Я увидела мужа под чужим зонтом у детского сада и назвала его незнакомцем — но его лицо внезапно побледнело

В тот вечер мой муж стоял под дождём, обнимая чужую беременную женщину, а моей дочери в животе даже не успел сказать правду.

Я приехала к детскому саду около пяти часов, чтобы забрать сына соседки, пока его мать лежала с температурой. Дождь лил стеной. Вода стекала за воротник, туфли хлюпали, а живот на восьмом месяце тянул меня вперёд, будто ребёнок тоже торопился узнать, почему его отец не отвечает на звонки.

— У вас живот больше, чем у моей мамы, — сказала маленькая девочка, дёрнув меня за мокрый рукав.

Я попыталась улыбнуться.

— Там живёт мой сын.

— А у моей мамы тоже будет мальчик. Папа назовёт его Адрианом, как себя.

У меня похолодели пальцы.

— А как зовут твоего папу?

Девочка уже открыла рот, но над моей головой возник чёрный зонт.

— Дейзи, я же просил не убегать.

Я узнала голос раньше, чем подняла глаза.

Адриан.

Мой муж.

Пять минут назад он написал мне: «Любимая, я только приземлился в Нью-Йорке. Устал после перелёта, буду спать». Теперь он стоял передо мной в промокшем костюме, держа за руку чужого ребёнка.

Рядом появилась беременная женщина лет тридцати. Она тут же прижалась к его плечу.

— Дорогой, ты знаком с этой женщиной?

Адриан посмотрел на меня.

Я знала все его привычки: как он касался подбородка, когда лгал, как отводил глаза, когда боялся. Но никогда не видела, чтобы он так спокойно вычёркивал меня из своей жизни.

— Нет, — сказал он. — Наверное, она кого-то напоминает.

Слова ударили сильнее дождя.

Я носила его ребёнка. Мы вместе выбирали кроватку, слушали сердцебиение на обследовании, а перед каждым отъездом он целовал мой живот и обещал, что скоро вернётся домой.

Женщина с облегчением улыбнулась.

— Простите, Дейзи бывает слишком любопытной. Вам лучше не мокнуть, особенно сейчас.

Она протянула мне белый платок с вышитой золотой буквой «В».

— Спасибо. Я справлюсь.

Адриан взглянул на мой живот. Его рука дёрнулась, словно он хотел прикоснуться. Но Дейзи чихнула, и он мгновенно снял пиджак, укрыв им девочку.

— Ты могла простудиться, малышка.

Я услышала эту нежность и почувствовала, как внутри всё сжалось.

Дейзи показала на меня.

— Папа, у неё тоже будет ребёнок.

Адриан застыл.

Женщина достала визитку.

— Если вам станет плохо, позвоните. Мой муж руководит крупной компанией и сможет помочь.

На визитке было напечатано: «Адриан Миллер, генеральный директор корпорации Миллеров».

Он попытался остановить её, но визитка уже лежала в моей ладони.

В этот момент к нам подбежала соседка.

— Клэр! Спасибо, что забрала Эвана. Это твои знакомые?

Я посмотрела на часы Адриана. Я купила их после шести месяцев экономии, и он обещал никогда не снимать.

— Нет, — ответила я. — Я их не знаю.

Его спина напряглась.

Через минуту он посадил женщину и Дейзи в чёрную машину. Автомобиль обдал меня грязной водой и исчез за поворотом.

Дома я достала из шкафа больничную сумку. На ручке висел маленький деревянный брелок в форме жёлтой звезды — Адриан вырезал его сам для нашего сына.

Я позвонила адвокату.

— Хочу подать на развод до рождения ребёнка.

— Клэр, ты уверена?

Я посмотрела на пустую детскую кроватку.

— Впервые за весь день.

Сняв кольцо, я положила его рядом с брелоком.

И тут дверь распахнулась.

Адриан вбежал в комнату, мокрый, бледный, задыхающийся. Его взгляд метнулся от сумки к кольцу.

— Клэр, я всё объясню.

— Не нужно. Ты ведь меня не знаешь.

— Не говори так.

— Кто она?

— Её зовут Ванесса.

— А ребёнок?

Он сжал кулаки.

— Дейзи моя дочь.

В комнате стало так тихо, что я услышала каплю дождя, упавшую с его рукава на пол.

— А тот ребёнок, которого она ждёт? — спросила я.

Адриан открыл рот, но не произнёс ни слова.

И тогда боль пронзила мой живот. Я схватилась за край стола, а он бросился ко мне, пока красное пятно не расползлось по платью…

ЧАСТЬ 2

…Адриан успел подхватить меня за плечи, но я всё равно сползла на пол. Жёлтая деревянная звезда отлетела под кроватку, и я услышала, как она глухо ударилась о стену.

— Клэр! Посмотри на меня!

— Вызови скорую, — прошептала я.

— Уже вызвал. Дыши. Пожалуйста, дыши.

Он говорил так, будто снова был моим мужем. Будто не смотрел на меня пять минут назад глазами незнакомца.

Я вцепилась в его мокрую рубашку.

— Не прикасайся к ребёнку.

Он замер.

Сирена разорвала ночь через семь минут. Фельдшеры уложили меня на носилки, а Адриан попытался подняться следом.

— Вы отец? — спросила женщина в красной форме.

Он посмотрел на меня.

Я увидела, как на его лице борются страх и привычка лгать.

— Да, — сказал он.

— Тогда держитесь рядом.

— Нет, — выдохнула я. — Он не имеет права подписывать за меня ничего.

Фельдшер нахмурилась, но кивнула.

В больнице, около половины одиннадцатого, меня увезли в палату наблюдения. Адриан остался за стеклянной дверью. Он звонил кому-то, ходил взад-вперёд и каждые несколько минут прижимал ладонь ко лбу.

Через час пришла моя адвокат Марина. Она положила на стол кожаную папку и сняла мокрые перчатки.

— Я проверила его сообщение, — сказала она. — Адриан не прилетал из Нью-Йорка. Он выехал из загородного дома в девять сорок утра.

Я закрыла глаза.

— Значит, он заранее знал, что врёт.

— Да. Но это не всё.

Марина достала распечатку.

— За последние два года он переводил деньги женщине по имени Ванесса Рид. Платежи шли с общего счёта компании.

— Сколько?

— Почти четыреста тысяч.

Я почувствовала не ревность, а ледяную ясность. Пока я покупала детские пелёнки по скидке, он содержал другую жизнь.

За дверью Адриан заметил папку и вбежал.

— Марина, нам нужно поговорить без неё.

— Именно поэтому я пришла к ней, — ответила адвокат.

Он повернулся ко мне.

— Ванесса не моя любовница. Я помогал ей из-за Дейзи.

— Ты солгал мне семь лет.

— Я хотел рассказать.

— Когда? После рождения третьего ребёнка?

Он побледнел.

— Ребёнок Ванессы не мой.

Марина резко подняла взгляд.

— Тогда почему ты записал его как своего наследника в документах компании?

Адриан замолчал.

Я почувствовала, как ребёнок шевельнулся под рёбрами, и положила ладонь на живот.

— Ты собирался оставить ему долю?

— Это временная мера.

— А мне что ты собирался оставить? Пустую кроватку и сообщение о том, что был в Нью-Йорке?

Он сделал шаг ко мне.

— Клэр, я защищал Дейзи. Ванесса угрожала забрать её и рассказать прессе, что я скрыл ребёнка от совета директоров.

Марина открыла папку.

— Это объясняет Дейзи. Но не объясняет, почему ты оформил доверенность на медицинские решения за ребёнка Клэр.

Адриан резко повернулся к ней.

— Откуда у вас этот документ?

— Из реестра компании. Вы подали его три недели назад.

У меня пересохло во рту.

— Ты хотел решать за моего сына?

— Я боялся, что ты уйдёшь и не позволишь мне его увидеть.

— Поэтому ты заранее получил право распоряжаться его лечением?

Он ничего не ответил.

В палату вошла медсестра с планшетом.

— Миссис Миллер, врач просит подписать согласие на срочное вмешательство. У вас началось сильное кровотечение.

Адриан рванулся к документам.

— Я подпишу.

Я схватила лист раньше него.

— Нет. Подпишу я.

Через несколько минут меня повезли в операционную. Последнее, что я увидела перед закрывшимися дверями, — Адриан, стоящий под холодным светом коридора, и Марина, которая говорила по телефону.

— Да, следователь, — произнесла она. — Мы нашли человека, который может подтвердить, как Адриан подделал дату своего вылета.

Я уже почти проваливалась в сон, когда услышала в кармане халата короткий звонок. Медсестра достала мой телефон и передала его Марине.

На экране появилось сообщение с неизвестного номера:

«Если ты родишь ребёнка, Адриан больше никогда не выйдет из этой больницы свободным. Спроси его, кто на самом деле отец Дейзи…»

ЧАСТЬ 3

…Я очнулась в палате ранним утром. За окном мокрый снег прилипал к стеклу, а рядом с кроватью тихо пищал монитор.

Наш сын родился на шесть недель раньше срока. Он лежал в отделении для недоношенных, крошечный, с прозрачными пальцами и трубкой у носа.

— Он дышит сам, — сказала врач. — Но первые сутки будут решающими.

Я смотрела на фотографию, которую медсестра положила мне на тумбочку, и думала только об одном: он уже борется. Значит, и я не имею права сдаться.

Марина пришла в девять утра вместе с частным следователем Ильёй.

— Мы нашли отправителя сообщения, — сказала она.

— Ванесса?

— Да. Но она не хотела вас запугать. Она хотела, чтобы вы узнали правду раньше Адриана.

Илья поставил на стол небольшой диктофон.

— Вчера вечером Ванесса встретилась с ним в подземной парковке. Она записала разговор.

Марина нажала кнопку.

Из динамика донёсся голос Адриана.

— Ты обещала молчать.

— Я молчала семь лет, — ответила Ванесса. — Пока ты строил из себя идеального мужа.

— Дейзи — моя дочь, и я её не брошу.

— Но ты бросил Клэр. И собирался забрать у неё ребёнка.

— Я не собирался забирать.

— Ты подал доверенность на единоличное медицинское решение. Ты подделал её подпись.

У меня задрожали руки.

В записи послышался удар ладони по капоту.

— Если Клэр узнает, что Дейзи родилась от тебя, она уничтожит меня.

— Она должна узнать. И ещё она должна знать, что мой ребёнок тоже не твой.

Наступила тишина.

Затем Адриан тихо сказал:

— Я знаю.

Я закрыла глаза.

Семь лет он рассказывал мне, что много работает, летает по делам и устает. На самом деле у него была дочь, которую он скрывал от меня, бывшая женщина, которой он платил из денег компании, и планы распоряжаться нашим ребёнком без моего согласия.

Марина остановила запись.

— Ванесса не была его любовницей сейчас. Дейзи родилась от Адриана до вашего знакомства. Второй ребёнок — от её нынешнего жениха, который погиб до свадьбы. Адриан согласился признать его своим, чтобы сохранить девочке жильё и доступ к лечению.

— Почему он не сказал мне?

— Потому что боялся потерять репутацию. А потом понял, что тайна приносит ему власть.

В дверь вошёл Адриан. На нём была та же рубашка, что и ночью, только воротник смялся.

— Клэр, я могу объяснить.

Я нажала кнопку на диктофоне.

Его собственный голос заполнил палату.

«Если Клэр узнает, что Дейзи родилась от тебя, она уничтожит меня».

Адриан словно получил удар.

— Ты записала меня?

— Нет. Это сделала Ванесса.

— Я защищал дочь.

— Ты защищал себя.

Он опустился на стул.

— Я хотел признаться после рождения сына.

Марина усмехнулась без радости.

— И одновременно подделал подпись матери ребёнка?

Адриан посмотрел на меня.

— Я боялся, что ты уйдёшь.

— Ты сам сделал всё, чтобы я ушла.

В палату вбежала медсестра.

— Доктор просит срочно подойти. В отделении новорождённых кто-то пытался получить доступ к карте ребёнка по доверенности отца.

Я повернулась к Марине.

— Кто?

Она уже доставала телефон.

На экране было уведомление из больничной системы: «Запрос на перевод ребёнка в частную клинику. Инициатор — Адриан Миллер».

Адриан поднялся.

— Я не отправлял этот запрос.

Марина посмотрела на него.

— Тогда кто-то использовал ваши полномочия. И, судя по времени, сделал это с вашего рабочего компьютера…