонкой руке.

Родриго закончил разговор. Через секунду его голос стал другим.

— Я велел тебе не звонить на этот номер, — процедил он. — Всё остаётся в силе. После свадьбы ждём три месяца. Ни днём раньше. И не появляйся рядом со мной, пока всё не будет решено.

Он замолчал, слушая ответ.

— Мне всё равно, что говорит твоя дочь. Я получу деньги. А потом мы исчезнем.

Медное крыло брелока впилось мне в ладонь.

Машина остановилась у старого дома в районе Митрас. Родриго вышел, открыл дверь ключом и поднялся на второй этаж. Томас оставил двигатель работающим, а сам потянул меня за собой к боковому окну.

В коридоре появилась женщина лет тридцати с измученным лицом. За ней стояла маленькая девочка и прижимала к груди потрёпанного плюшевого медведя.

— Папа! — крикнула девочка.

Родриго поднял её на руки. Он улыбался так нежно, что у меня закружилась голова.

— Привет, принцесса.

— Ты вернёшься вечером?

— У меня работа, Рената.

Женщина скрестила руки.

— Ты всегда так говоришь.

— Вероника, потерпи ещё год, — тихо ответил Родриго. — Я расплачусь с долгами, найду деньги на операцию Ренаты, и мы уедем. Мариана ничего не узнает.

Я дёрнулся вперёд, но Томас схватил меня за плечо.

— Ещё рано.

Из кухни донёсся звон стакана.

— Сколько ты должен? — спросила Вероника.

— Сорок миллионов песо.

— Ты говорил о двадцати.

— Сумма выросла. Игровой дом не прощает долгов.

Наступила тишина.

Потом Родриго произнёс:

— У Баррер денег больше, чем нужно. После свадьбы я получу доступ к счетам. Старик обычно ест по вторникам и четвергам в Сан-Педро, а по пятницам возвращается с загородного дома около десяти.

Я перестал дышать.

— Что ты хочешь сказать? — прошептала Вероника.

— Авария. Или отказ тормозов. Главное, чтобы всё выглядело естественно. Предоплата уже внесена.

Томас смотрел на меня, но я видел только окно и отражение Родриго в стекле. Человека, которого я называл сыном. Человека, которому доверил самое дорогое.

В этот момент в кармане Томаса завибрировал телефон. Он достал тонкую папку, открыл её и протянул мне первый лист. На фотографии Родриго пожимал руку незнакомому мужчине у закрытого клуба.

— Это ещё не всё, — прошептал Томас. — Но прежде чем вы решите, что делать, вам нужно увидеть запись.

Я протянул руку к папке. Пальцы коснулись её края, и в ту же секунду за нашей спиной хлопнула дверь подъезда…

ЧАСТЬ 2

За нашей спиной хлопнула дверь подъезда, и Томас мгновенно прижал меня к кирпичной стене.

В подъезд вошёл мужчина в коричневой кепке. Он остановился у почтовых ящиков, поднял голову и несколько секунд смотрел на окна квартиры Вероники. Потом достал телефон.

— Он здесь? — спросил мужчина.

Томас не ответил. Он потянул меня к машине, и мы пригнулись за капотом. Моё сердце колотилось так громко, что я боялся: незнакомец услышит его через стену.

— Это тот самый человек? — прошептал я.

— Один из тех, кто следил за вами последние дни.

— Почему ты раньше ничего не сказал?

— Потому что полиция просила дождаться момента, когда они соберут доказательства. Но теперь вы знаете слишком много, чтобы продолжать жить по прежнему расписанию.

В машине Томас запер двери и достал из папки фотографии. На первой Родриго стоял возле старого клуба рядом с мужчиной, которого я видел в газетах в связи с вымогательством. На второй он входил в контору, зарегистрированную на несуществующего директора. На третьей банковская выписка показывала перевод на миллион песо.

— Деньги ушли три дня назад, — сказал Томас. — Получатель связан с человеком по имени Бальтасар Карденас.

Я вспомнил это имя. Карденас владел подпольными игровыми залами и однажды пытался купить часть моей компании через подставных лиц.

— А запись?

Томас включил планшет.

На экране Родриго стоял на парковке торгового центра. Был вечер, шёл мелкий дождь. Его лицо скрывала тень, но голос звучал отчётливо.

— После свадьбы ждём три месяца, — говорил он. — Баррера ест по вторникам и четвергам в Сан-Педро. По пятницам возвращается с виллы около десяти. Машина должна сломаться на повороте. Без выстрелов. Мне нужен несчастный случай.

Я узнал собственный маршрут и почувствовал, как холод поднимается от живота к горлу.

— Полиция видела это?

— Да. Три дня назад я передал запись знакомому сотруднику прокуратуры. Они следят за исполнителем, но пока не могли задержать заказчика без полной цепочки.

Я вышел из машины и поднялся к квартире Вероники. Она открыла не сразу. Увидев меня, побледнела и отступила.

— Вы отец Марианы.

— Я слышал всё.

Вероника закрыла глаза.

— Я пыталась предупредить её. Писала с разных номеров, звонила в вашу компанию. Родриго узнал и сказал, что заберёт Ренату и прекратит оплачивать её лечение.

— Он нанял человека, чтобы убить меня.

— Он лжец, — прошептала она. — Но я не думала, что он способен на это.

Я включил запись. Вероника слушала, прижав ладонь ко рту. Рената сидела на ковре и медленно водила карандашом по листу, рисуя дом с тремя окнами.

Когда запись закончилась, Вероника достала из ящика папку. В ней были свидетельство о браке, фотографии Родриго с ней и Ренатой, выписки из больницы и распечатки сообщений, которые она отправляла Мариане.

— Вы должны забрать меня отсюда, — сказала она. — Но куда?

— Ко мне. Там будет охрана и сотрудники прокуратуры.

— Мариана поверит вам?

— Сегодня ей придётся поверить.

Рената подняла голову.

— Мама, почему ты плачешь?

Вероника вытерла лицо и улыбнулась дочери.

— Мы играем в тихих принцесс. Нам нужно поехать в очень важное место.

Через сорок минут я вошёл в свой дом. Мариана спускалась по лестнице босиком, в белом халате и с заколками в волосах.

— Папа, я съела три сладкие булочки, а стилист сказала, что платье может не пережить мой стресс.

Она засмеялась, но я обнял её так крепко, что она перестала улыбаться.

— Ты меня пугаешь.

— Я должен сегодня кое-что сделать.

— Что?

На её шее блеснуло сапфировое кольцо Люсии, которое она носила на тонкой цепочке.

— Пообещай, что ты защитишь меня, — сказала Мариана. — Даже если я сначала тебя возненавижу.

— Обещаю.

Я поцеловал её в лоб и не дал задать следующий вопрос.

В загородном поместье, у воды, уже собирались двести гостей. Под белым шатром играла музыка, официанты расставляли бокалы, а Родриго стоял у алтаря и улыбался так, будто за его спиной не существовало ни одной тайны.

Томас занял место у бокового входа. Сергей Канту, мой адвокат, сидел в первом ряду. Рядом с ним находились сотрудники прокуратуры в обычной одежде.

Церемония началась.

Мариана появилась под руку со мной. Я слышал, как она нервно втягивает воздух, и чувствовал в ладони холод металла — брелок-ласточку.

Судья произнесла обязательные слова, а потом спросила:

— Если кому-либо известны законные причины, мешающие этому браку, пусть скажёт сейчас.

Я поднялся.

— Мне известна одна причина.

Музыка оборвалась. Родриго повернул голову.

В этот момент боковая дверь распахнулась, и маленькая Рената выбежала на дорожку.

— Папа! — крикнула она. — Почему ты не пригласил меня на свою свадьбу?

Родриго застыл. А я понял, что настоящая буря только начиналась…

ЧАСТЬ 3

Родриго застыл, будто его ударили в грудь. Рената добежала до алтаря и вцепилась в его брюки.

— Папа, я принесла тебе рисунок.

Он посмотрел на неё, потом на Мариану. Лицо Марианы стало белым.

— Кто это? — спросила она.

Вероника вошла следом. На ней было простое тёмное платье, а в руках она держала папку. Двести гостей зашептались. Кто-то уронил бокал, и звон стекла прозвучал на весь шатёр.

— Родриго, — сказала Вероника, — больше не заставляй нашу дочь прятаться.

— Ты сошла с ума? — прошипел он.

— Нет. Я наконец перестала бояться.

Мариана повернулась ко мне.

— Папа, что происходит?

Я достал телефон, но Сергей Канту уже подключил запись к колонкам. Над водой раздался голос Родриго.

— После свадьбы ждём три месяца. Баррера должен попасть в аварию. Без выстрелов. Мне нужен его доступ к счетам.

В шатре стало так тихо, что слышно было, как ветер треплет края белой ткани.

Мариана медленно сняла с шеи цепочку с сапфировым кольцом Люсии.

— Это его голос?

— Да, — ответил я.

Родриго шагнул ко мне.

— Это подделка.

— Тогда объясни гостям, почему ты перевёл миллион песо компании, связанной с Бальтасаром Карденасом, — сказал Сергей. — И почему эта женщина записана твоей законной супругой.

Он поднял документы.

У Вероники задрожали пальцы.

— Мы поженились семь лет назад, — сказала она. — Вот свидетельство. Ты обещал развестись до рождения Ренаты, но каждый раз находил новую причину.

Мариана смотрела на Родриго так, будто видела перед собой незнакомца.

— Ты был женат всё это время?

Родриго открыл рот, но не смог сразу ответить.

— Я хотел всё исправить.

— Когда? — спросила Мариана. — После того как убил бы моего отца?

— Я никого не собирался убивать.

Томас включил вторую запись. На этот раз голос Родриго звучал ближе, без шума дождя.

— Старик ест по вторникам и четвергам. Машину можно испортить так, чтобы никто ничего не доказал.

Родриго отступил.

— Где вы это взяли?

— Там, где ты оставлял свои слова, — ответил я. — В собственной уверенности, что никто не посмеет тебя остановить.

Сотрудники прокуратуры подошли к нему с разных сторон. Один показал удостоверение, другой положил ладонь на его плечо.

— Родриго Наварро, вы задержаны по подозрению в организации покушения, мошенничестве и сокрытии брака.

Мариана не заплакала. Она только сняла с пальца обручальное кольцо, которое успела надеть перед церемонией, и положила его на стол.

— Я чуть не вышла за человека, который хотел превратить моего отца в цифру на банковском счёте.

Я хотел подойти к ней, но она сама шагнула в мои объятия.

— Почему ты не сказал мне дома?

— Потому что боялся, что ты поедешь к нему одна.

— Я всё равно должна была знать.

— Да. Прости.

Вероника стояла рядом с Ренатой. Девочка держала Родриго рисунок, но тот уже не смотрел на него.

— Он правда плохой? — спросила Рената.

Вероника опустилась перед ней на колени.

— Он сделал много плохих вещей. Но ты ни в чём не виновата.

Родриго вывели через боковую дверь. Гости расступались молча. Никто не смеялся и не шептался теперь.

Я думал, что на этом всё закончится.

Но через несколько минут Сергей получил звонок. Он отошёл подальше от музыкантов, выслушал собеседника и резко изменился в лице.

— Евгений, есть проблема.

— Какая?

— Следователь только что сообщил, что Бальтасар Карденас исчез. Его машина найдена у старого причала.

— И что это значит?

Сергей посмотрел на меня.

— У них есть основания считать, что он понял: Родриго заговорил. И теперь кто-то пытается убрать не только вас, но и главного свидетеля.

В этот момент мой телефон зазвонил. Номер был неизвестным.

Я ответил.

Сначала услышал только дыхание. Потом мужской голос произнёс:

— Вы думаете, что выиграли, дон Баррера? Вы ещё не знаете, кому принадлежит человек, которого вы сегодня спасли…

Связь оборвалась. А на экране появилось сообщение с адресом, который я не видел много лет…