Меня заставили подмешать таблетку в напиток Джека Бреннана, но после его падения Дрю внезапно перестал улыбаться

Когда Джек Бреннан рухнул лицом на мраморный пол, я ещё держала в руке пустой бокал и не понимала, почему Дрю исчез.

Это случилось в пятницу, в половине одиннадцатого вечера, в закрытом зале ресторана «Маяк». За окнами лил дождь, а над стойкой мерцала вывеска, будто кто-то подавал сигнал бедствия. Джек лежал неподвижно. На его белой рубашке расползалось пятно от гранатового напитка.

— Джек? — прошептала я и опустилась рядом.

Его пальцы были холодными. Слишком холодными.

— Не трогай его! — крикнул Дрю из коридора.

Я обернулась. Он стоял у служебной двери, бледный, с каплями дождя на волосах. В его руке болтался мой медный брелок в форме маяка — тот самый, который я всегда носила на связке ключей.

— Ты сказал, что это снотворное, — выдохнула я.

— Я сказал, что он просто уснёт.

— Тогда почему он не дышит?

Дрю не ответил. Он посмотрел на Джека, потом на меня, и в этом взгляде было не удивление. Страх.

Я приложила пальцы к шее Джека. Ничего. В ушах загудело, будто под водой включили сирену. Я вспомнила, как час назад Дрю зажал меня в узком коридоре и сунул в ладонь маленькую белую таблетку.

— Только брось её в бокал, — сказал он тогда. — Бреннан уснёт на час. Я заберу документы и мы уйдём.

— А если он заметит?

— Он не заметит. Ты ведь хочешь вернуть свою жизнь?

Я хотела. После того как Джек лишил меня работы и обвинил в краже денег из фонда, я была готова поверить человеку, который обещал доказательства моей невиновности. Дрю уверял, что у него есть доступ к сейфу Бреннана.

Теперь Джек лежал передо мной, а таблетка, растворившись в напитке, будто кричала с самого дна бокала.

В десять сорок две в зал вбежала администратор Лидия. На её шее дрожал серебряный свисток.

— Что произошло?

— Вызовите скорую, — сказала я.

— Ава, не звони, — резко остановил меня Дрю.

Я медленно поднялась.

— Почему?

— Потому что они найдут таблетку. И твои отпечатки на бокале.

— Ты меня подставил?

— Я пытаюсь спасти нас обоих.

— Нет. Ты пытаешься спасти себя.

Лидия уже набирала номер, но Дрю вырвал телефон из её руки. Я увидела, как на его запястье блеснула красная царапина. Таких царапин у него не было час назад.

— Отдай телефон! — крикнула я.

Дрю отступил к двери.

— Если приедет полиция, ты сядешь первой.

— За что? За таблетку, которую дал мне ты?

В этот момент Джек едва заметно дёрнул пальцами. Я наклонилась к нему, но он снова замер. На полу возле его ладони лежала тонкая чёрная нить от внутреннего кармана пиджака.

Дрю проследил за моим взглядом и вдруг перестал дышать.

— Что ты нашла? — спросила я.

Он бросился к столику, где оставил кожаную папку. Я успела встать между ним и дверью.

— Уйди, Ава.

— Сначала скажи, почему ты так боишься этой папки.

Дрю сжал мой медный маяк в кулаке и потянулся к застёжке……

ЧАСТЬ 2

Дрю сжал мой медный маяк в кулаке и потянулся к застёжке, но я ударила его ладонью по запястью. Брелок звякнул о плитку и отлетел под стол.

— Не смей, — сказала я.

— Ты понятия не имеешь, во что вмешалась.

— Тогда объясни.

За окном сверкнула молния. На секунду лицо Дрю стало белым, а тёмные окна ресторана превратились в зеркала. Я увидела в них троих: себя, неподвижного Джека и человека, который уже мысленно бежал.

В десять пятьдесят в зал вошёл охранник Томас. Он держал в руках красный фонарь, потому что электричество в коридоре мигало.

— Скорую вызвали? — спросил он.

— Да, — ответила Лидия.

— Нет, — одновременно сказал Дрю.

Томас посмотрел на него.

— Мистер Коул, отойдите от двери.

Дрю усмехнулся, но улыбка вышла кривой.

— Ты не понимаешь, Томас. Если сейчас приедут врачи, виновной сделают её.

Я подняла с пола медный брелок. На его боку остался тёмный след от пальцев Дрю.

— Ты сказал, что таблетка безопасна, — повторила я. — Почему тогда не хочешь скорую?

— Потому что Бреннан мёртв.

Слово ударило сильнее пощёчины.

Я посмотрела на Джека. Его грудь почти незаметно поднялась. Я наклонилась и приложила ухо к его губам.

Тихий выдох.

— Он жив, — сказала я.

Дрю резко повернул голову.

— Что?

— Он жив.

Томас оттолкнул Дрю от двери и распахнул её. Через минуту в ресторан ворвались фельдшеры. Красный свет мигал на мокром асфальте, а металлическая коробка с лекарствами гремела о колени одного из них.

— Все назад! — приказала женщина в форме.

Я отступила, не выпуская брелок.

— Что он принял?

Я открыла рот, но Дрю заговорил первым:

— Успокоительное. Обычная таблетка.

— Какая именно?

— Я не знаю.

Я посмотрела на него.

— Ты сказал, что знаешь.

Фельдшерница достала из кармана маленький пакет для улик.

— Где остаток лекарства?

Дрю молчал.

В одиннадцать двадцать Джека вынесли на носилках. Перед дверью его рука свисала вниз, и на пальце блестел тяжёлый перстень с трещиной в чёрном камне. Я вдруг поняла: он сжимал что-то до того, как потерял сознание.

На полу осталась узкая полоска бумаги.

Я подняла её раньше, чем Дрю успел заметить.

Там были написаны четыре цифры и одно слово: «Хранилище».

— Отдай, — прошептал Дрю.

— Что это?

— Последний шанс не оказаться в тюрьме.

— Для кого?

Он схватил меня за локоть. Пальцы впились так сильно, что кожа побелела.

— Для тебя, Ава. Если ты сейчас покажешь эту бумагу, Джек не единственный, кто пострадает.

— Ты угрожаешь мне?

— Я предупреждаю.

В одиннадцать тридцать семь приехала детектив Марина Воронцова. Она была без зонта, и вода стекала с края её чёрного плаща на пол.

— Никому не уходить, — сказала она. — В ресторане есть камеры.

Дрю впервые потерял цвет лица.

Я увидела, как он смотрит не на меня, а на потолок, где под решёткой вентиляции мигала маленькая красная лампочка.

— Камеры выключены, — сказал он.

— Кто вам это сообщил? — спросила детектив.

Дрю замер.

Марина достала из папки снимок.

— Потому что запись уже у меня. И на ней видно, кто вошёл в кабинет Бреннана за сорок минут до вас.

Она положила снимок на стол. Я наклонилась ближе и увидела отражение знакомого медного маяка в стекле двери.

Но Дрю был не один. Рядом с ним стояла женщина, лица которой камера не показывала. Зато на её руке был браслет с маленькой серебряной ракушкой.

Детектив убрала снимок.

— А теперь скажите мне, Ава, почему эта женщина звонила вам сегодня утром и называла вас дочерью……

ЧАСТЬ 3

Детектив убрала снимок.

— А теперь скажите мне, Ава, почему эта женщина звонила вам сегодня утром и называла вас дочерью…

В ресторане стало так тихо, что я услышала капли воды, падавшие с плаща Марины на кафель.

— Я не знаю эту женщину, — сказала я.

Дрю отвернулся.

— Знаешь, — произнёс он. — Просто не помнишь.

Марина открыла кожаную папку. Внутри лежал прозрачный пакет с таблеткой, распечатка телефонных звонков и фотография, выцветшая по краям.

На фотографии молодая женщина держала на руках младенца. На её запястье был браслет с серебряной ракушкой. В руках ребёнка висел маленький медный маяк.

Мой маяк.

Я почувствовала, как пол ушёл из-под ног.

— Это невозможно, — прошептала я.

— Фотография сделана двадцать девять лет назад, — сказала Марина. — Женщину зовут Елена Бреннан. Она мать Джека.

— Моя мать умерла, когда я была маленькой.

— Так вам говорили.

Дрю медленно сел на стул. Дерево жалобно скрипнуло.

— Елена не умерла, — сказал он. — Она уехала после того, как отец Джека отнял у неё ребёнка.

Я посмотрела на фотографию.

— Ребёнка?

Марина достала лист с печатью.

— В архиве родильного дома нашли запись о девочке, родившейся в один день с вами. Имя при рождении — Анна Елена Бреннан. Позже документы изменили. Девочка получила имя Ава Миллер.

Я не слышала собственного дыхания.

— Вы хотите сказать, что я сестра Джека?

— Не просто сестра, — ответила Марина. — Вы его единственная родная сестра и законная наследница фонда, из которого он воровал деньги.

Дрю закрыл лицо ладонями.

— Я не знал, что таблетка окажется такой сильной, — сказал он.

— Ты знал, кто я, — прошептала я.

— Узнал три недели назад.

— И всё равно использовал меня.

— Я хотел, чтобы Джек признался. Он собирался уничтожить документы.

Марина включила запись на телефоне. Из динамика раздался голос Дрю, записанный в кабинете Бреннана:

— Подпиши передачу фонда, иначе Ава узнает, что ты сделал с её матерью.

Затем прозвучал голос Джека:

— Она никогда не узнает. Я заплачу тебе, и ты исчезнешь.

На записи звякнул стакан. Потом Джек сказал:

— Если она придёт, подмешай ей всё, что найдёшь. Мне нужна тишина.

Дрю побледнел.

— Это не так было.

— Твой голос, — сказала Марина.

— Я пытался его запугать.

— А таблетка? — спросила я.

Фельдшерница, вернувшаяся из больницы, положила на стол заключение.

— Это не снотворное. Вещество вызвало тяжёлое отравление, но господин Бреннан жив. Его состояние стабильно.

Я закрыла глаза. Джек был жив. Но вся моя жизнь, которую я считала настоящей, рассыпалась за одну минуту.

— Где Елена? — спросила я.

Марина не ответила сразу.

В этот момент её телефон зазвонил. Она выслушала несколько слов, затем посмотрела на меня.

— В больнице обнаружили женщину с браслетом-ракушкой. Она пришла к Джеку час назад.

— Моя мать?

— Возможно. Но она назвала другое имя и передала врачам письмо.

Марина протянула мне запечатанный пакет.

— Она сказала, что открыть его должна только вы. И добавила, что Дрю знает, где находится настоящий архив семьи.

Дрю поднял голову.

— Нет, — прошептал он. — Она не могла проснуться.

Я повернулась к нему.

— Что значит «проснуться»?

Он посмотрел на дверь, за которой уже слышались шаги полицейских.

— Потому что Елена Бреннан не жила в больнице. Она всё это время жила в доме, который Джек считал пустым. И если она передала тебе письмо, значит, нашла то, что уничтожит его навсегда……