В тот вечер свекровь положила передо мной чек на сто двадцать миллионов евро и велела исчезнуть из собственной жизни, пока беременная секретарша моего мужа молча гладила живот.
Это происходило в гостиной нашего дома в семь сорок вечера. Под хрустальной люстрой блестела подпись Маргарет Блэквуд, а рядом с чеком лежала оторванная синяя пуговица — деталь от пальто Клары, зацепившаяся за ручку кресла. Я смотрела на неё и думала, что восемь лет брака они действительно сумели свести к одной цифре.
— Подпиши, София, — сказала Маргарет. — Деньги поступят завтра утром. Ты купишь себе другое жильё и начнёшь новую жизнь.
— А Клара получит мою?
У окна стояла Клара Восс, двадцатишестилетняя секретарша Натаниэля. Она была на последних месяцах беременности и держала ладонь на животе так театрально, будто ждала аплодисментов.
Натаниэль смотрел в пол.
— Не усложняй, пожалуйста, — пробормотал он.
Когда-то его «пожалуйста» заставляло меня смягчаться. Теперь оно звучало как просьба спасти его должность, репутацию и удобную ложь. В груди у меня было холодно, но пальцы не дрожали.
— Я ничего не подпишу.
Маргарет медленно откинулась в кресле.
— Ты забываешь, с кем говоришь.
— Нет. Это вы забыли, с кем пришли торговаться.
Я отодвинула чек. Бумага скользнула по стеклу и остановилась у серебряной вазы.
— Уходите. Все трое.
Клара всхлипнула:
— Я не хотела разрушать вашу семью.
— Тогда почему ты носишь его кольцо? — спросила я.
Она быстро прикрыла руку. На пальце блеснуло кольцо с зелёным камнем — то самое, которое Натаниэль когда-то говорил, что потерял.
Лицо Маргарет стало жёстким.
— Ты пожалеешь о своём упрямстве.
— Возможно. Но не сегодня.
В восемь десять они уехали. Чек остался на столе, словно насмешка. Я дождалась, пока чёрная машина исчезнет за коваными воротами, и поднялась в кабинет. В старой раме над камином прятался сейф. Я вынула из него договоры, письма и серую запечатанную папку, которую не открывала шесть лет.
Телефон зазвонил в восемь двадцать семь. Это был Эдвард Блэквуд, дед Натаниэля и основатель корпорации.
— Ты наконец увидела, что они задумали, — сказал он без приветствия.
— Ты знал о Кларе?
— Знал раньше, чем Натаниэль.
— Почему молчал?
На другом конце провода послышался сухой, опасный смешок.
— Потому что хотел поймать не любовницу, София. Я хотел поймать того, кто за ней стоит.
На следующее утро под дверью лежали белые розы без записки. В десять часов за мной начал следить чёрный внедорожник. В половине одиннадцатого пришло сообщение: «Осторожно. Тебе лгут о близнецах».
К вечеру я сидела в кабинете частного сыщика Артёма Воронова. Он положил передо мной фотографии Клары с разными мужчинами и под разными именами, а затем серую папку.
— Её настоящее имя не Клара Восс, — тихо сказал Артём. — И когда вы увидите следующую страницу, поймёте, почему Маргарет так боится этой женщины…
ЧАСТЬ 2
Я потянула серую папку к себе и раскрыла её. На первой странице стояло имя Эвелина Харт. Под ним была фотография Клары без макияжа: взгляд холодный, губы сжаты, на шее тонкий шрам.
В кабинете Артёма было без четверти девять вечера. За окном шёл дождь, вода стекала по стеклу кривыми полосами. Я провела пальцем по шраму на снимке и почувствовала, как внутри поднимается тревога.
— Она меняла имя восемнадцать месяцев назад, — сказал Артём. — Но это не главное.
Он разложил фотографии веером. Эвелина рядом с богатыми мужчинами, чиновниками и владельцами компаний. На одной она улыбалась у яхты, на другой выходила из гостиницы с седовласым банкиром.
— Она охотилась на них?
— Или выполняла чьи-то поручения. Посмотрите сюда.
Он положил снимок, сделанный в закрытом ресторане два года назад. За столом сидели Маргарет и Эвелина. Между ними лежал чёрный конверт с золотой печатью.
— До того, как Клара устроилась к Натаниэлю, — сказал Артём. — Её внедрили заранее.
Телефон завибрировал. Натаниэль.
— София, дед снял меня с должности председателя.
— Что ты сделал?
— Ничего! Он созвал внеочередное заседание и выдвинул тебя вместо меня.
Я встала так резко, что стул ударился о стену.
— Меня?
— Он сказал, что компания должна принадлежать тому, кто её защищал. Ты понимаешь, что это значит?
— Нет. Но собираюсь понять.
— София, не верь ему. Он всегда ненавидел меня.
— А ты всегда говорил, что он тебя обожает.
В трубке повисла тишина. Я впервые услышала в голосе мужа настоящий страх.
Позже Артём показал медицинские документы. Даты обследований не совпадали, некоторые подписи были сделаны разными чернилами. В одном заключении стояла фраза, от которой у меня перехватило дыхание: «Отец ребёнка не установлен».
— Близнецы могут быть не Натаниэля, — сказал Артём. — Более того, документы, вероятно, подделаны.
В ту же ночь мне прислали снимок старого письма. Отправитель — Роуз Харт. Под изображением было написано: «Спроси Эдварда, кто заставил твою мать замолчать».
Я позвонила ему. Он молчал почти минуту.
— Кто такая Роуз?
— Женщина, которую Маргарет вычеркнула из моей жизни пятьдесят лет назад.
— А Эвелина?
Его дыхание стало тяжёлым.
— София, не доверяй никому в доме. Ни Натаниэлю, ни Кларе, ни особенно Маргарет.
На следующий день в десять утра я приехала в поместье Эдварда. В кабинете пахло древесиной и лекарствами. Он достал из стола пожелтевший конверт с моим именем, перевязанный выцветшей синей ниткой.
— Я хотел, чтобы эта история умерла вместе со мной, — сказал он.
— Тогда вы выбрали плохой день для молчания.
Эдвард посмотрел на меня и побледнел.
— Прежде чем открыть конверт, знай: Маргарет не просто использовала Эвелину. Пятьдесят лет назад она совершила поступок, который уничтожит всю нашу семью.
Снаружи резко затормозила машина. В дверь постучали дважды. Эдвард сжал край стола.
— Она приехала, — прошептал он. — И теперь хочет заставить тебя замолчать…
ЧАСТЬ 3
Вам также могут понравиться эти истории:
Муж выставил меня на посмешище перед тремястами гостей, но после голоса из темноты его улыбка исчезла
Я рожала одна и не сказала бывшему мужу, что он станет отцом, но в момент рождения сына его мать принесла серый конверт с поддельной подписью
На собственной помолвке я увидел, как моя невеста столкнула мать в фонтан, а через минуту её отец потребовал от меня молчания за десятимиллионный подарок
На вечере компании моего мужа его секретарь указала на нашу шестилетнюю дочь и велела охране вывести нас, заявив, что «настоящая семья» ждёт его наверху, но мои братья приехали раньше, чем она успела открыть папку
Я пришла поздравить сестру с рождением сына, но её слова у больничной кровати заставили моего мужа побледнеть
Я оставила свекровь и золовку у кассы с покупками на 18 760 песо, а на следующий день банк сообщил, что они использовали моё имя для куда более страшного обмана
