Я вышла замуж за богатого деда подруги ради наследства, но после церемонии он закрыл дверь и побледнел

В ту ночь, когда я стала женой семидесятишестилетнего Артура Белла, он запер дверь спальни и сказал, что я уже не могу отступить.

Я стояла посреди комнаты в свадебном платье, сжимая в пальцах маленькую медную заколку в форме ласточки. Её когда-то подарила мне Хлоя, сказав, что такая птица всегда возвращается туда, где её ждут. Тогда я ещё верила, что Хлоя действительно ждёт меня.

Я никогда не была красивой. В школе меня не звали на вечеринки, а на фотографиях я всегда стояла с краю, будто случайно попала в кадр. У меня была неровная улыбка, сутулая спина и ужасная привычка молчать именно тогда, когда нужно было защищать себя.

Хлоя была единственным исключением. Она сидела рядом со мной в столовой, делилась конспектами и однажды провела всю ночь в больнице, когда я отравилась дешёвой лапшой в общежитии. После университета она вернулась в родной город, а я пошла за ней, потому что возвращаться мне было некуда.

Её дед Артур сначала казался мне человеком из другой эпохи. Он носил трость с серебряной рукоятью, помнил имена всех слуг и за завтраком читал бумажную газету, складывая её по идеальным сгибам.

Но разговаривал он со мной не как с бедной подругой внучки. Он спрашивал, почему я уволилась, что читала в детстве и почему каждый раз проверяю банковский счёт перед покупкой кофе.

— Вы замечаете слишком многое, Марта, — сказал он однажды вечером.

— Это не достоинство. Иногда это просто тревожность.

— Тревожность заставляет человека видеть то, что другие предпочитают не замечать.

Через неделю он сделал предложение.

Я подумала, что ослышалась.

— Вы хотите выйти за меня замуж? — спросила я.

— Я хочу, чтобы вы стали моей женой. И чтобы у вас больше никогда не было страха перед завтрашним днём.

Передо мной возникли неоплаченные счета, холодная съёмная комната и письмо от хозяина квартиры. Я сказала себе, что это не любовь, а честная сделка. Артур получит рядом человека, который его слушает. Я получу безопасность.

Хлоя выслушала меня в маленькой кофейне у вокзала. Она так сильно сжала ложку, что побелели костяшки.

— Ты правда выйдешь за него из-за денег?

— Не только из-за денег.

— Тогда назови мне другую причину.

Я не смогла.

Хлоя встала, опрокинув чашку. Кофе растёкся по деревянному столу, а её лицо стало чужим.

— Я ошибалась в тебе, — сказала она. — Больше не приходи к нам.

Я вышла под ледяной дождь, прижимая к ладони медную ласточку. Мне было стыдно. Но стыд не оплачивал аренду.

Свадьба прошла в семейном поместье. В зале пахло воском и белыми лилиями. Из родственников Артура присутствовали его сын Говард, невестка Селия и двое молчаливых мужчин в дорогих костюмах. Хлои не было.

Когда мы поднялись в спальню, Артур снял пиджак, положил его на кресло и долго смотрел на меня. На каминной полке тикали часы, отмеряя секунды слишком громко.

— Теперь, когда вы моя жена, я могу наконец сказать правду, — произнёс он.

Моя рука замерла на застёжке платья.

— Какую правду?

Он подошёл к письменному столу и достал из ящика кожаную папку, перехваченную жёлтой лентой.

— Вы думаете, что вышли за меня ради наследства. Но наследство было не единственной причиной, по которой я выбрал именно вас.

Я сделала шаг к нему.

Артур положил ладонь на папку и тихо добавил:

— А теперь вам придётся узнать, почему Хлоя так отчаянно хотела, чтобы вы меня возненавидели…

ЧАСТЬ 2

Я не успела спросить, что он имел в виду. В коридоре за дверью раздался резкий стук.

— Артур, откройте, — потребовал Говард. — Нам нужно обсудить завещание.

Артур не двинулся.

— Они уже знают, что я всё вам рассказал, — сказал он.

— Кто они?

— Мой сын и его жена. И человек, которому они платят.

Стук повторился. Деревянная дверь дрогнула в раме. Я почувствовала, как медная ласточка впилась в ладонь.

— Вы привели меня сюда, чтобы прикрыться моей фамилией? — прошептала я.

— Нет. Я привёл вас сюда, потому что вы единственная, кому Хлоя доверяла настолько, чтобы не лгать каждый день.

— Хлоя меня ненавидит.

— Хлоя сыграла это для вас.

Он открыл папку. Внутри лежали банковские выписки, копии договоров и несколько листов с подписями. На одном документе я увидела название благотворительного фонда Артура. Деньги уходили со счёта небольшими суммами, но почти каждую неделю.

— Это невозможно, — сказала я. — Говард ведь управляет вашими предприятиями.

— Именно поэтому я почти разорён, хотя все считают меня богатым.

Дверная ручка пошевелилась.

— Откройте, отец! — крикнул Говард. — Ваша новая жена должна понимать, что семейные бумаги не игрушка.

Артур сунул мне папку.

— Спрячьте её.

— А если я не хочу участвовать в этом?

— Тогда уходите утром. Но сегодня ночью, если они увидят документы, вы не успеете дожить до утра.

У меня пересохло во рту.

— Вы мне угрожаете?

— Предупреждаю.

Он вынул из кармана ключ от маленького сейфа и вложил его в мою ладонь. Металл был тёплым от его руки.

— В сейфе лежит то, чего нет в этой папке. Но открыть его можно только после того, как вы услышите от меня имя.

— Чьё имя?

Артур повернулся к двери. В этот момент снаружи стало тихо.

— Имя человека, который подделал мою подпись.

Замок щёлкнул. Дверь медленно открылась.

На пороге стояла Селия. В одной руке она держала поднос с двумя бокалами, а другой закрывала за собой дверь.

— Поздравляю, Марта, — улыбнулась она. — Надеюсь, первая ночь в семье Беллов будет приятной.

Артур встал между нами.

— Селия, выйдите.

— Я пришла не к вам. Я пришла к вашей жене.

Она поставила поднос на столик и посмотрела на папку в моих руках.

— Марта, вы ведь понимаете, что если Артур умрёт сегодня, все решат, будто вы вышли за него ради денег?

— А вы понимаете, что если со мной что-то случится, вы будете первой, кого вспомнят?

Моя реплика вырвалась сама. Селия перестала улыбаться.

Артур едва заметно кивнул.

— Она наблюдательна, — сказал он.

— Она напугана, — ответила Селия. — И очень скоро подпишет всё, что мы положим перед ней.

Она достала из сумочки заявление и протянула мне.

— Это всего лишь подтверждение брачного соглашения. Подпишите, и утром сможете уехать.

Я посмотрела на последнюю страницу. Там уже стояла моя подпись.

Только я её не ставила.

Внизу документа темнела дата — два дня до свадьбы. А рядом красовалась подпись свидетеля, которого я знала слишком хорошо…

ЧАСТЬ 3

— Эту подпись поставила Хлоя, — сказала я.

Селия резко выпрямилась. За её спиной в дверях появился Говард, а Артур опёрся рукой о край стола.

— Не произносите её имя, — прошипел Говард.

— Почему? Потому что она может подтвердить, что была здесь?

Я бросила документ на стол. Бумага скользнула по полированной поверхности и остановилась у бокала. Подпись Хлои действительно стояла внизу, но рядом с ней был отпечаток круглой печати нотариуса.

Артур открыл папку и достал другой лист.

— Хлоя пришла ко мне три недели назад, — сказал он. — Она нашла счета, через которые Говард выводил деньги из фонда. Когда он понял, что она знает, то пригрозил продать её мать в дом престарелых и оставить её без средств.

— Дедушка, хватит, — выдохнула Селия.

— Нет, Селия. Сегодня хватит лжи.

В комнату вошла Хлоя. На ней было чёрное пальто, мокрые волосы прилипли к щекам. Она остановилась, увидев меня.

— Марта…

— Ты знала всё это?

— Да.

Одно слово ударило сильнее пощёчины.

— Ты сказала, что я жадная.

— Я должна была заставить тебя исчезнуть. Говард следил за тобой. Если бы ты осталась моей подругой, он использовал бы тебя против меня. Если бы ты стала его родственницей, он бы решил, что ты на нашей стороне.

— Поэтому ты позволила мне думать, что я продала себя?

Хлоя заплакала, но не подошла ближе.

— Я думала, ты возненавидишь меня и будешь осторожнее.

Артур положил передо мной третий документ — настоящий брачный договор. В нём не было отказа от наследства и не было права семьи отменить мой брак. Более того, всё имущество переходило под управление независимого фонда, если его сын попытается изменить завещание.

— Я женился на вас не ради спектакля, — сказал Артур. — Мне нужна была законная свидетельница, которой они не смогут приказать. После свадьбы вы получаете доступ к счетам фонда и право остановить выплаты.

Говард рассмеялся, но смех быстро оборвался.

— Ты не понимаешь, отец. Без этих денег я потеряю компанию.

— Ты потеряешь не компанию. Ты потеряешь возможность красть у людей, которые работали на тебя.

Хлоя достала из кармана старый блокнот.

— Здесь номера счетов и даты встреч. Я записывала их, когда Говард заставлял меня подписывать бумаги.

Селия бросилась к блокноту, но я перехватила её руку. На запястье у неё блестел браслет с острыми металлическими звеньями.

— Не трогайте её, — сказала я.

Говард побледнел.

В этот момент Артур пошатнулся. Он схватился за грудь и медленно опустился в кресло.

— Дедушка!

Я вызвала врача, а Хлоя впервые за весь вечер взяла меня за руку.

Пока внизу звонил телефон, из сейфа выпал последний конверт. На нём стояло имя Артура, но почерк принадлежал не ему.

Я разорвала печать и прочитала первую строку.

«Если этот лист найден после свадьбы, значит, Говард уже сделал то, чего я боялся. Марта, не доверяйте человеку, который приедет к вам утром…»

Вам также могут понравиться эти истории:

Отец обвинил меня перед полицией после просьбы о деньгах, но, увидев первую страницу жалобы, побледнел ЧАСТЬ 4 — Мой сын пропал во время родов жены, а после одного сообщения его адвокат внезапно перестал улыбаться Я пригласил дочь уборщицы сыграть в шахматы, но после одного вопроса её мать побледнела и попятилась к двери Я привезла новорождённую дочь к деду после родов, но один взгляд на её глаза заставил его побледнеть ЧАСТЬ 4 — Я попросила штат не лишать жизни убийцу моей матери, но после трёх часов ожидания надзиратель побледнел Через пять минут после развода бывший велел мне забрать дочерей, но мой спокойный ответ заставил его побледнеть